— Обычно представители вашего агентства достаточно честны с нами, — внезапно обратился он к Юнхи. — Ответьте и сейчас честно: насколько публике известна эта способность Бёль из скромной и нежной девочки в жизни превращаться в настоящую тигрицу на публике?
— Разумеется, большинство видит в ней только сценический образ, — ответила Юнхи. — Но практически любой, кто хотя бы немного интересуется группой и видел одно-два интервью или шоу, знает о том, что она интроверт и в жизни весьма скромна.
Кавалли снова с любопытством осмотрел Бёль, а после указал им обеим на цветной диван у журнального столика. Сам он взял стул и сел напротив них:
— Ну, что я хочу сказать? Контракт мы подпишем. Даже твой, Бёль, отъезд из Кореи показал данные, которые равны тому, что нередко дает нам Даниэль. Это очень хорошие цифры, сравнимые с показателями селебрити, которые обычно послами брендов не становятся.
Бёль смущенно улыбнулась. Она знала, что Person не просто так работали над ее образом. И ее загруженный график съемок — тоже не только ради сиюминутной выгоды. Они пытались сделать из нее айдола, который превзойдет по популярности остальных. Именно поэтому вся ее одежда стилизуется лично Юнхи, она должна была в глазах жителей Азии казаться самой стильной девушкой. И это, по всей видимости, им удалось. Но Бёль казалось, что это немного обман: она сама в моде и стиле мало что понимает.
— Но это не всё? — уточнила Юнхи.
— Не всё, — согласно кивнул Тони Кавалли. — К декабрю мы планируем выпустить новый парфюм. Долгое время это направление не было приоритетным у бренда, но сейчас мы хотим сделать громкий запуск парфюма нового поколения.
Бёль боковым зрением увидела, как напряглась Юнхи. Кажется, это что-то действительно важное.
— Мы знали, что будем брать кореянку для рекламы, желательно, такую, чтобы она была популярна у молодежи. Я хотел поговорить с Бёль, чтобы понять — подходит ли она по характеру.
В комнате повисла пауза, явно немного напряженная.
— То, что она так умеет перевоплощаться, мне понравилось. Она сможет стать не просто моделью, а олицетворением аромата, что наверняка даст хорошие цифры продаж. Так что — мы хотим заключить дополнительный контракт. В отношении одежды и сумок ничего не меняется — она может носить другие лейблы в рамках договоренностей, но вот парфюм…
— Я понимаю, — поспешно заверила Юнхи. — Мы умеем с этим работать. Могу дать гарантии, все будут уверены, что сама Бёль пользуется только им.
— Вы еще даже не знаете, что это за парфюм, — усмехнулся Тони Кавалли.
Он встал со своего места, подошел к письменному столу, взял со столешницы небольшую коробочку и вручил ее Бёль. Та растерялась, но снова выручила Юнхи. Бросив извиняющийся взгляд на дизайнера, она помогла Бёль открыть коробку и достать простой флакон без каких-либо надписей и украшений. Аромат нанесли сразу на запястье Бёль. Запах был очень нежным, Бёль не могла сказать, чем именно пахнет — улавливалось что-то цитрусовое, но это точно не основа аромата. Пока Юнхи восхищалась легкостью аромата, Бёль ощутила и что-то… фруктовое?
Бёль тоже высказала свое мнение о запахе, причем Кавалли был приятно удивлен, что она почувствовала фруктовый шлейф.
Пока сотрудники бренда сервировали стол, Юнхи получила от мистера Кавалли тонкую папку с предварительным контрактом. Потом они пили чай и мистер Кавалли практически вынуждал Бёль рассказать, что ей нравится в одежде, в чем ей особенно удобно, что она предпочитает носить на сцене. Удивился, когда Бёль призналась, что ей на сцене, наоборот, комфортнее в яркой и смелой одежде — это как будто разделяет ее в жизни и на сцене.
— Мне это напомнило Сашу Фирс, — улыбнулся мистер Кавалли. — У твоего альтер-эго нет имени?
— Альтер-эго? — удивленно переспросила Бёль.
— Ты не знаешь? У Бейонсе есть альбом, который она назвала именем своего альтер-эго. Это ее сценическая личность — та женщина, которая бесстрашно зажигает на сцене.
— Вам, кажется, рассказывают об этом во время обучения? — удивленно уточнила Юнхи.
Бёль смущенно улыбнулась:
— Да, но никто не называет это «альтер-эго». Нас просто учат, что лучше разграничивать себя на сцене и вне ее — так проще. Но я не думаю, что у моего сценического образа есть личность. Это тоже я, просто…
— Показываешь, что скрывается на дне глубокой реки, — улыбнулся мистер Кавалли.
Бёль не совсем его поняла, но кивнула.[161]
Пока они беседовали, принесли подписанные контракты — Бёль стала амбассадором Louis Vuitton практически за чашечкой чая. Тони Кавалли вручил бумаги Юнхи, а потом взял руку Бёль, но не пожал, как она ожидала, а галантно поцеловал… скорее, сделал вид — едва коснулся губами тыльной стороны ладони.
Вскоре аудиенция была закончена и Бёль с Юнхи спустились вниз и сели в машину. До отеля ехали в тишине — по Парижу их катал водитель, предоставленный Louis Vuitton.
В номере изнывала от нетерпения Мирэ.
— Ну, как? — спросила она, как только Юнхи закрыла дверь номера.
— Все шикарно, — заявила Юнхи и пораженно плюхнулась на диван. — С сегодняшнего дня Бёль является послом бренда Louis Vuitton, а вскоре станет и лицом их парфюма. В шестнадцать лет.
Мирэ от удивления открыла рот, а Бёль лишь непонимающе смотрела то на одну, то на другую. Для нее работа посла означала, что она будет сниматься в рекламе для бренда. А парфюм это, или одежда — какая разница?
— Ты хоть представляешь, что это значит? — спросила у Бёль Юнхи.
— Нет, — честно ответила она.
— Святая невинность, — с теплотой улыбнулась Юнхи. — Реклама парфюма считается самой почетной и денежной. В отличие от рекламных кампаний одежды, которые появляются только в дорогих журналах, парфюм будут рекламировать повсюду — в магазинах косметики, журналах, на телевидении и билбордах.
— И главное — у Louis Vuitton не было прежде официального лица для парфюма. Большая часть их рекламных кампаний — это просто фото флакона.
Бёль из всего этого поняла только то, что это почетно и будет больше денег.
На следующее утро корейский Vogue снимал ролик о том, как Бёль готовится к показу. Ее наряд — красивое нежно-розовое платье, его дороговизну и элегантность немного приглушили свободной кожаной курткой, которую Юнхи посоветовала почаще скидывать с плеч, как будто Бёль жарко. В куртке и