Вместо должности полицмейстера, которая была до революции при каждом театре, учредили должность заведывающего зданием театра. Заведывать зданием Мариинского театра был назначен подпоручик Столица, Александрийского — поручик Волков и Михайловского — полковник Крылов, б. ранее полицмейстером этого же театра, и на правах не то заведывающего зданием, не то коменданта остававшийся здесь первые годы после Октября.
А. И. Зилотти, управляющий оперной труппой
Необходимо отдельно остановиться на избрании А. И. Зилотти управляющим оперной труппой Мариинского театра. Избрание это может показаться странным, так как Зилотти, (в отличие от Е. П. Карпова и Б. Г. Романова, долго проработавших на казенной сцене) до этого никогда в Мариинском театре не служил и в состав его коллективов не входил.
Надо напомнить, что еще задолго до революции Зилотти стал систематически организовывать в Петербурге симфонические концерты, которые субсидировались вначале фабрикантом Нейшеллером, а затем М. И. Терещенко, бывшим чиновником особых поручений при Теляковском, а впоследствии министром финансов Временного правительства.
В концертах Зилотти постоянно участвовал оркестр, часто принимал участие также хор и солисты Мариинского театра. Все это незаметно создало Зилотти популярность среди наших хористов и оркестрантов, а отчасти и среди солистов и с течением времени у Зилотти образовалась своя партия в Мариинском театре.
Когда на заседании временного правления Мариинского театра (председателем был первое время Н. А. Малько, а после его отказа В. Г. Вальтер) был поднят вопрос об управляющем оперной труппой, то с нескольких сторон одновременно была выдвинута кандидатура А. И. Зилотти, который хорошо умел пользоваться своей популярностью. При этом здесь же кто то передал в письменном виде (!) уже готовые условии, при которых Зилотти согласился бы взять власть. Условия предусматривали полную свободу действий управляющего и носили ультимативный характер. Сначала они вызвали возмущение, но кто то предложил попробовать сговориться. Тут в самый подходящий момент, как deus еx machina, появился сам Зилотти. Он быстро сторговался с временным правлением и принял престол.
Зилотти сразу же забрал возжи в руки, он умел распоряжаться быстро и решительно и говорил повелевающим тоном. Был образован художественно-репертуарный комитет под председательством Зилотти в составе выборных представителей солистов, хора, оркестра, дирижеров, режиссеров и технического персонала.
Заседания художественного комитета происходили раз в неделю в маленькой комнате, где последнее время помещается кабинет управляющего оперной труппой.
Все восхищались уменьем Зилотти вести эти заседания: когда кругом заседали до одурения и с трудом договаривались до чего нибудь, Зилотти проводил все самые сложные вопросы в течение одного часа. Он был несомненно прирожденный дирижер и трудно сказать, где он лучше дирижировал — стоя за пультом или сидя на мягком председательском кресле.
Сезон в Александрийском и Михайловском театрах закончился 30 апреля, а в Марийском — 12 мая.
Артисты-солдаты
Перехожу к вопросу, который в то время для всех нас носил исключительную важность и отнял чрезвычайно много времени и сил. Я говорю об артистах-солдатах.
Надо сказать, что вопрос об участи военнообязанных артистов в прежней дирекции императорских театров совершенно не был урегулирован. Какого-либо общего правила, оставлявшего военнообязанных на службе в театрах — не существовало. Устраивался кто как умел и как мог, иногда при посредстве дирекции, чаще же всего пользуясь личными связями. Но независимо от такого порядка, вопрос об участи военнообязанных приобрел совершенно новую остроту именно после февральской революции, при изменившейся обстановке.
С первой половины апреля в Мариинском театре начались совещания по вопросу об отсрочках для военнообязанных артистов государственных театров. На первом совещании, кроме заинтересованных артистов и технического персонала, были два представителя от Совета рабочих и солдатских депутатов и два офицера от военного министерства.
Представители политической и военной власти заявили, что военнообязанные артисты частных театров настаивают, чтобы артисты государственных театров в смысле отбывания военной службы были поставлены с ними в одинаковые условия, что поднят вопрос о том, — существует ли такая настоятельная необходимость в театрах, чтобы сотни молодых здоровых людей могли не итти на войну?
Артисты доказывали, что правительство должно продлить отсрочки для военнообязанных деятелей сцены, что в противном случае балет останется почти без мужчин, так как в числе военнообязанных находятся все премьеры балетной труппы — Андрианов, Фокин, Владимиров, Семенов, Романов, Обухов, Орлов, Вильтзак и др. Военнослужащих и военнообязанных по нашим театрам оказалось 92 человека.
Е. П. Карпов был избран делегатом от государственных театров в Совет рабочих и солдатских депутатов. Он должен был разъяснить и доказать, что государственные театры являются хранителями академического театрального искусства, что искусство неотделимо от культуры, что театры нужно сохранить, а для этого нужно сохранить артистов, — ergo — нужно продолжить отсрочки. Карпов удачно выполнил возложенные на него задачи и в конце апреля исполнительный комитет Петросовета постановил продолжить отсрочки всем артистам государственных и частных театров.
Как раз в это время полковой комитет гвардии Измайловского полка решил отправить на фронт первую революционную маршевую роту, в которую собрал всех бывших городовых и жандармов и добавил к ним солдат-артистов, а последних к тому времени набралось в Измайловском полку уже больше 100 человек. 30 апреля эта маршевая рота должна была выехать на фронт и в назначенный час уехала, подняв перед этим невероятнейший скандал из-за отсутствия на сборном пункте артистов государственных театров, которые значились в списках роты.
В этот же день (чего это стоило!..), по ходатайству полкового комитета 171 запасного полка, за пол часа до отъезда маршевой роты измайловцев, все артисты государственных театров, состоявшие в списках Измайловского полка, были откомандированы исполнительным комитетом Петросовета из Измайловского полка в 171 пехотный запасный.
Полк этот был расположен в Красном селе и имел в своем пользовании большой Красносельский лагерный театр. Театром этим, находившимся в ведении культурно-просветительной комиссии полка, заведывал критик и историк театра А. М. Брянский, в то время служивший в полку в чине прапорщика. Театр довольно часто давал специальные представления для солдат и пользовался большими симпатиями последних. Премьер нашего балета В. А. Семенов, бывший в Красносельском лагерном театре, так сказать, главноуполномоченным по балетной части, сумел устроить здесь ряд балетных спектаклей (были поставлены «Волшебная флейта», «Коппелия», «Тщетная предосторожность»), которые чрезвычайно понравились солдатам. Командир полка и полковой комитет были рады зачислить в 171 полк каждого солдата-артиста при всякой удобной оказии.
Случай с измайловцами дал нам мысль хлопотать о переводе всех военнообязанных артистов государственных и частных театров в один какой либо полк, — желательно было конечно в 171.
Для этой цели решили обратиться к Максиму Горькому и просить его поддержать наше ходатайство перед исполнительным комитетом Петросовета. У Горького мне пришлось по этому делу быть два раза на его квартире на Кронверкском