Буквально вбегаю в квартиру. Но дверь не закрываю. Я хочу знать… хочу!
— Что ты тут делаешь? — ежусь от полного ненависти голоса Яра.
Спиной буквально врастаю в стену. Слушаю.
— Яр… это же я… — умоляюще плачет Яна, — Марат! Мы же… дайте объяснить!
— Что тебе нужно? Шлюха Антоновская, — рычит Акаев.
А я даже на расстоянии ощущаю его боль. Его предали. Их обоих.
— Ребята… все не так! — восклицает она, — выслушайте!
— У нас нет на тебя времени, — спокойно отвечает Волков, — наша девушка уже заждалась.
— Это она? Та танцовщица? — сжимаю руки в кулаки, до крови впиваюсь в ладони ногтями, — значит, слухи правдивы, и вы реально с ней… втроем?
— Тебя это не касается. Ты уже всё сделала. Слила нас Антонову, легла под него…
— Я вас не предавала! Прошу, поверьте!
— Да? А пулю, прошедшую рядом с моим сердцем, не головорез Антонова выпустил, и вовсе не по твоей наводке? — слышу ярость в голосе Марата.
Он был ранен? Из-за неё? Что же там такое произошло?! Я не решалась спросить у Акаева, откуда рядом с его сердцем тот шрам. Они оба… покрыты шрамами. И не только снаружи.
— Я прошу пять минут, и потом уйду! — стонет Яна.
Нет! Не позволяйте ей… ревность ржавыми клещами вгрызается в сердце. Становится трудно дышать. Пусть она уйдет!
— Говори, — Яр все так же холоден, — у тебя три минуты, а потом твои пожитки полетят с лестницы.
— Спасибо…
— Ну?!
— Всё, что я сделала, было ради вас! — умоляюще восклицает она.
— Да ты что?! — Марат совершенно не скрывает злости, — ради нас? Интересно!
— Дай ей сказать. Яна, минута прошла, — устало вздыхает Яр.
И тут блонда начинает тараторить.
— Эта флэшка… он обманул меня… сказал, вам грозит опасность из-за данных, что на ней записаны.
— А ты такая идиотка, что верила всем словам Антонова? Особенно после того, что он сделал с моей сестрой? — веселится Акаев, — и после всего, через что мы вместе прошли? У нас троих были лишь мы.
— Да, я идиотка! Но сильно вас любила! И ушла… это было условие Антонова. Он хотел, чтобы я была лишь его… думаете, легко мне было стать одной из его шлюх?
Фу, гадость какая! Я бы никогда на такую подлость не пошла!
— Антонов сказал молчать, — продолжает Яна, — иначе убьет вас. Мне ничего не оставалось, кроме как смириться. Я даже не подозревала, что он задумал…
— Он чуть нас не убил, — рычит Яр, — та сделка была чертовой ловушкой!
— Я не знала! И о встрече той не знала! И о сделке!
— То есть ты легла под Антонова, не поставив условий, не получив гарантий? Прости, Яна, но я не верю… ты всегда была слишком умна. И тут резко отупела?
В голосе Яра сомнение. И небезосновательное.
— Мне было страшно. Я боялась за вас… и ещё кое-что личное, что я бы хотела оставить при себе.
— Это всё?
— Я украла у Антонова флэшку, — сдавленно говорит блонда, — вчера подсыпала ему снотворное и сбежала.
Повисает глухая тишина. Слышу только стук собственного сердца. Та самая флэшка, о которой говорил Марат в день вечеринки у мафиози? И что там за данные такие?
— А о чем ты думала всё это время? — спрашивает Волков, — почему раньше не связалась с нами? Когда поняла, что он наебал тебя?
— Думала, что защищаю вас. Всё это время думала! А недавно… он сказал, что вы нашли себе новую игрушку. И забыли меня… всё рассказал о нападении, перестрелке. Избил меня и прогнал, больше я ему неинтересна.
— То есть Антонов пользовал тебя, пока ты была для нас важна, а потом… выкинул? — хохочет Акаев, — карма существует, да, Яна?
— У него теперь новая цель, — голос блонды вдруг становится ровным, даже немного хищным, — уничтожить вас, раздавить, камня на камне не оставить. И он решил взяться за это всерьез.
— Очень интересно, — серьезно произносит Яр, — и почему же ты вдруг сейчас появляешься, вся такая невинная девочка, приносишь нам данные, которые мы годами не могли выкрасть… сдаешь своего любовника?
— У меня есть причины… искупить вину, отомстить Антонову! — жестко говорит она.
Актриса! Сначала такая вся несчастная, побитая, как щенок. И через секунду стальная леди. Я не верю ей. Чистой воды лицемерие.
— Это всё чушь, — выплевывает Марат, — не верю ни единому слову.
Волков молчит. Я не вижу их, но слышу. Сомневается? Яр! Не верь ей! Блииин… не выдерживаю и буквально вываливаюсь в коридор.
— Карина? — охреневают оба мужчины.
— Уходи! — рычу на их блондинку.
— Что… — она удивленно вскидывает брови.
— Ты всё врешь! Убирайся! — хватаю её чемодан, затем тащу в сторону лестницы, — обратно к своему Антонову или ещё куда!
— ЭЙ! — но я уже толкаю ногой её пожитки, и они с грохотом летят этажом ниже.
Я не буду просто так терпеть это дерьмо!
— Но… как… — блеет она.
— А вот так! Поезд ушел, милочка! — заявляю, — тебе здесь не рады. Они мои!
— И вы так просто это допустите?! — она обращается к моим бандитам, которые, очевидно веселятся, — мы говорим о серьезных вещах, «милочка».
— Карина права, — наконец-то разлепляет губы Яр, — благие намерения еще не обеляют тебя, Яна. Уходи. Мы изучим флешку и решим, стоит ли нам продолжить диалог.
— А мои вещи? — пищит она, испуганно глядя на меня, — где мне жить?! Он найдет меня!
— Это не наши беды, Яна. Дай свой номер, мы свяжемся.
Она черкает цифры, протягивает Яру, а я киплю. Каждую секунду, что бывшая моих бандитов находится рядом, внутри нарастает гнев. Ох, кому-то точно не поздоровится! И когда Яна сваливает, разворачиваюсь к мужчинам.
Мы с Яром тут же вступаем в зрительную перепалку.
— Карина! — рычит он, — пошли домой! Поговорим там.
— Это что было?! Это вы её так с лестницы спустили?! — гневаюсь, — прогнали?!
Мужчина вздыхает. А Акаев выглядит разбитым.
— Я вас оставлю, — возвращается с чемоданами в квартиру.
Прекрасно! Просто прекрасно! Ревность ослепляет. Она делает меня совершенно безумной. Толкаю Яра.
— Вот так, да?! Сначала вы её слушаете, не прогоняете… потом у кого-то чувства вдруг проснулись?! — перехожу на крик в надежде, что Марат услышит.
— Успокойся, — говорит Волков, — Карина. Всё не так, как ты себе надумала.
— Нет уж! Сам успокаивайся! Эта ваша бывшая… она постоянно рядом! Такое чувство, что даже в постели с нами… ЯНА, ЯНА, ЯНА!
— Домой! — гаркает Яр.
— НЕТ! — снова толкаю его, — почему это я должна её выгонять?! Или может она четвертой станет?! А ЧТО?! ШВЕДСКАЯ СЕМЬЯ, ВСЕ В ПОРЯДКЕ! Давайте догоним её и предложим жить с нами, а?!
Не знаю, что со мной. Плачу,