Кира Иствуд
Злодей, который меня убил 2. Отбор истинных
Глава 1
Огромный зал освещают десяток свечей, потолок теряется в тенях, за высокими окнами мелькает бледная луна.
Шаг правой ногой, круг левой, притопнуть, поворот…
Сейчас глубокая ночь, замок Аштарии спит, и ни одна душа не знает, что четвёртая принцесса пробралась в бальный зал и в тишине разучивает танец, который так и не сумела выучить днём.
Шаг левой, притопнуть, круг правой, поворот…
У меня худые запястья с выступающими косточками, острые плечи. Я совсем ещё подросток, нелепая девочка с белыми косичками и покрасневшим от усилий шмыгающим носом. Мои движения угловатые, резкие, я не попадаю в такт, сбиваюсь с шага.
Шаг, поворот и снова. Снова.
Мои сёстры великолепны в танцах, «королевская плавность» у них в крови. А я словно из другого теста, я не создана для балов. Сколько бы не старалась, не получается двигаться так же уверенно, как они.
«Пустышка», — шептались вчера гувернантки.
«Девочка же совсем без магии, не стоит от неё много ждать», — объясняла учительница отцу.
Притопнуть, поворот…
Ноги дрожат, я пытаюсь вести руку изящно, как показывала утром учительница. Присесть, вскинуть подбородок, вот так… и снова…
В зале тишина, лишь изредка потрескивают свечи, но в моём воображении играет музыка, да так отчётливо, будто вживую. Прикрываю глаза, представляя себя на балу. В моих мечтах я танцую изящно и смело, а вокруг кружат герцоги, графы, заграничные принцы… отец и сёстры… и мама. И все они любят меня, и знают, что я могу… могу всё! Даже если без магии! Даже если я всего лишь четвёртая принцесса. Никчёмная Николь.
Шаг, поворот и снова. Снова! Даже если всю ночь. Даже если больше нет сил! Даже если никто не верит в меня! Танец, дурацкий танец, который у Нанетт получился с первого раза. Катрин запомнила его, просто понаблюдав за учителем, Лисия и вовсе будто летела птицей. И лишь я не смогла повторить.
Будущее ещё не наступило, но часть меня знает, что через несколько дней на балу маленькая принцесса Николь, подвернув ногу, очень глупо шлёпнется на пол. Каждый посмотрит на неё с жалостью, с какой смотрят на покалеченного котёнка.
Отец поможет подняться и с доброй улыбкой скажет: «Не волнуйся, моя маленькая Николь, ничего страшного. Не старайся так сильно, не надо. Просто будь хорошей девочкой и слушайся папу. Никто успехов от тебя не ждёт».
«Никто-ничего-не-ждёт-от-тебя, Николь».
Девочка улыбнётся сквозь набегающие слёзы и больше никогда не придёт ни на один бал. Отец так и не поймёт почему.
Но это будет потом, а сейчас… я тренируюсь одна в темноте бального зала.
Воображаемая музыка в голове ускоряется, я двигаюсь быстрее, шаг-прыжок-носок. Ещё и ещё! Зажмуриваюсь так сильно, что под веками вспыхивают алые пятна. Мелодия оживает, закручивается, подхватывает! Я представляю, что рядом танцуют пары. Мне мерещится шорох пышных юбок. Я чувствую, как стены зала раскачиваются в такт волшебной музыке.
Золотые искры вспыхивают под веками, чертят змеиные спирали, яркими нитями пронизывают лепнину потолка, кружевом вьются по мрамору пола.
Мечта оживает. Сквозь закрытые веки я вижу… вижу… как великолепно я танцую — изящно, плавно, уверенно! Все хлопают мне. Мама танцует со мной под руку, отец благодарит улыбкой и говорит: «Я всегда знал, что ты всё сможешь, Николь! Я горжусь тобой». Весело смеются сёстры, утягивая за руки в мир грёз… в вечную темноту.
Уже не горят свечи, и стен больше нет. Я танцую в туманной воде, она прохладой лижет мои голени. Песок под голыми стопами — это осколки моей жизни, и в каждом отражается её кусочек. В них книги, конные прогулки, одинокие вечера и семейные завтраки, горящий замок и зелёные глаза мужчины… Страх, стыд и боль, но всё это теперь неважно.
Позади белеет линия берега, впереди раскрывает пасть бездна беспамятства. Я иду к ней со счастливыми слезами на глазах, танцуя и смеясь, всё глубже погружаясь в туманную воду — по колени, по пояс, по лопатки… скоро все тревоги растворятся, исчезнут как дым.
Я исчезну.
Остался лишь шаг. Лишь миг!
Но вдруг кто-то невидимый перехватывает у самого края. Обнимает за талию крепко, отчаянно, почти зло, а потом с упрямой решительностью тащит меня назад, к сверкающей полосе берега, за которой начинается мучительная и страшная… жизнь.
Я испуганно охаю, пытаюсь отцепить наглые руки!
«Не вздумай, Николь! Не вздумай уйти… — горячечно шепчет невидимка в мою холодную шею. — Прошу… прошу».
Его голос затухает. А когда до светлого берега остаётся десяток шагов, схватившие меня руки растворяются дымкой. Что-то во мне знает — это потому что идти дальше я должна сама. Если захочу.
Но хочу ли я?
Стоя по щиколотку в воде, я замираю, решая, как быть. Уйти в темноту? Или добрести до «жизни»?
Туман беспамятства ласково лижет пятки, уговаривая вернуться в «ничто». Я поддаюсь, но через секунду вновь останавливаюсь, в сомнении оглядываюсь на сверкающий берег жизни.
Я ведь там не нужна… так зачем возвращаться? Исчезнуть — это прекрасно, это даже не больно, я смогу вечно танцевать среди грёз, изящная и прекрасная, в кругу миражей. У меня, наконец, получится всё то, что не получилось на берегу. Так почему я медлю? Почему…
«Не вздумай сдаться!» — шелестящим ветром приносит в спину.
«Ты так просто от меня не отделаешься», — далёким рыком прокатывается по земле.
Сердце тяжело толкается в рёбра. Вспышка озарения освещает разум.
И я вдруг вспоминаю, что у меня осталось незаконченное дело. Как я могла о нём забыть?! Это ведь самое важное дело на свете! Пусть ни отец, ни сёстры не верят, будто я что-то могу, но у меня нет права отступить.
Я люблю отца, даже если он не понимает меня. Не могу жить без сестёр, даже если им плевать на моё существование. Я желаю добра своей стране… даже если Аштарии не нужна никчёмная четвёртая принцесса. И неважно верит в меня кто-то или нет, я сделаю всё, чтобы защитить то, что люблю!
Если не это причина жить, то что вообще — причина?!
Ступни увязают в песке из осколков, туман из ласкового становится настойчивым. Он не желает отпускать меня, но я упрямо шагаю к берегу.
Каждый следующий шаг даётся тяжелее предыдущего, ветер негодующе воет, накидывается злым демоном, сбивает с ног. Я