Я закрыл глаза и пожелал, чтобы лекарства сработали, чтобы хоть что-то отключило мой мозг, чтобы пропал соблазн звонить и писать мужчине, который сделал вопиюще очевидным, что не хочет иметь со мной ничего общего.
Вау. Если бы несколько недель назад мне кто-то сказал, что я буду лежать в кровати расстроенный, потому что мужчина, с которым я встречался, взял и бросил меня, я бы назвал этого человека сумасшедшим.
Чёрт.
Я бросил взгляд на часы на тумбочке и простонал. Мне нужно было поспать, если я надеялся побороть это измождение, но сон был неуловим. Мой взгляд метнулся к телефону, а рядом с ним лежала визитка, которую Баш дал мне в самый первый раз, когда приезжал на станцию.
Потянувшись за ней, я уставился на название компании «АнаВог», под которым было написано имя Баша и должность, а ниже номер телефона, адрес электронной почты и адрес в Южном Хэйвене.
Я нахмурился и провёл пальцем по краю визитки, прежде чем бросить её обратно на тумбочку. Я не думал, что письмо на его электронную почту чем-то мне поможет, если он не отвечал на мои звонки или сообщения, и боже, почему я до сих пор думал об этом?
Он уехал. Он больше не хочет тебя видеть. Смирись с этим, приятель.
Но мне этого было недостаточно. Не тогда, когда мой мир будто перевернулся с ног на голову. Баш знал, что то, что было между нами, я ощущал совсем по-другому. Сколько доверия мне понадобилось, чтобы пересечь черту, о которой я никогда не думал до него. А он просто сбежал от меня, будто для него это было не больше, чем просто чёртова игра? Это было стыдно. Мне было стыдно.
Жар поднялся по моей шее к щекам, пока я думал о том, как он сидит со своими друзьями и смеётся над пожарным-натуралом, которого ему удалось подцепить в своей поездке в Чикаго. У меня крутило желудок, мысль о том, что я был для него шуткой, ужасала больше, чем связь на одну ночь, и опять же, я не мог сдержать придирчивый голос на задворках мыслей, который говорил, что Баш не такой.
Но откуда мне было знать?
Я выдохнул и закрыл глаза, и когда ощущение расслабленности растеклось по телу, я не стал с ним бороться. Я поприветствовал вялость, поприветствовал спокойствие, которое наступит, когда мой разум отключится. Затем я блокировал все мысли о мужчине с мягкими губами, алебастровой кожей и чёрными волосами, проваливаясь в забвение и счастливо оставаясь там следующие двенадцать часов.
Глава 2
Баш
Я ответил на очередной имейл и пролистал остальные, которые пришли за ночь, чтобы посмотреть, какие из них более срочные и нуждаются в моём внимании. Скоро все начнут съезжаться в офис, и я хотел начать дела пораньше, до утренней встречи.
Я уехал из Чикаго раньше, чем нашёл человека на должность менеджера, так что во многих имейлах были резюме от хедхантеров, с которыми я работал в прошлом. Интервью по видеосвязи будет достаточно, пока я не сужу круг, а затем, какого чёрта, я всегда мог попросить их прилететь сюда для финального решения. От Чикаго у меня во рту остался плохой привкус, это было печально, ведь я только заключил там контракт, но сейчас я ничего не мог с этим поделать. Я сам расстелил себе кровать и теперь должен был на ней лежать.
Без Кирана.
Уф, не думай о нём. Не думай ни о чём из этого. Я вновь сосредоточился на резюме, ну или попытался, пока краем глаза не увидел, как входит Джексон и удивляется, увидев меня через стеклянные стены моего кабинета. Я не говорил ему или кому-то другому, что вернулся. Без сомнений, он за две секунды закидали бы меня вопросами, а я не был к этому готов.
Я не хотел говорить. Не хотел думать. Хотел просто погрузиться в работу, чтобы было на чём сосредоточиться, кроме как на собственной глупости, стыде и боли в сердце, которые все боролись за главное место внутри.
Джексон постучался в дверь, но не стал ждать, прежде чем зайти в мой кабинет. Я не потрудился поднять взгляд, потому что чувствовал, что его глаза и так меня прожигают.
— Ты вернулся раньше, чем ожидалось.
— Мхмм.
— Хочешь поговорить об этом?
Я прокрутил вниз текущее резюме на экране и остановился.
— Университет Хофстра. Это в Нью-Джерси?
— В Нью-Йорке. Лонг-Айленд, кажется.
— Хмм.
— Я так понимаю, твоя смена темы означает, что нет, ты не хочешь об этом говорить.
— Проницательно.
— Это касается пожарного? Что-то случилось? — когда я удержал рот на замке, Джексон вздохнул. — Ладно, что ж, когда ты приехал?
— Вчера, — прежде чем он успел спросить что-то ещё, я добавил: — Утреннее собрание в девять.
— Баш, — Джексон подождал, пока я наконец подниму на него глаза, и вот, я увидел то сочувствие, которого не хотел.
— Всё шикарно, дорогой, так что, пожалуйста, давай сегодня сосредоточимся на работе, а не на несущественных делах. Это было бы чудесно.
Я сделал глоток своего кофе, всё ещё горячего в термокружке, и откинулся на спинку своего кожаного кресла, дожидаясь согласия Джексона.
К счастью, он сегодня был не в настроении бороться.
— Тебе что-нибудь нужно перед встречей?
Я улыбнулся.
— Думаю, у меня всё есть, но спасибо, Джексон. Ты замечательно справлялся, пока меня не было — может даже слишком хорошо.
— Нет, я рад, что ты вернулся. Без тебя здесь всё не так.
— Ооу. Лесть во всём тебе поможет.
Когда Джексон открыл рот, чтобы что-то сказать — и я знал, что это что-то будет связано с определенным пожарным — я поднял руку.
— Почти во всём.
— Что ж, полагаю, мне не нет нужды говорить, что я рядом, если ты захочешь поговорить.
— Нет, и мне это не понадобится.
— Баш, ты не можешь всегда держать всё в себе...
— Я передумал. Перед встречей мне нужна последняя статистика по кампании Фаулера.
Джексон запрокинул голову, подавляя стон раздражения. Но когда посмотрел обратно на меня, он кивнул.
— Займусь.
Всё офисное пространство «АнаВог», помимо холла, было одной большой открытой зоной, за исключением нескольких кабинетов, расположенных линией с одной стороны. Но даже кабинеты были со всех сторон стеклянными с поднятыми жалюзи, если опускать их не было крайней необходимости. Я хотел, чтобы всё было современно, минималистично и прозрачно во всех смыслах.
Что