* * *
Мы переоделись обратно в свои шмотки, выбрались наружу и расположились в небольшой беседке за стенами додзё (так называлась эта странная помесь храма и спортзала). Нам принесли чай, какие-то странные маленькие пирожные, а также письменные принадлежности.
Аки подсела ближе, подхватила карандаш и принялась вычерчивать на бумаге план помещения, расположение столиков и гостей.
— Сегодня вечером у господина Сирогане-сама важный прием. Будут члены Альянса, некоторые представители и даже главы знатных семей. Присутствие Китсу-сама обязательно. Сегодняшний день важен наступлением еще одного события, о котором пока умолчим, но Китсу будет в центре внимания. Госпожу должен будет сопровождать сын главы Тоичи — ближайший союзник семьи Сирогане. Мы с тобой — как двое доверенных стражей — должны сопровождать Китсу-сама всюду, держась на расстоянии двух шагов за спиной. При этом — нам запрещено подавать голос, вмешиваться в разговор, как-либо отвлекать госпожу, или привлекать внимание…
Я нахмурился, переваривая услышанное.
— Не понимаю. Просто ходить следом за Китсу хвостиком? А что делать, если я замечу что-нибудь подозрительное?
Аки непонимающе уставилась на меня как на умалишенного.
— Что подозрительное? Запомни: мы — своего рода передвижная мебель на церемонии. Считается, что мы должны обеспечивать безопасность, но на самом деле мы выполняем функцию почетного эскорта — безопасность на мероприятии обеспечена на наивысшем уровне! Там всюду камеры охрана наготове в смежных помещениях, да и случайных людей там не будет — весь обслуживающий персонал — слуги рода со стажем…
Я пожал плечами, вздыхая.
— Тогда я не понимаю, какой от нас толк…
— Почетный эскорт, baka! Поддерживать статус и престиж Китсу-сама!
Она еще долго объясняла мне все тонкости: план мероприятия, очередность событий, расстановку, места посадки гостей и членов семьи Сирогане. Назвала каждого по именам, указав пальцем, где кто будет находиться, где будут сидеть, кто главнее по старшинству, кому и в каком порядке нужно кланяться и насколько низким должен быть поклон.
— Запомнил? — нахмурилась она, сложив руки на груди, и требовательно глядя на меня.
— Да, запомнил все от и до… — я зевнул, едва прикрыв рот рукой. — Не обращай внимания, я всегда зеваю, когда запоминаю что-то важное…
Девушка подозрительно прищурилась, но никак не прокомментировала
— После церемонии, банкета, свободной части мероприятия и прощания с гостями — тебя отвезут домой, я распоряжусь. Завтра ты относительно свободен, но я дам тебе кое-какой материал, который нужно будет выучить. Пришлю на телефон. И еще…
Мы обсуждали какие-то мелкие и ничего не значащие детали, когда неожиданно к нам приблизились трое японцев. Двое остались стоять поодаль, а один, шедший впереди приблизился, сняв солнечные очки и улыбаясь. Мужчина лет двадцати пяти — тридцати (точнее не скажешь, у азиатов возраст трудно поддается определению) остановился на расстоянии пары шагов от нас, внимательно изучая обстановку, пробежав глазами по чертежам и надписям на бумаге. Увидев его Аки быстро поднялась с места и поклонилась, а я спустя секунду последовал ее примеру, буквально отзеркалив поклон и позу со сложенными за спиной руками. Мой взгляд упал на пристегнуты к отвороту пиджака золотой значок — символ принадлежности к основной ветви Сирогане. Похоже, старший брат Китсу…
Мужчина о чем-то заговорил с ней на японском, медленно приблизившись. Аки не шелохнулась, но я словно физически почувствовал возникшее напряжение. Японец что-то спросил, рыжая коротко ответила, после чего он выдал тираду минуты на две. Снова короткий ответ девушки. Наконец он повернулся ко мне, внимательно изучил, и что-то спросил, скрестив руки на груди и явно ожидая ответа от меня. Я аккуратно перевел глаза на Аки, которая что-то попыталась сказать, когда мужчина грубо ее оборвал, и сделал шаг ко мне, повторяя ту же фразу, и явно ожидая ответа от меня.
— Я прошу прощения, — осторожно ответил я, и слегка поклонился второй раз. — К сожалению я не владею японским. Буду благодарен, если вы повторите вопрос на русском…
Тот презрительно усмехнулся, засунул руки в карманы, и произнес отчетливо:
— Мало того, что гаядзин, так еще и истинного языка не знает. И зачем он нужен тогда?
Аки промолчала, я, соответственно — тоже, продолжая наблюдать за японцем, который сдул несуществующую пылинку со своего плеча и спросил меня снова:
— И кто ты такой? Откуда тебя раскопали?
— Меня зовут Яромир Харт, — ответил я спокойно. — Китс… в смысле Сирогане-сама предложила мне работу, за что я ей безмерно благодарен. Прошу прощения за мои возможные упущения или ошибки, я не знаю этикета и правил Вашей уважаемой семьи, и могу быть грубым. Надеюсь на Ваше снисхождение и понимание, — я снова слегка поклонился. Сделал все, как мне раньше объясняла Аки, и затих, ожидая реакции.
Японец брезгливо окинул меня взглядом и отвернулся, снова обратившись к Аки.
— На самом деле лучше бы она нашла замену для тебя, — проговорил он, сально ухмыляясь. — Я давно говорю, что такой красавице как ты не место в чьей-то личной гвардии и незачем оставаться служанкой. Тебе давно пора принять мое предложение…
— Благодарю за щедрость, Сирогане-сан, я обязательно всерьез обдумаю ваше предложение.
— Ты только обещаешь… Подумай еще раз, я предлагаю тебе не просто стать моей наложницей, я готов взять тебя законной женой. Ты знаешь, я всегда к тебе хорошо относился… И когда-нибудь я займу место своего отца, и все может быстро поменяться, Аки-тян, помни об этом. Не все же у Китсу-но-ичи в служанках ходить…
Когда незваный гость наконец удалился, Аки бухнулась обратно, задумавшись над последним рисунком-схемой, рассказывая и походу объясняя возможные варианты развития событий и нашу роль в этом всем.
— Можно вопрос? — аккуратно перебил я, подняв голову, и допив свой чай.
— По поводу предложения Сирогане Такаторо? — словно прочла мои мысли девушка.
Догадливая, подумалось мне.
— Как поняла?
Вместо ответа она закинула прядку волос за уши.
— Все спрашивают. В основном — почему я не соглашаюсь. Ответ прост: я не вижу себя в тени мужа, тем более второй или третьей женой. Ну и главное — я не брошу госпожу Китсу.
Этот ответ, если честно, меня удивил.
— У вас считается нормальным многоженство?
Аки пожала плечами и прочитала короткую лекцию:
— В знатных семьях Японской Империи принято многоженство. Вообще, так уж сложилось, что мужчины начиная с восемнадцати лет воюют, сражаются на дуэлях… а если простолюдины — становятся слугами знатных родов, надеясь выслужиться до полноценного вассала такого рода… из-за этого — многие гибнут так и не дожив даже до свадьбы, не говоря уже о том, чтобы