– Да ты до сих пор не прочухалась! – удовлетворённо кивнула она и, оказавшись рядом, подхватила Лиду под руку, потащила за собой. – Пойдём-ка до нас! Шагай-шевелись! Пока лес тебя к себе не прибрал!
– Как это? – выдохнула Лида и специально споткнулась, да так сильно, что тётка едва смогла её удержать. – Что значит – не прибрал?
– Не сожрал! Здесь на таких, как ты, открыта охота! Хорошо, что сёстры тебя почуяли. Теперь, наконец, и работу сладишь!
– Вы про фигурки? – пробормотала Лида, старательно загребая ногами травинки и мох. – А если я откажусь?
– Попробуй, – хохотнула Сухоручка. – А я на тебя посмотрю. У сестёр с такими разговор короткий.
В голосе её прозвучала скрытая угроза, и у Лиды холодом свело позвоночник. Она только теперь окончательно осознала, что без подготовки, с одним лишь Матрёшиным коробком, попёрлась в логово лихоманок! Не просчитала заранее свои возможные действия! Не продумала, как будет выбираться оттуда!
Сбоку от тропинки щетинился колючками высокий кустарник, весь улепленный гроздьями высушенных чёрных ягод. Сухоручка поднырнула под переплетённые ветви и потянула Лиду за собой. Едва успев пригнуться, Лида шагнула за тёткой и оказалась посредине огромной полутёмной норы! От стремительного перемещения в голове закружилось, и ей пришлось схватиться за стену, чтобы не упасть.
– Принимайте квёлую! – довольно отрапортовала Сухоручка. – Едва дотащила! Девку надо бы взбодрить.
– Пришла… пришла-а-а… пришла-а-а-а! – отовсюду поплыли тени-медузы, заскользили в сторону сжавшейся испуганной Лиды. Лихоманки и здесь почему-то не торопились показывать свой истинный облик, растрёпанными клочками зависли пред ней и потребовали, чтобы выполнила то, что должна.
Возражать Лида не стала, спросила робко про материал и инструменты.
– Всё есть! – заверила её Сухоручка. – Давай проведу тебя до места. И чтобы быстро всё сделала. Сёстры не любят ждать!
Стараясь не выдать свой страх, Лида послушно побрела за тёткой в глубину норы. Медузы плыли следом, и, даже не оборачиваясь, Лида чувствовала их леденящее присутствие.
Голоса в голове помалкивали – Матрёша и избушка не хотели напоминать о себе без лишней надобности, а может, опасались, что привлекут к себе внимание враждебной стороны. Лиде оставалось только надеяться, что они всё так же наблюдают за ней и придут на помощь, если это потребуется.
Глава 12
Выпускай мряку!
Лаз в конце норы вывел Сухоручку и Лиду в длинный, довольно широкий тоннель-коридор. Вместо светильников на стенах пучками подвешены были гнилушки. В исходящем от них тусклом рассеянном свечении Лида сначала различила скопления темноты по сторонам длинного коридора и только потом поняла, что это специальные отверстия-ниши.
Сухоручка повела её вперёд, и уже в первом углублении Лида заметила висящий в воздухе кокон! Серебристый и длинный, почти в человеческий рост, кокон слегка покачивался среди мрака, и Лида запретила себе думать о том, что могло в нём находиться.
В следующей нише помещалась копия первого кокона, но в этот раз оболочка была прозрачной, а сквозь неё слабо просматривались буровато-коричневые разводы. Судорожно сокращаясь, словно щупальца или паучьи лапы, они ощупывали кокон изнутри, будто искали выход. Смотреть на это было противно и жутко, и Лида в этот раз не смогла промолчать – спросила, что внутри.
– Сестрица отдыхает. Старшая. Не стали её со всеми поднимать – не любит она этого. А теперь вот просыпается понемногу. Может, ещё познакомитесь.
– Не хочу я с ней знакомиться… – выпалила Лида, отступая назад.
– Ну, это как пойдёт. Твоё желание никого не волнует.
– А должно волновать! – от страха Лида начала грубить. – Вы меня оберегать должны, чтобы фигурки получились такими как надо!
– Ишь, как запела! Ишь, как завела! – хмыкнула Сухоручка. – Уговорила, пока будешь делать деревяшки – будем беречь, а после не взыщи.
Возражать Лида не стала – была занята тем, что вглядывалась в появляющиеся в стенах-убежищах всё новые коконы. Они в точности походили на первый – такие же серебристые, непроницаемые для взгляда, слегка покачивающиеся.
– Пусты спаленки, – Сухоручка махнула на них полой накидки. – Повылуплялись сестрицы, только одна не спешит.
Она вздохнула чему-то и неожиданно резко свернула в последнюю нишу – в отличие от прочих, здесь на полу лежало что-то вроде дырявого матраса и стояло несколько корзин.
– На месте, – Сухоручка подтолкнула ногой импровизированную постель и отовсюду из прорех полезла солома. – Это тебе вместо стула. А в корзинках материал для работы. Как закончишь – кричи. Кто-нибудь обязательно придёт.
Она развернулась, чтобы уйти, но Лида заступила ей выход. Безысходность не позволила промолчать, и она потребовала от Сухоручки конкретики.
– Что значит – кто-нибудь придёт? И вообще здесь плохой свет! Это неподходящее место для работы! А если мне понадобится что-нибудь ещё? Если я просто захочу пить?
Она собиралась добавить главное – что не хочет оставаться в компании со старшей лихоманкой, хоть её ниша и находилась на некотором расстоянии, но вовремя прикусила язык.
«Нельзя показывать свою слабость, – вспомнились советы Матрёши. – Нужно переть напролом, используя локти и зубы».
– А ты ловчее мастери, тогда и пить не захочется, – пробурчала Сухоручка, но всё же вынула из кармана маленький колокольчик и аккуратно положила его на матрас. – Вот тебе звонок. Нужно будет – используй. Только помни, что этот звук может помешать старшо́й.
Подмигнув примолкшей Лиде, тётка скользнула вбок и была такова. И Лида осталась в компании корзинок и коконов. Она хотела было позвать избушку, чтобы спросить – как быть дальше, но всё же решила лишний раз не рисковать. Если даже звяканье колокольчика способно потревожить спящую лихоманку, то вопли Матрёши точно её расшевелят. Сбежать отсюда вряд ли получится, да Лида и не ставила себе такой цели – ведь стригушку она до сих пор не нашла. А без неё возвращаться было нельзя.
– Ты её вообще не искала! – упрекнул не ко времени прорезавшийся внутренний голос.
– А где её искать? – вздохнула Лида. Ввязываясь в эту авантюру, она надеялась, что стригушка болтается рядом с Сухоручкой или сёстрами, и просчиталась.
Возможно, ей следует получше осмотреть коридор, пройти по нему дальше, исследуя новые ниши и закоулки. Но что-то подсказывало Лиде, что она лишь напрасно потратит время и куклы там не обнаружит.
– Думай! Думай! – приказала она себе. – Не подведи Николая!
– Думай не думай, а фигурки сделать придётся. А когда они окажутся у лихоманок – и волколаку, и тебе каюк… – внутренний голос был настроен пессимистично.
– Вот спасибо! Помог так помог! – Лида решительно отогнала от себя пугающие перспективы, но внутренний голос заткнуть было непросто. Он тут же напомнил про