Юрий Кузьмичев
Студент: Казнь
Глава 1
3 ноября 1988 года, г. Долгопрудный. Владимир Степанович Григорьев
ВАЗ-2106 Вовки Сержанта подъехала к дому Хромого в пятницу вечером. Человек Черного уведомил о встрече заранее и попросил явится на ужин к семи. Двухэтажный кирпичный новенький дом теневого хозяина Долгопы произвел сильное впечатление на трех военных: Сержанта, Рэмбо и Ткача. Это тебе не деревянная дача и уже тем более не квартира хрущевка. Прямоугольная двухэтажная коробка из светло-бежевого кирпича с отдельным примыкающим к дому гаражом на две машины, на крыше коричневая черепица, основательная металлическая входная дверь. И все это хозяйство окружал кованый железный забор, покрашенный в черную краску, с острыми пиками наверху. К слову, калитка в заборе возле широких ворот была приветливо распахнута, там их ожидал молодой мужчина среднего роста с внимательными глазами и с белесым шрамом на лбу. Одет короткостриженый брюнет был в черный советский костюм недорогого покроя и в белую сорочку.
— Добрый вечер! Я — Макар, — крепко пожал руку, встречающий Вову мужчина, когда тот вышел вместе с Рэмбо из своей шестерки. За рулем оставили Ткача, не переться же всей толпой в гости? Но и одному идти было стремно.
— Вова я, а это Роман, — представил себя и друга Сержант, Рэмбо безразличным холодным взглядом осматривал дом и двор с сидящей на цепи немецкой овчаркой. Которая почему-то на приход гостей не отреагировала, просто лежала на животе в будке и внимательно смотрела во двор.
— Идемте, Андрей Павлович уже за столом, — приглашающе выставил перед собой руку ладонью вверх Макар и парни двинулись к дому.
— Военный? — безэмоциональным голосом спросил Рэмбо провожатого по дороге ко входной двери.
— Уже в прошлом, — нервно почесал шрам на лбу Макар, видимо воспоминания об армии у него были не самыми приятными, — сейчас инструктор по стрельбе и так. Подрабатываю маленько. Разувайтесь здесь, вот тапочки, — указал мужчина на двухярусную подставку со всевозможными тапками, что стояла в прихожей. А через пол минуты блуждания по коридорам парни вошли в просторный зал с высоким потолком.
— Ааа! Вот и наши бравые солдатики, — Хромой встретил гостей лично. Он встал из-за изголовья стола и вышел им на встречу, приветливо расставив руки в стороны. Мужчина был одет в дорогую, но простую белую рубашку и серые брюки. Подойдя к гостям, он пожал им по очереди руки, — Андрей Павлович, меня звать. Очень приятно познакомится. Вова? Да, наслышан! Ага? А это Роман? Приятно! Ну, давайте за стол, в ногах правды нет, как говорится, — после приветственной церемонии Хромой вернулся к деревянному стулу с высокой спинкой и сел во главе стола. По правую руку от него разместился Паша Черный, еще правее от Черного сидели два молодых парня, они как раз разливали по стаканам виски из пузатой иностранной бутылки. Их собственно Хромой тут же и представил, — а это мой сын Алексей и его друг Борис. Прошу любить и жаловать. Ну, Пашу вы уже знаете. Может водочки? Паша, передай графин ребятам, — гости сели по левую руку от хозяина дома. Женщина в годах в белом фартуке, что до этого стояла чуть в стороне и приветливо улыбалась, сейчас споро подошла к столу и поставила перед ними тарелки и рюмки. Черный же передал через стол солдатам графин, и Вова плеснул себе и Рэмбо по чуть-чуть огненной жидкости.
— Ну, за знакомство! — отсалютовал своей рюмкой Хромой парням. Чокнулся с сидящим рядом Пашей и выпил в два аккуратных глотка, — Анечка, неси горячее. Ребята, салаты, бутерброды, нарезки, налетайте-накладывайте. Сейчас нам Анна Ивановна принесет жаркое со свининой. Пальчики оближешь. Оно ведь как, — затуманенным взором посмотрел в потолок хозяин дома, — когда долго чалишься в местах не столь отдаленных и жрешь черти что в сухомятку, потом начинаешь особенно ценить по-настоящему вкусную домашнюю пищу. Горячую! Вот я сирота, отца и не знал, мать умерла еще в 76ом. Сам я готовить не люблю, да и склонностей не имею. Вот Анна Ивановна приходит и выручает. Вам то молодежь поди мамки готовят? — весело подмигнул мужчина Сержанту.
— Неа, — покачал головой Вова и невозмутимо отправил в рот бутерброд с огурцами и шпротами, — родители погибли в аварии.
— Сирота значит, как и я, понимаю, — Хромой затих, снова подумав о чем-то своем, а потом встрепенулся, — ну, давайте тогда за тех кого с нами нет. Не чокаясь, — сидящие за столом выпили и аккурат к этому времени кухарка стала выносить накрытые хлебным мякишем глиняные горшочки со снедью. Ей помогал Макар, которого за стол со всеми не позвали.
— Бать? Можно мы уже пойдем? Я жрать не хочу, бутерами нормально закинулся, — ноющим голосом заканючил светловолосый Алексей, — ну чо мы в натуре тут сидим? Мешаем только вам базарить, а?
— Вечно в жопе у вас сверло, — зло посмотрел на парней Хромой и показал пальцем в сторону выхода. При этом тихим размеренным тоном проговорил, — валите! Толку от вас никакого, лишь бы херней страдать. Вот такие на зоне первые и ломались.
— Делать нам не хера на зоне сидеть, — фыркнул Алексей, и парни свалили, прихватив с собой початую бутылку вискаря.
— Извините, ребятки. Что уродилось, то уродилось. Обратно, как говорится, не засунешь. Вы кушайте-кушайте, — Вове было наплевать на сцену с двумя салабонами, и он с аппетитом приступил к еде, аккуратно и медленно работая вилкой. Роман вообще уже ел какое-то время, на семейный конфликт, казалось бы, даже не обращая внимание. Но это только так казалось.
— Очень вкусно, Аннушка. От души, — доев, Хромой шумно выдохнул и откинулся на спинку стула. А через какое-то время опустил руку на стоящий рядом журнальный столик, взял оттуда подшитую толстую папку серого цвета и положил слева от себя на стол, — ну а теперь к нашим вопросам. Вот оно твое дело, парень. Как и обещал. С розыска кстати тебя сняли еще в четверг. Так что, как говорится, «гуляй Вова»! — Хромой тихо хохотнул и продолжил, — перед законом ты чист. Как и договаривались.
— Спасибо, — Вова пододвинул к себе папку. Расшнуровал, полистал, а потом закрыл и даже локоть на нее положил, будто боялся, что она от него может сбежать или уползти, — вроде все нормально, — он обменялся внимательными взглядами с Рэмбо.
— Ну а как иначе может быть? — пожал плечами Хромой и отпил компота из стакана, — по точке на Шарике все как и говорил Паша, — Андрей кивнул на