– Может, потому что ты шпионила за мной по приказу отца?
Я будто глохну в этот момент. Зрение становится туннельным, и все, что я вижу – мой муж. Человек, в глазах которого я отчетливо вижу приговор. Он все для себя решил. И никакие мои слова ничего не изменят.
– Или скажешь, такого не было? – равнодушно спрашивает он.
– Я бы никогда не предала тебя, – слетает с моих губ. – Клянусь, я….
– Ты так легко раздаешь клятвы, Сандра, – угрожающе тихо возражает муж. – Остановись.
– Я ничего ему не говорила.
На лице Чезаре появляется кривая ухмылка, и, наверное, это первая настоящая эмоция с момента, как он меня спас.
– Не ври мне. Ты – моя жена. Но даже ты не имеешь права что-то делать за моей спиной. Я – глава семьи, я – босс Falco Nero. Ты обязана мне подчиняться.
– Но я никогда бы…
– Ты меня предала, – чеканит Романо. – Ты скрыла, что твой отец хочет от тебя, а должна была прийти ко мне в тот же день и рассказать. Falco Nero – твоя семья. Эти люди рисковали ради тебя своей жизнью, они обеспечивали твою безопасность, тогда как ты за моей спиной торговала секретами семьи.
Каждое его слово было пропитано злостью, дикой яростью, которую он пока еще сдерживал. Очевидно, из-за ребенка.
– Ты не понимаешь, он – мой отец. Я не говорила ничего, да, – соглашаюсь, всхлипывая. – Но лишь потому что между вами заключен мир. И я думала…
– Ты ошибалась, Сандра, – жестко пресекает меня муж. – Твое место – у моих ног. Я – твой муж, твой бог и твой хозяин! Я был готов дать тебе все, а ты…
На несколько мгновений в его взгляде отражается дикая, невероятная боль. Но практически сразу тьма поглощает ее, пряча любые эмоции.
– Прости меня, – шепчу, отчаявшись. – Я просто испугалась. Понимаешь? Клянусь, я ничего не говорила отцу. Никогда.
Муж ухмыляется и качает головой.
– Ты и не могла бы рассказать что-то важное. Дело не в этом. Ты поклялась быть верной, преданной и послушной. Но на деле…
Он вновь качает головой и отступает на шаг. В его взгляде ни намека на тепло или какую-то привязанность. Абсолютно чужой мужчина.
– Чезаре, пожалуйста, – всхлипываю. – Я бы не навредила тебе.
– Ты уже это сделала, – слышу горечь в его голосе. – Отдыхай, Сандра. И не пытайся покинуть дом.
Романо делает еще шаг назад и, развернувшись, идет к двери.
– Что со мной будет?
Чезаре замирает, а затем отвечает, даже не обернувшись:
– Не волнуйся, ты будешь жить. Я не стану тебя наказывать, как этого требуют правила. Ты останешься моей женой.
Он уходит, а я беззвучно плачу, ложась на постель. В этот момент мне кажется, что жизнь разрушена до основания, и ничего хорошего уже не будет. Если бы я только знала, что я заблуждаюсь…
39 Чезаре
Меня штормит. Внутри все горит от эмоций, которых слишком много. И все они отравляют.
Вина. Злость. Ярость. Гнев.
А еще дикая, животная потребность прикоснуться к ней.
Кожу покалывает от желания сгрести Сандру в охапку и почувствовать снова. Ощутить ее тело в своих руках.
Часть меня – иррациональная и, откровенно говоря, неясно откуда взявшаяся – надеялась на что-то. На чудо, которого не могло быть.
Если бы Сандра сказала, что это не ее дневник, что отец не просил ее…
Я бы поверил. Закрыл бы на все глаза. Заставил бы себя поверить.
Потому что меня буквально разрывало от тоски эти гребаные полгода. Я хорошо помню, как жил во тьме эти месяцы без нее.
“Ты – мой свет”.
Но все померкло, и дороги назад нет, и не будет. Она предала меня и мое доверие.
В ушах все еще стоят ее слова, когда, не поколебавшись, Сандра поклялась, что будет верной, что не предаст. Мы стояли у обрыва вместе, смотрели друг другу в глаза.
Но все оказалось ложью.
Я подпустил ее так близко, что пришлось вырывать с кусками.
И все же не мог отрицать – тот факт, что Сандра жива, дал мне возможность дышать полноценно. Я столько раз кричал об этом в пустоту, что вот мое желание и исполнилось. Но внутри зияет тьма.
Между нами уже никогда не будет доверия.
– Как она?
Поворачиваюсь в сторону Моретти, стоящего в дверях моего кабинета.
– Отдыхает, – сухо отвечаю.
– Что-то удалось узнать? Может, какие-то зацепки?
Знаю, что Итан интересуется этим из практических соображений, но внутри ворочается глухое раздражение, зудит под кожей, распаляя мой гнев.
– Никаких, – отрезаю, не желая пересказывать слова Сандры. Сейчас, когда она вернулась домой, я, наконец, сосредоточусь на насущных вопросах. И первый из них – браслет, который оказался на том теле, что было в машине. Замок был нетривиальный, к тому же жучок, встроенный в него, тоже готовили специально для меня. Заказ я делал у одного мастера, выйти на которого не так просто.
Тот, кто знал про браслет и про его особенность, был среди своих. С этого и начнем.
– Сандра сказала, что к ней пару раз приходила врач – женщина лет сорока. Найди ее.
Моретти кивает с готовностью.
– Что насчет…
Я по его голосу понимаю, о чем пойдет речь.
– Даже не вздумай, – осекаю тут же. – Фото больше нет. Посмеешь кому-то об этом сказать – заплатишь жизнью.
Итан снова кивает. Уверен, он понимает серьезность моего приказа.
– Ты – мой босс, Чезаре. Я принес тебе клятву верности. От меня никто не узнает, но ты уверен, что оригиналы не всплывут где-то еще?
Сталкиваемся взглядами и, в общем-то, оба понимаем – ни черта я не уверен.
– Сандра – моя жена. Так это и останется, – ставлю точку в этом вопросе. – Но на данный момент о том, что она жива, никто не должен знать.
– Это будет непросто, но ты прав, – соглашается Итан. – Пока не найдем, кто за этим стоит, лучше не афишировать. Она сказала что-то про Оскара?
Качаю головой. Еще одна моя боль. С одной стороны, после того как Скотт принес новость про Сандру, я стал еще упорнее искать брата. Но с другой – в том доме не было и намека на следы Оскара. Стоило бы расспросить жену, но сейчас подниматься к ней не стоит. Она в положении, и судя по тому, что сказал док – вопросов по здоровью много.
Как босс Falco Nero, я имею полное право