Адель Гельт
Тот еще тролль
Глава 1
«Po suchestvu zadannykh mne voprosov imeju pojasnit» sledujuscheje, nakh!'
Смятый лист бумаги был отправлен в нарочитую корзину, куда и упал — поверх еще десятка очень похожих комков.
Капитан егерей, он же — полковник опричной службы, господин Кацман, устало откинулся на спинку кресла. Не то, чтобы киборг реально был способен уставать физически, но вот с точки зрения моральной…
— И что это было? — спросил опричник у рослого снага, обряженного в полицейскую форму с лычками городового старшего разряда.
Тот сидел сидел на неудобном табурете, предназначенном для посетителей, и видом своим являл виноватое уныние. Причиной того стал начальственный разнос — идущий вот прямо сейчас.
— Не могу знать, господин полковник!
— Дятлин, не ерничайте! — потребовало начальство. — Я понимаю, когда Вы бросаетесь речевым мусором среди своих соплеменников, но делать то же самое в официальном отчете… Зачем, а главное — нахрена?
— Согласно команде! — опытный полицейский чин не раз уже принимал участие в подобных беседах, и сдаваться так просто не собирался. А то сами знаете — раз признаешь вину, два признаешь, а там и премии лишат, и, не ровен час, в звании понизят… — «Писать дословно так, как было!»
— Допустим, — полицейский выглядел настолько комично, что киборг передумал сердиться. — Хотя… Ладно. Вы ведь, Дятлин, владеете вычислительной грамотой?
— Так точно! — сидя во фрунт тянуться сложно, но полицейский как-то с этим справлялся. — За что имею благодарность в личном деле и прибавку к окладу! Согласно штатного расписания.
Полковник, он же — капитан, поднялся на колесо и двинулся в сторону большого секретера, занимающего мало не половину длинной стены комнаты.
— Идите сюда, Дятлин, — позвал он. — Открывайте.
Снага повиновался движением привычным: видно было, что содержимое секретера для него не только не секрет, но и штука довольно обыденная и повседневная.
Внутри, конечно, стояла полицейская ЭВМ — особая антивандальная модель, не боящаяся пыли, влаги, тряски, жары и холода. Еще, по слухам, в экран электронно-вычислительной машины можно было стрелять — из оружия небольшого калибра, и бронестеклянной поверхности ничего не будет… Желающих проверять — не нашлось.
— Возьмите себе табурет… Или даже кресло, — смилостивился егерь. — Набивайте отчет текстом, прямо как есть. То есть да, «нах» и прочие милые словечки — тоже можно. После мы… — опричник взял паузу.
Снага включил экран: рабочий блок ЭВМ и без того никогда не отключался, будучи чем-то вроде узла сбора информации, поступающей по линиям связи.
— Работает, хорошо, — кивнул сам себе Кацман. — После же мы прогоним текст через анализатор, сделаем звуковую запись и послушаем — со старшими коллегами — в виде нормальном, удобном для восприятия. Дерзайте, в общем, отечество ждет отчета!
Поименованный Дятлин вздохнул тяжко, но перечить не осмелился: и без того чудом прошел по грани, отделяющей служебную недалекость от личной наглости.
— Будет сделано, господин полковник! — посулил он, кладя руки на клавиши. — Расчетное время — до двух часов!
Печально заскрипели не рассчитанные на нагрузку половицы: Кацман поехал к двери, и даже почти в ту вышел, но остановился на пороге. Выдохнувший было снага подобрался в ожидании новой начальственной пакости.
— И вот еще что, Дятлин, — вспомнил напоследок начальник. — Когда общаетесь со мной и наедине, говорите так, как Вам привычно. Мочи нет слушать из уст снага уставной канцелярит!
Звуковая запись.
Вычислительная сеть полицейского департамента сервитута Казнь, модуль звукофицирования текста допросов, подключен протокол беллетрификации, обработка запроса номер 21−09 (далее помехи).
В помещении было шумно, людно, накурено.
Собрались, поругали невиновных, похвалили непричастных и нарезали план работ на предстоящий день — обычная полицейская планерка, даром, что Большого района Казни.
Не то, чтобы ничего необычного не случилось… Было нечто такое, но об истинном масштабе бедствия мы узнали сильно потом.
— Да, и вот еще что, — господин коллежский советник, барон фон Физенгофф, притомился орать на нерадивых подчиненных, и перешел потому на тон почти спокойный. — Смежники сообщают: проснулся Большой Зилант. Правда, пока наружу не полез, но ворочается нехорошо.
Подчиненные, все, как один, сделали стойку: как известно, начальство просто так не говорит, но доносит информацию, ценную и важную.
— Нас это пока не касается, — поспешил успокоить коллег начальник Большого участка. — Если что, всех позовут.
— Господин полковник, разрешите вопрос? — конечно, в полицейской системе державы нет такого звания, но коллежскому советнику страшно нравилось, когда его называли вот так, на армейские деньги — как бы намекая на славное военное прошлое начальства, в армии отродясь не служившего.
— Разрешаю, — подобрел тот. — Что Вам, господин пристав?
— Уточните уровень угрозы, пожалуйста, — пристав принялся есть начальство глазами. — К чему готовиться?
— Егеря говорят, — поделился вопрошаемый, — о красном уровне. Но, поскольку те — известные перестраховщики, пусть будет оранжевый… Нет, даже желтый.
Разошлись, переговариваясь негромко — чтобы не сбивать начальство с умных мыслей. Мало ли — вспомнит еще о чем-нибудь таком, да и обратит это самое в новую цепочку не имеющих смысла заданий!
Первым делом, отправились в оружейку: нужно было добрать комплект до уставного — в связи с объявленным уровнем тревоги.
— Чего надо? — спросил дежурный сквозь решетку, отделяющую общее помещение от оружейного склада.
— Желтый уровень, — поделился городовой старшего разряда, снага Дятлин. — Так что давай, не жмись.
— Ничего не знаю. Не доводили, — дежурный замотал головой столь резко и часто, что двое подчиненных городового — тоже, конечно, снага — даже немного поспорили на предмет того, оторвется голова прямо сейчас или чуть погодя.
— Мы что? Мы ничего! — почти спокойно ответил командир отделения. — Так господину барону потом и скажешь — мол, задержал выход патрульной группы на маршрут по причинам таким-то…
— Точно, что ли, желтый уровень? — усомнился дежурный. — Не свистишь?
— Сам подумай, вот мне оно надо? — удивился снага. — Пулемет — он какой? Правильно, тяжелый! Патроны еще по тройной норме, а нам все это тащи…
— Вот ведь выдумали, а! — дежурный был человек, и к вооружению оркоидов относился неодобрительно. — Снагам — и пулеметы!
— Слово «снага» не склоняется, — парировал Дятлин. — Что же до пулеметов, то это, господин дежурный, не совсем твоего ума дело. Или есть желание оспорить государев указ?
— Умные все стали, — расстроился дежурный, но пулемет выдал — как и утроенную норму патронов, положенную при желтом уровне угрозы.
Вышли наружу, под утреннее солнышко.
— Хорошо хоть, не оранжевый, — поделился штатный пулеметчик отделения: именно ему и предстояло тащить на своем горбу и пулемет, и норму патронов. — Не на броневике…