— Мне жаль, медсестра, это просто невозможно. — мой палец проникает в эластичный пояс ее штанов.
— Почему нет? — спрашивает она задыхающимся голосом.
— Потому что у меня есть эта девушка, с которой я переспал шесть лет назад, и я только что получил еще один шанс с ней. К черту рану, ничто не остановит меня от того, чтобы дать ей то, чего она хочет.
— И что, по-твоему, она хочет? — она поднимается на колени, давая мне доступ проскользнуть ладонью вниз по ее штанам, мимо барьера ее нижнего белья.
Я провожу пальцем по ее влажности.
— Думаю, она хочет мой член, — она смеется, но смех быстро затихает, когда я медленно провожу большим пальцем по ее клитору. — Возможно моей руки будет достаточно, на самом деле, — шепчу я, целуя ее ключицу.
— Нет.
— Хорошо. — мой рот снова перемещается к ее груди, пока я ввожу один, затем два пальца в нее.
Она влажная и готова, и ей нравится, когда я сосу ее грудь. Они больше, чем горсть моей руки, и идеального размера для ее телосложения. Она снова произносит мое имя тем хриплым голосом, окрашенным желанием.
— Просто наслаждайся. — я использую большой палец, чтобы тереть ее клитор, пока трахаю ее пальцами.
Она давит на мою руку, ее пальцы впиваются в мои плечи, пока ее дыхание учащается. Маленькие звуки, срывающиеся с ее губ, говорят мне, что она почти кончила, и я отчаянно хочу увидеть, как она разваливается. Ее тело откидывается назад, и я погружаю два пальца внутрь нее, пока мой большой палец все еще кружит ее клитор. Я увеличиваю темп, и ее лоб опускается на мой.
Ее дыхание плывет над моим лицом.
— Черт. Это так приятно. Не останавливайся.
— И не подумаю.
Она раскачивается на моей ладони взад-вперед, пока она не вдыхает воздух и не выдыхает его рывком, ее оргазм пробегает по ее телу. Изумительно. Я мог бы смотреть на нее так весь гребаный день.
Ее руки тянутся к моим штанам, дергая и стаскивая их. Я приподнимаю бедра с дивана, и она встает, чтобы помочь стащить их с моих ног вместе с моими боксерами. Затем она снимает свою футболку и стягивает свои штаны и трусики, почти падая с дивана, пытаясь снять их с ног. Я придерживаю ее за бедра, и она падает обратно мне на колени, снимая бюстгальтер.
— У тебя есть презерватив, да?
— В моей сумке, — говорю я, кивая в сторону моей компьютерной сумки на полу. Я собираюсь столкнуть ее с себя, но она кладет руку мне на грудь.
— Я сама.
Я смотрю, как ее обнаженное тело наклоняется, и мой член дергается.
— Передний карман, — инструктирую я, чтобы добраться до нее быстрее.
Она открывает молнию и засовывает руку внутрь, двигая ею повсюду.
— У тебя много вещей здесь, — говорит она, вытаскивая несколько чеков, мою гигиеническую помаду, мои ключи… Ее тело замирает над моим. Ее ноги соскальзывают с моих бедер, и она садится на пятки на другую подушку, держа мои ключи. Конкретно, брелок, который я купил для нее шесть лет назад. — Пирс?
Это может быть даже более унизительным, чем падение с горы.
ГЛАВА 26
БРИНН
Это не может быть тот самый брелок, но он выглядит идентично.
— Нам действительно нужно вести этот разговор, пока мы голые? — спрашивает он, морщась.
— Почему он у тебя?
Он вздыхает и встречает мой взгляд.
— Я так и не смог отдать его тебе. Ты забыла его, когда ушла в то воскресенье, и я собирался отдать его тебе в понедельник за ужином, но…
Ему не нужно заканчивать. Мы оба знаем, чем это обернулось.
— Я все это знаю. Не про понедельник, но почему он на твоих ключах?
Он проводит рукой по лицу, прежде чем обхватить ею затылок, дергая.
— Я должен отвечать?
Я улыбаюсь ему, моя грудь согревается.
— Я бы хотела ответ.
— Черт, Бринн, — он выдыхает. — Потому что он напоминал мне о тебе. О тех выходных, что мы провели вместе.
— Оу… — я снова сажусь ему на бедра, чувствуя его твердеющую длину у своего лона. — Это так мило. — я нежно целую его в губы.
— Тебе не кажется это жутким? — он откидывает голову на спинку дивана. Красный оттенок его щек говорит мне, как ему неловко и стыдно.
Я осыпаю поцелуями его челюсть, спускаясь по шее.
— Вовсе нет.
— Я собирался отдать его тебе в последний день семестра, но ты не пришла.
Я прижимаю губы к впадине его шеи, облизывая его кадык.
— Мне пришлось уехать раньше, потому что моему дедушке делали операцию.
— Я узнал об этом потом. Профессор Йоргенсен сказал мне. Так что, в тот день я повесил его на ключи и просто никогда не снимал.
Мои руки блуждают вниз по его груди и обратно вверх, пока я прижимаюсь к нему так близко, как только могу.
— Ты скучал по мне.
Его рука обхватывает мою шею, отрывая мои губы от его тела.
— Это не обсуждается. Я скучал по тебе каждый гребаный день.
Я не могу сдержать улыбку, потому что, как бы я ни пыталась вырвать его из своих воспоминаний, он всегда всплывал, никогда не давая мне выбора, кроме как тосковать по тому, что мы пережили за наше короткое время вместе.
— Эй, Пирс, — я поднимаю презерватив перед его лицом. — Как насчет того, чтобы ты показал мне, как сильно ты по мне скучал?
Его руки опускаются на мою задницу, и он встает, поднимая меня одновременно. Он несет меня к кровати и укладывает, заползая сверху. Я наслаждаюсь тяжестью его тела, погружающей меня в мягкий матрас.
Он захватывает мой рот, проскальзывая языком между моих разомкнутых губ. Я теряю себя в его поцелуе, в его исследовании моего тела. Твердая длина прижимается к моему бедру и я отвожу колено в сторону, позволяя его бедрам найти свой путь между моих. Его кончик прижимается к моему входу.
— Ты мне нужен. — я двигаю бедрами из стороны в сторону.
Но он ничего не говорит, его губы продолжают прокладывать невидимые пути по моей коже.
За эти годы я забыла, как он позволяет мне терять себя. Все мои проблемы, заботы, тревоги и неуверенность исчезают, когда я с ним. Это так освобождает, что я могу стать зависимой. Кого я обманываю? Я уже зависима от него.
— Я знаю, но я ждал годы, чтобы снова почувствовать тебя, и я не хочу торопиться.
Справедливо.
Он сползает вниз по моему телу,