НОАК останется самой большой армией в мире, но не успеет полностью модернизироваться к 2015 г. Китай может сократить технологический разрыв от Запада в тех или иных системах оружия. К 2015 г. резко возрастут возможности Китая в региональных военных операциях. К этому же времени Китай разместит от десятка до нескольких десятков ракет с ядерными боеголовками, нацеленными против Соединенных Штатов, скорее всего мобильные ракеты наземного и морского базирования. Он также будет иметь сотни баллистических ракет близкого радиуса действия и крылатые ракеты для использования их в региональных конфликтах. Некоторые из этих ракет будут иметь ядерные боеголовки, большая же их часть — обычные боеголовки.
Следует подчеркнуть, что если относительно военного потенциала эксперты обнаружили совпадение взглядов, то относительно усиления Китая как великой державы в целом их мнения разошлись. Одни считают, что Китай добьется этого статуса, другие — нет из-за множества проблем внутреннего характера.
А теперь о России. Сразу же хочу подчеркнуть, что в отличие от прогнозов по Китаю по России эксперты оказались более единодушны. Прогноз приводит их к таким выводам: «Россия останется наиболее важным фактором на пространстве бывшего Советского Союза. Однако ее мощь относительно других в регионе и соседних пространствах будет сокращаться, и у нее не хватит ресурсов навязывать свою волю. Советское экономическое наследство будет изматывать Россию. Кроме того, разрушенная физическая инфраструктура, годами пренебрежительное отношение к окружающей среде будут бить по населению. Все это происходит на фоне таких социальных издержек переходного периода, как алкоголизм, сердечные болезни, наркотики и ухудшающаяся система здравоохранения. Российское население не только уменьшится (прогнозируется уменьшение со 146 млн человек в настоящее время до 130–135 млн к 2015 г.), но и станет все менее и менее здоровым и, таким образом, менее способным, чтобы служить мотором для экономического выздоровления. В макроэкономических терминах ВВП России, возможно, и достиг дна. И поэтому России вряд ли удастся полностью интегрироваться в глобальную финансовую и торговую систему к 2015 г. Даже при самых лучших сценариях пятипроцентного экономического роста в год Россия может достигнуть уровня экономики, равной менее одной пятой экономики США.
Центризм России будет уменьшаться к 2015 г. Евразия станет географическим термином, в котором будет отсутствовать объединяющая политическая, экономическая и культурная реальность. Россия и западные евразийские государства сами будут ориентироваться на Европу, но останутся фактически за ее пределами. Из-за географической близости и культурной предрасположенности Кавказ будет политически ближе к своим соседям на юге и западе, а Центральная Азия ближе к Южной Азии и Китаю. Несмотря на это, важные элементы взаимозависимости сохранятся, главным образом, в энергетической сфере.
Россия сфокусирует свои внешнеполитические цели на восстановление потерянного влияния в бывших советских республиках на юге, укрепляя свои связи в Европе и в Азии и представляя себя как значимый игрок в отношении Соединенных Штатов. Ее энергетические ресурсы будут важным рычагом для подобных попыток. Однако ее внутренние болезни сведут на нет попытки восстановить свой великодержавный статус. Россия будет удерживать второй по величине ядерный арсенал в мире как последний признак своего старого статуса. Но в результате таких тенденций получится Россия, которая останется слабой внутри и институционально подвязанной под международную систему, прежде всего через свое постоянное место в Совете Безопасности ООН».
Как ни прискорбно, но именно этот прогноз имеет наибольшие шансы воплотиться в реальность, если не случится чуда или революции.
* * *Краткое резюме. В основных официальных документах США утверждается, что, во-первых, США является единственной сверхдержавой мира и этот статус они сохранят, как минимум, до 2015 г.; во-вторых, несмотря на это, Соединенные Штаты столкнутся с множеством «вызовов» и угроз международного плана (терроризм, наркотики, коррупция и т. д.); в-третьих, Россия не рассматривается как великая держава, способная к соперничеству с США, в то же время она помещена в нишу «угроз» безопасности США из-за недоверия к способностям российских властей проконтролировать хранение ядерного и иного оружия, а также эксплуатировать атомные электростанции.
Что касается России в целом, то это единственная страна, будущее которой не прогнозирует ни один официальный документ США.
ГЛАВА IV
Национальная безопасность: методологические и терминологические аспекты
В предыдущей главе была представлена официальная позиция Вашингтона на внешнюю политику США, роль и место страны в мире. Теперь есть смысл обратиться к методологическим и терминологическим аспектам, а также к процедуре и механизму формулирования стратегии безопасности. В качестве «учебного» пособия воспользуемся уже знакомым документом «Стратегия национальной безопасности в новом веке» версии 1997 г. (А National Security Strategy for A New Century, May 1997), a также материалом, подготовленным госдепартаментом под названием «Официальное заявление по международным делам» (International Affairs Mission Statement, Department of State, September 1997).
Общие «стратегии национальной безопасности» США
Итак, первая часть «Стратегии» СНБ озаглавлена как «Лидерство сегодня для более безопасного и процветающего завтра»60. Она начинается с определения фундаментальных национальных интересов страны, к которым причислены суверенитет, политические свободы и независимость США, их ценности, институты и территориальная целостность. Затем фиксируются «вызовы» национальным интересам, а также возможности их нейтрализации. Четко указывается, что предыдущие стратегии США требуют модернизации вследствие изменения международной обстановки.
Во второй части — «Развитие национальных интересов США» — предлагается усовершенствовать политику безопасности в связи с различного типа угрозами национальным интересам, а также новые подходы в реализации военно-политической безопасности, которая обеспечивается усиленным потенциалом (capability).
Третья часть — «Содействие процветанию» — делает упор на внешнеэкономические аспекты национальных интересов, обеспеченные набором средств из арсенала политики экономической безопасности. Все это тесно увязывается с содействием распространению демократии (то есть рыночной экономики), выступающей одним из главных инструментов достижения экономических целей за рубежом, в особенности в «странах переходного периода».
Наконец, в последнем разделе — «Интегрированные региональные подходы» — разбираются специфики регионов, к каждому из которых предлагается особый набор политики национальной безопасности.
Весь текст строится на трехзвеньевой увязке: национальные интересы — внешние вызовы или угрозы — ответы или меры через политику национальной безопасности. Следует подчеркнуть, что все эти «вызовы и угрозы» рассматриваются как внешние. Иначе говоря, «Стратегия» представляет собой внешнеполитическую доктрину, а не документ, в котором намешана и внутренняя, и внешняя политика.
В еще более структурированном виде выглядит госдеповская доктрина. В преамбуле ясно фиксируется, что «целью внешней политики США является создание более безопасного, процветающего и демократического мира в интересах (дословно — для выгод) американского народа». Данная стратегия разворачивается по следующей схеме.
Вначале определяется круг направлений национальных интересов. В него входят: национальная безопасность (военные аспекты с упором на проблемы нераспространения оружия массового уничтожения и т. д.), экономическое процветание (открытие зарубежных рынков, доведение американского экспорта до 1,2 трлн долл. к 2000 г. и т. д.), защита американских граждан за рубежом, ужесточение иммиграционной политики, совершенствование законодательства (в отношении международной преступности, наркобизнеса, терроризма), демократия (усиление воздействия на зарубежные правительства в приверженности их к демократии и уважению прав человека), гуманитарные проблемы (в связи с природными катаклизмами и бедствиями), глобальные проблемы (окружающая среда, рост населения, болезни).
Затем определяются национальные интересы, после чего формулируется политика национальной безопасности через определение целей. Следующий шаг — предлагается стратегия ее реализации, далее — конкретные меры действий, и, наконец, какой результат должен быть получен. Коротко это можно представить в виде цепочки: национальные интересы — национальная безопасность — цели (как goals) — стратегии — конкретные меры (assumptions) — результаты.