— Название соло-фандома? — удивился она. — Я как-то не планировал пока, если честно. Я понимаю, что фанатам группы может больше всего нравиться определенный участник, но, честно говоря, надеюсь, что эти люди не отделяют себя от пауэров.
Фанаты даже аплодировать ему начали.
Дан сказал правду: он пока не думал о полноценной сольной карьере. Он подготовил этот альбом, потому что хотел, чтобы его услышало как можно больше людей, ему хотелось представить свою музыку миру… а не стать еще популярнее.
После съемки его покормили, потом повезли на телестудию. Сегодня он появится в выпуске шоу, даст интервью. В гримерке телестудии его ждал сюрприз: Джинхо и Хэвон приехали побыть с ним. Втроем ждать начала музыкального шоу было значительно легче.
Но самым неожиданным было получение награды. Please — песня полностью на английском, да и продвигал ее Дан преимущественно в США, поэтому он не ждал наград от музыкальных шоу. Но забыл, что у Pop Heroes теперь огромная фанбаза, которой плевать на то, как обычно бывает, они просто стримят и голосуют.
Глава 19
Рабочий отпуск
Дан записывал выступления почти за неделю до официального релиза альбома из-за необходимости вылетать в Париж. Его ждали на показе Louis Vuitton, выделили место в первом ряду. Хотя главной целью путешествия была необходимость подписания контрактов с LVMH, нужно уладить все нюансы по созданию собственного бренда косметики.
Когда Дан был моделью, жилье в Париже приходилось искать самостоятельно. Теперь же представители бренда встречали его еще в аэропорту и сразу везли в отель. У Bulgari, кроме парфюма и украшений, есть еще сеть дорогих отелей, в Bulgari Hotel Paris Дан останавливался уже не первый раз, но с каждым новым посещением предоставляемые ему номера становились все шикарнее. Сонхи, прилетевшая вместе с ним, шутила, что такими темпами его скоро будут селить в пентхаус. Ей, к слову, тоже дали не самый дешевый номер — по соседству с Даном, просто меньшего размера.[168]
Дан сразу после заселения спустился в спа — благо, он есть прямо в отеле. Хамам и массаж полностью сняли усталость, что было к лучшему — прилетел Дан утром, а впереди полноценный рабочий день. В номере его уже ждали приветственные подарки от брендов — букеты, пакеты с продукцией, большая корзина с фруктами.
— Они даже помнят, что ты любишь апельсины, — усмехнулась Сонхи. — Почистить?
Дан вроде и не особо хотел, но отказаться от апельсинов — преступление. Сонхи, бодро орудуя ножичком, снимала кожуру, пока Дан переодевался в гардеробной. Его одежду даже отгладить успели, а единственные выходные туфли были начищены до блеска.
Поздний завтрак с директором Bulgari был скорее деловым и проходил в ресторане отеля. Бренд был заинтересован в максимально долгосрочном сотрудничестве для «эльфийской» линейки. После получаса обсуждений прибыли и влияния, Дан, наконец, услышал цифры, которые Bulgari хотят видеть в контракте — минимум семь лет, потом — автоматическое продление, если одна из сторон не захочет его расторгнуть. Это как гарантия того, что Дан не уйдет к другому ювелирному бренду.
Тут дело в том, что «эльфийская» линейка слишком сильно ассоциируется с личностью Дана. Потерять его как амбассадора и лицо линейки — удар для продаж. Причем, у Bulgari есть причины волноваться, пусть и надуманные. Сомнения возникли из-за Hibiscus. Сотрудничество Дана с корейским косметическим брендом было очень удачным, его бы с удовольствием продлили — контракт заканчивается в этом году. Но Дан уже подписал предварительное соглашение на создание именного бренда косметики, что делает его конкурентом для Hibiscus. Bulgari волновались, что Дан со временем может проделать то же и с брендом украшений. Ювелирный — маловероятно, там нужны большие вложения и опытные мастера, а вот качественная бижутерия — это, с их точки зрения, вполне возможно.
Bulgari, хотя и является частью LVMH, сохраняет семейное управление — Дан завтракал с мужчиной, вся семья которого занималась делами этого бренда, он, кажется, даже сына своего готовит к этой должности. Поэтому, даже являясь частью корпорации, они вели дела немного иначе. У них есть причины считать, что LVMH могут уговорить Дана на ведение другого бизнеса, невзирая на возможные потери для уже существующего бренда.
С точки зрения Дана, он не может создавать украшения. И одежду тоже не может. Весь его творческий потенциал сосредоточен в музыкальной сфере, он не хочет заниматься еще и дизайном. Открывать бренд, где все делают за тебя? Ему такое неинтересно. В случае с косметикой все проще — то, что он не силен в химии, не отменяет того факта, что он разбирается в косметике в общем.
Поэтому Дан легко согласился переподписать оба контракта — и на должность посла бренда, и на присутствие как лица линейки, — на долгий срок. Договорились все оформить, когда в Париж прилетит папа Дана, а это будет через два дня.
После плотного завтрака Дану предстояло встретиться с Тони Кавалли. Время, на самом деле, не самое лучшее — показ пройдет со дня на день, Мастер должен много работать… Но, раз уже его позвали, нужно ехать.
Выглядел Мастер действительно не очень — видно было, что он устал из-за подготовки коллекции.
— Ставить кутюрную неделю моды так близко к прет-а-порте — это преступление, — заявил он после традиционных слов приветствия.[169]
Встречались они, вопреки обыкновению, не в его кабинете, а в общей мастерской. Некоторые наряды еще не были готовы. Стучали швейные машинки, тянуло жаром от гладильной зоны — эти утюги не выключают в течение рабочего дня, у окна кто-то формировал наряд прямо на живой модели. Их разговор периодически прерывали — швеи и младшие дизайнеры подходили к Тони Кавалли с образцами.
— Ну что, выйдешь на подиум? — спросил Дана Тони Кавалли.
— Я? — удивился Дан. — Боюсь, что стандартный модельный размер я перерос.
Тони расхохотался. За последние полгода Дан заметно поднабрал мышечной массы. Он все еще худой — это генетика, ее сложно перебороть, — но плечи и руки уже далеки от