Джер вздрогнул, разжав пальцы. Стакан с глухим стуком упал ему под ноги.
В саду все замерло. Последние искры фейерверков брызнули в небо, и, подмигнув на прощание оранжево-розовым, растворились в нагретом воздухе.
Ведьма посмотрела прямо на Крис, и иллюзия слетела со старушечьего лица.
Крис не видела ее много лет. Она бы ни за что не узнала ее вот так просто — но теперь, когда Киран назвал ее по имени, Крис стала ясно распознавать ее черты: ее маленький рот и тонкие брови, озорные голубые глаза, нос с округлым кончиком и морщинки — знакомые до боли, хотя их, кажется, стало сильно больше. Энси подошла ближе, и в наступившей тишине сада было слышно, как шуршит трава под ее старыми потертыми башмаками, как шелестят складки ее разноцветного, словно целиком сшитого из заплаток, плаща.
Крис прижала ладонь к лицу и тихо всхлипнула.
— Как… Как ты…
Киран выпустил ее руку из своей и мягко подтолкнул вперед.
Она сделала неловкий шаг навстречу, и бабушка заключила ее в объятия. Крис, не сдерживаясь, заплакала, уткнувшись в ее плечо. От Энси пахло дымом и горькими травами — запахом, который Крис почти что забыла, почти что поверив за столько лет, что придумала его себе сама.
Но теперь бабушка была здесь. Она была осязаема. Ее сухие волосы щекотали нос Крис. Ее кряжистые руки обнимали её. Ее скрипучий насмешливый голос раздавался прямо над ухом.
— Ну, ну. Не реви, девочка моя. Не реви! Что за дурная привычка у этой семейки?
— Где… Где ты была? — голос Крис прозвучал по-детски обиженно. — Где ты была так долго?!
— Пути колдуний неисповедимы, — ответил Киран, подходя ближе.
Энси улыбалась, хлопая Крис по спине и с хитрым прищуром посматривая на Кирана.
— Вижу, ты сносил свои башмачки, — пробубнила она, когда Крис отстранилась, встав рядом и крепко держа ее за руку, будто страшась, что бабушка испарится, едва появившись.
— Угу. И ты обещала прийти с подарком, — Киран засунул руки в карманы, смотря на старушку с ответным прищуром.
— Да вот, доверилась этой глупой собаке. Где же она? Солодка! Солодка!
— Ты ее насмерть перепугала своими салютами, — усмехнулся Киран.
— Да нет же. Она была где-то здесь. Солодка!
Все наблюдали за ними, затаив дыхание. Даже девочки притихли, с любопытством следя за каждым движением Энси. Впрочем, вряд ли кто-то из окружающих по-настоящему понимал, насколько необычная сцена разворачивалась перед ними: для них бабушка Крис была просто веселой чудачкой без БРК, явившейся из ниоткуда.
Разве что Джер, подавившийся соком от одного только имени Энси, мог понять уровень чуда. Он, как и Крис, в последний раз видел Энси задолго до того, как она попала в лечебницу — и наверняка так же давно примирился с мыслью, что странная старушка исчезла в небытие навсегда.
— Кто такая Солодка? — недоуменно спросила Эри у Лекс.
Та не успела ответить: на крики Энси в сад прибежала Лакрица, таща в зубах фиолетовый сверток.
— Ну вот! Я же сказала, — Энси наклонилась, чтобы забрать подарок из слюнявой пасти собаки. — Умница, псина! Моя ты Солодка! — потрепала Лакрицу за ухом, и та довольно завиляла хвостом.
Крис рассмеялась. Слезы все еще дрожали в ее глазах. Рука Кирана опустилась на ее талию, мягко притягивая к себе.
— И что там? Распашонки? — он усмехнулся, наблюдая за тем, как Энси брезгливо вытирает собачью слюну с шелестящего свертка.
Старушка недовольно покосилась на него и с чрезмерно серьезным видом ответила:
— Маловато стараешься для распашонок!
— Я… делаю все, что могу, — он непринужденно улыбнулся, но Крис видела, какого труда ему стоило не сказать что-то куда более язвительное. Например, что если бы не чересчур громкое появление бабули, он вполне мог бы стараться и дальше — прямо сейчас, в кабинете Мариам.
Крис залилась краской, прикрывая лицо и пряча стыдливый смех.
— А ну, держи! — Энси впихнула сверток в ее руки. — Держи, держи! А то улетят!
— Да кто? Святые! Что там?
Киран помог Крис разорвать упаковку, и в тот же миг из под их рук вверх взмыли десятки голубых бабочек. Дети снова закричали. Лав, Джер и все семейство Кин восторженно ахнуло — конверт был маленьким, но несметные бабочки все летели и летели ввысь, выписывая в августовском небе немыслимые узоры.
— Это… — выдохнула Крис, наблюдая за тем, как волшебные крылья бабочек преображаются в воздухе, становясь полупрозрачными и позже рассеиваясь сияющей голубой пылью.
Энси рассмеялась. Достала трубку, и, не прекращая хохотать, засунула в рот мундштук.
— Вы же не надеялись снова на артефакты, а, ребятня? Радуйтесь мигу! Вам больше ничего не нужно!
Эри и Кита подскочили к Энси, дёргая ее за плащ, подпрыгивая и хлопая в ладоши.
— Бабушка Кис! Как вы колдуете?
— Ба!
— Научите и нас!
Крис все еще смотрела в небо, наблюдая за разлетающимися искрами. Тихие слезы снова побежали по щекам, но она смеялась. Грудь распирало от странного, незнакомого раньше чувства. Нежность, любовь, щемящая тоска, и что-то далекое, неназванное, похожее на ностальгию, смешанную с предвкушением грядущего счастья — невыносимый коктейль, от которого ей хотелось обнять весь мир сразу.
Киран коснулся ее подбородка, заставляя посмотреть на себя.
— Крис?
Она выдохнула, глядя в его зачарованные глаза. Он смотрел на нее так, будто это не Энси, а сама Крис только что вызвала стаю волшебных бабочек. Будто это она сама была этой странной всемогущей колдуньей, заставляющей девочек плясать от восторга, а Ханну — впасть почти что в кататонический ступор. Будто это она, Крис, была причиной и началом всего. Будто это она, она, она…
И Киран…
Любил ее такой.
— Ты еще в моей команде? — он улыбнулся, приподнимая бровь. — Мне показалось, еще секунда, и ты тоже полетишь куда-нибудь из моих рук.
— Святые, Киран, — Крис обхватила его, крепко прижимаясь к его груди. — Я люблю тебя. Я так… чертовски тебя люблю!
Он довольно рассмеялся, целуя ее в макушку.
— Слушал бы это вечно.
Крис отстранилась, совсем немного, все еще оставаясь в кольце его рук, чтобы посмотреть в его смеющиеся глаза.
— Где ты нашел её? Как? Она же…
— Она же — что? Ведьма? Ты тоже, госпожа Кин. Ты тоже. Я уже говорил, что у меня особое чутье на таких, как ты?