За полсекунды ход времени восстановился – громко заревели двигатели машин, загудели клаксоны, люди кричали, видя учиненный на остановке кошмар. Мэгу стоял в центре дороги, не замечая шума вокруг. Пока он наслаждался хаосом, Е-хан бросился прочь.
Лавка, в которой Ан Су Ен принимала клиентов и торговала амулетами, находилась недалеко от торговой улицы, чтобы даже иностранцы могли найти ее без труда. Территория вокруг ее магазина была защищена от квисинов и квемулей. Теперь нужно было лишь успеть до нее добраться…
Свернув на узкую улочку, Е-хан побежал прочь, хватаясь за стены на особо резких поворотах. Сердце громыхало в груди, и кровь шумела в ушах, но даже сквозь эту какофонию Пан слышал смех Мэгу. Если не удастся остановить демона сейчас, потом может быть поздно.
– Берегись, маленький шаман!
Отвлеченный голосом лиса, Е-хан проморгал момент, когда проход перед ним сомкнулся, став тупиком. Он на скорости врезался в преграду, теряя ориентиры. Перед глазами все потемнело, а смех Мэгу лишь усилил злость. Тряхнув головой, Е-хан отступил и сгруппировался, а затем подпрыгнул и уцепился за край каменной стены. Ему оставалось всего два поворота до лавки, искать обходной путь было бессмысленно.
Подтянувшись, Е-хан перепрыгнул через препятствие и побежал дальше, быстро свернул направо, но вдруг улочка за ним начала стремительно сужаться. Каменные стены смыкались, норовя раздавить всякого, кто окажется в проходе.
– Черт… – прошептал Е-хан, ускоряясь. Он старался концентрироваться только на дороге перед собой, ведь все, что оставалось за спиной, сжималось и исчезало.
Наконец нос защекотал знакомый запах масел и благовоний; от вибраций, исходящих из лавки Ан Су Ен, кожа покрылась мурашками. Скоро это почувствовал и Мэгу. Пан понял это, потому что стены прекратили смыкаться, а лис зарычал, вновь появляясь из черного тумана. Мэгу бросился ему вслед, норовя схватить Е-хана за капюшон, но тот в последний момент переступил защитное кольцо и оказался в безопасности.
– Хитрец, – прорычал ему Мэгу, расхаживая из стороны в сторону.
– Да… Мышь обманула лису, – тяжело дыша, прохрипел Е-хан и толкнул дверь в лавку.
– Вечно ты там сидеть не будешь, – ответил лис, – я подожду…
Едва смолк колокольчик у Е-хана над головой, старая шаманка, сидящая за прилавком, покачала головой.
– От тебя пахнет могильной землей, Пан Е-хан! – Она цокнула языком. – И лисьей шерстью.
– Мэгу, – коротко ответил он, наблюдая за тем, как Ан Су Ен удивленно раскрывает и закрывает рот. – И в том, что он обратился человеком, есть моя вина.
– И что ты собираешься делать? – спросила Су Ен, с интересом наблюдая за тем, как Е-хан что-то ищет среди вещей в ее лавке.
– Не знаю точно… – признался он, заглядывая под прилавок, но находил лишь камни, амулеты, дощечки. – Может быть, лук?
– Ты не Котхаджи[25], чтобы одной стрелой победить лиса.
– Тогда что мне делать? Обычным ритуалом его не изгнать, он не квисин.
– Раз он квемуль, у него есть плоть. Его можно убить, если одолеть в бою. Ты уверен, что справишься?
Е-хан шумно вздохнул, стараясь не смотреть аджумме в глаза. Он чувствовал даже не стыд – его уничтожала злость на самого себя. Мэгу стал человеком по его неосторожности, и ему исправлять свою ошибку. Он должен справиться, даже если на кону окажется собственная душа.
– Да. Я смогу, – твердо проговорил Е-хан и сжал кулаки.
– Тогда возьми это. – Ан Су Ен отодвинула бордовую занавесь около двери и протянула ему старый посох с заостренным концом. – Нанеси на древко шесть кольцевых царапин и бейся с лисом.
Е-хан принял посох и низко поклонился аджумме в благодарность и на прощание. Он понимал, что это вполне может быть их последняя встреча. Выйдя из лавки, Е-хан нанес на древко посоха последнюю, шестую, царапину.
На улице совсем стемнело, небо окрасилось в глубокие оттенки синего, похолодало. Казалось, темнота поглотила даже свет от редких фонарей. Или эти потемки были происками Мэгу? Помня, что лис сделал с машиной и ее пассажирами, Е-хан крепче стиснул посох и засвистел. Так он концентрировался, прислушивался к вибрациям и переходил на иной уровень восприятия реальности. Так он и нашел Мэгу.
Лис бежал по лабиринту улочек, уходя дальше от главных дорог. Наверняка это была ловушка, но Е-хан шел в нее добровольно, ведь иначе он поступить не мог. Пан брел как слепой котенок, подчиняясь интуиции и слуху.
– Маленький шаман готов на большие подвиги? – После получаса поисков его остановил знакомый голос. Казалось, он шел одновременно отовсюду и из ниоткуда. Наверняка Мэгу знал, что Е-хан готов к битве, поэтому держался на расстоянии. Вряд ли лис забыл, как в прошлом его одолел монах, используя посох с шестью кольцами.
– Покажись, лис. – Е-хан крепче стиснул оружие, медленно шагая вперед. – Ты ведь меня не боишься?
– Тебя? – Мэгу рассмеялся. – Разве может лиса бояться мыши?
– Тогда почему ты прячешься?
– Я не прячусь от тебя. – Внезапно голос раздался у Е-хана над головой. Он инстинктивно отпрыгнул, поднимая глаза.
Мэгу сидел на каменной стене, закинув ногу на ногу. Лис с интересом смотрел то на Е-хана, то на посох в его руках, неодобрительно покачивая головой.
– И что ты собираешься с этим делать? – рассмеялся он, и его глаза засветились азартом. Мэгу щелкнул пальцами.
Откликаясь на магию старого лиса, земля сильно задрожала. Застучала черепица на крышах домов, машины разразились воплями сигнализаций. Из-за тряски Е-хан не удержался на ногах и упал на спину, болезненно застонав.
Уверенный в своей победе, Мэгу спрыгнул со стены и рассмеялся громче. Он потерял бдительность, и Е-хан использовал шанс. Выкрутив посох, он подсек лиса по ногам и уронил его на землю. Стараясь