Вдох-выдох. Спокойствие.
– Пап, я разберусь.
– Да уже разобрался, Марат. У уже разобрался.
Когда выхожу из отцовского кабинета, поднимаюсь к девочкам. Они лежат на кровати, смотрят полнометражный мультфильм.
«Как ты?» – взглядом спрашивает Юля.
«Хреново», – так же без слов отвечаю. А потом качаю головой, мол выйдем?
Она встаёт, и мы спускаемся вниз, чтобы накинуть верхнюю одежду, впрыгнуть в зимние ботинки и выглянуть во двор. Уже почти февраль на дворе, но погода стоит тёплая. Недавно пронеслась очередная оттепель и снег растаял. Выпавший за ночь превратился в хрустящую корку под нашими ногами.
Мы идём, слушаем это монотонное «хрум-хрум», и меня оно почему-то успокаивает.
– Мне кажется, Дима уже фактически готов обвинить в поджоге меня, – говорю Юле.
– Ну пусть попробует. У него нет никаких доказательств. А у тебя алиби. Ты был со мной, – пытается пошутить, продевая мне под локоть руку.
– Тогда он скажет, что ты меня покрываешь, и мы сделали это вместе.
– Как Бони и Клайд… Ну, я никогда пироманией не страдала.
– Я тоже.
– Не переживай, пожалуйста. Всё решится. Правда она ведь такая, всё равно выйдет наружу.
– Да, – киваю, – надо дождаться экспертизы, только если выяснится, что это поджог, выплаты по страховке Дима навряд ли получит.
Юля хмурит лоб, кусает губу, а я любуюсь её покрасневшими от лёгкого морозца щеками.
– А ты что думаешь? Как это произошло? – спрашивает.
– Не знаю, как, но что само… в это слабо верится. Халатность, может быть?
Я останавливаюсь, разворачиваю Юлю к себе лицом и наклоняюсь, нежно целуя. В этот момент все переживания на мгновение отступают, и я чувствую, как мы оба расслабляемся. Поднимаю бровь и с лёгкой усмешкой спрашиваю:
– Мы когда в ЗАГС пойдём? Может, обрадуем отца хотя бы одной хорошей новостью?
Юля смотрит на меня с удивлением, её глаза блестят от эмоций.
– Ты серьёзно? – переспрашивает, не веря своим ушам. – В такую минуту ты говоришь о ЗАГСе?
– Почему бы и нет? – отвечаю, пытаясь добавить немного лёгкости в эту напряжённую ситуацию. – Пора разбавить эту чёрную драму чем-то более светлым.
Она смеётся, и я вижу, как её напряжение немного уходит.
– Ты серьёзно хочешь свадьбу гулять, пока ваш «Титаник» идёт ко дну? – спрашивает со смешком.
– Я построю новый корабль, более надёжный, – отвечаю с оптимизмом.
Притягиваю Калинину к себе и целую, а она отвечает с нежностью и теплом.
– Ну так что? – подталкиваю её. – Когда?
– А ты когда хочешь?
– Завтра? Как вернёмся в город?
Юлька вздыхает и смотрит на меня, приподняв бровь.
И я ушам своим не верю, когда она говорит.
– Хорошо. Завтра так завтра, – а затем со смешком добавляет. – Пора сделать эти фиктивные отношения более реальными!
Глава 31
Дивов шагает пальцами по моему позвоночнику. Мне и приятно, и щекотно одновременно. И я просыпаюсь медленно.
Лежу на животе, обняв подушку.
Голая…
Ой… кажется, мы ночью забыли одеться.
Непорядок…
Вдруг Даринка залетит к нам в спальню с утра, а тут мама с папой без всего?
Мама с папой…
Мысленно пробую это словосочетание на вкус.
Улыбаюсь и нежусь под ласковыми прикосновениями Марата.
– Я люблю тебя, – выдыхает он жарко мне в ухо.
Хихикаю в подушку, трусь носом и поворачиваю сонное лицо в сторону.
– Да приготовлю я завтрак, не переживай, – отшучиваюсь.
И зарабатываю нежный поцелуй. Мягкие губы Марата как бы коротко прижимаются к моим, но задерживаются и давление становится сильнее.
– М-м-м… – издаю стон и настырный язык ныряет в мой рот.
Всё… поцелуй перестал быть медленным и томным.
– Дивов… – выдыхаю, когда он переворачивает меня на спину и целует в шею.
Марат тоже рычит и вот уже зубами царапает мою кожу.
– Да-да, Юля, понял… Уже утро… Пора вставать.
Сегодня Дарина весь день будет с Маратом, она немного приболела пару дней назад, и в садик не пошла. А так обычно Марат её с утра отводит, и у нас есть ещё немного времени друг на друга, пока мы разбегаемся по нашим работам.
Жизнь становится такой… обычной… системной, что ли. Рутинной.
И, скажу я… это прекрасно!
Люди, у кого жизнь всегда была такой, даже не представляют, насколько они счастливы.
Завтракать на бегу, отвести детей в сад или школу, работа, вечер, ужин вместе, фильм или книга, потом бег в своём маленьком колесе до выходных, когда можно расслабиться и провести время вместе. И строить планы на лето или на отпуск. Или на следующий год!
Я, долгое время справляющаяся со всем в одиночку, выживавшая, а не жившая, ценю эту рутину.
Потому что знаю, каково жить без неё.
Когда сама. Когда одна. Когда помощи ждать не от кого. А планы так и остаются фантазиями.
И сердце просит любви и эмоций, и чувств. А на них просто нет сил…
– Я люблю тебя, – хватаю Марата за руку, когда он поднимается с кровати.
Притормаживаю, заглядываю в любимые родные глаза.
Дивов наклоняет голову к плечу, улыбается мне с теплотой и шутит:
– Да сделаю я завтрак… не переживай, сейчас всё будет.
В спину ему летит подушка, но Марат проворнее. Дверь закрывается и подушка, ударившись о неё, падает на пол.
А я падаю на спину и, раскинув руки, лежу и наслаждаюсь новым утром нового дня.
***
К часу я еду на работу, наслаждаясь утренним чуть морозным воздухом, погода комфортная, ветра нет. Можно и прогуляться пешком через парк, что я и делаю
Сегодня Зинаида попросила меня выйти на смену в другое заведение. Сначала я немного колебалась, но потом согласилась. Марат будет весь день с Дариной, и мне не нужно беспокоиться о детской комнате с аниматором или воспитателем, куда я смогу пристроить дочь.
Зинаида действительно взяла меня в штат, и это придаёт мне уверенности. По всем фронтам стабильность.
Когда я приезжаю в ресторан, меня встречает знакомый запах свежеприготовленной еды и звуки, которые наполняют любое заведение общепита.
Стук вилок и ложек по тарелкам, конечно.
Ну и звон соприкасающихся в тостах бокалов.
Заходя в подсобку, здороваюсь с ребятами. Тут есть несколько наших. Валя в том числе. Мы перекидываемся последними новостями и пьём кофе до начала смены.