— Не совсем так, — Якей улыбался. — Не все прошло гладко, но результатом я горжусь. Теперь писакам придется ответить за всю клевету. Вы слышали, Ульгер сам сказал, что все газеты устроены одинаково.
— Думаю, коллегии законодателей будет над чем поразмыслить, — Арабелл улыбнулся своей змеиной улыбкой.
— Еще раз благодарю, Ваша честь, — от сделал поклон. — Теперь, господа, прошу извинить, я вынужден откланяться. Вернусь к своей роли душеприказчика и, первым делом, навещу вдову господина Тартиса.
Арабелл легко поклонился в ответ.
— Жду Вас на суде над Шахом, Якей. Вы ведь готовы ответить за слова обвинения?
Тот почти обиделся.
— Кто я по-Вашему, Ваша честь? Журналист?