— Плюс уголовное преступление за обращение с инопланетным животным, — напомнила я ему.
— Это тоже, — согласился Дженсен. — Так что каждый из них отвечает примерно по сотне обвинений, для начала. Если они не умны, они заговорят, чтобы спасти свою шкуру. Если они очень умны, они будут молчать и платить за адвокатов. Будем надеяться, что они не настолько умны.
— Ты поговорил с кем-нибудь об инопланетных экскрементах в канализации?
— Я говорил со своим другом в городском Департаменте водоснабжения и канализации вчера. Он сказал, что поднимет это на ежедневном совещании, но не думает, что это то, о чем они будут беспокоиться. Он сказал, что они уже работают над проблемами канализации в Третьем округе, и у них уже есть теория насчет них.
— Какая?
— Жироберги.
— Жиро-что?
— Жироберги, — повторил Дженсен. — Люди выливают жир в раковины и смывают влажные салфетки в туалеты и тому подобное. Делай это достаточно, и все накапливается и начинает забивать стоки и трубы, вызывая всевозможные головные боли.
— В Париже нет жиробергов, — сказала я.
— Неправда, — сказал Дженсен. — Они, по-видимому, есть в любой крупной канализационной системе.
— Не порть мне Париж, — предупредила я Дженсена.
— Прости. Также мой приятель говорит, что Третий округ — местная столица жиробергов, потому что ему приходится обрабатывать канализационные нужды десятков различных видов, каждый со своими, эээ, конечными продуктами и способами их утилизации. Мне сказали, что твой начальник проведет пресс-конференцию по этому поводу в начале следующей недели. Они собираются провести обследование в ближайшие пару месяцев, чтобы выяснить, что именно засоряет систему. Так что все придется подождать до тех пор.
— У меня неоднозначные чувства по поводу того, что я узнаю эту действительно уместную информацию от Департамента контроля за животными.
— Понимаю, — сказал Дженсен. — И тем не менее, вот мы здесь.
— Значит, ни твой приятель, ни Департамент водоснабжения и канализации не беспокоятся об экскрементах мундагов.
— Он сказал: «Чем они функционально отличаются от экскрементов любого другого инопланетянина?» Что является разумным вопросом.
И это был разумный вопрос. До следующего дня, во всяком случае.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
— ОНИ ЗАБРАЛИ КЛАРКУОРД! — рыдала Генриетта Данлоп, ворвавшись в офис и пытаясь пройти мимо Оуигин ко мне. Когда это с треском провалилось, она крикнула мне из-за стойки. — Они забрали Кларкуорд! — сказала она сквозь рыдания.
— Все в порядке, — сказала я Оуигин, которая пропустила Генриетту. Та плюхнулась на свободный стул, который Лор поспешно освободила, и пару минут гипервентилировала.
— Я принесу ей воды, — сказала Лор и умчалась быстрее, чем я когда-либо видела.
— Ладно, — сказала я Генриетте и дала ей чашку воды, которую принесла Лор. Она пила ее между рыданиями и в конце концов успокоилась.
— Что случилось с Кларкуорд? — спросила я, когда она была готова.
— Они забрали ее, — сказала Генриетта.
— Кто забрал?
— Ты же знаешь! Они.
Я решила пойти другим путем. — Где вы были, когда забрали Кларкуорд?
— Мы были на Семнадцатой, ждали автобус 71, — сказала Генриетта, что, как я подозревала, было самым близким к признанию, что она и ее курица разводят аферу с автобусной системой. — Кларкуорд клевала кукурузную чипсу в сточной канаве, а я посмотрела вниз по улице, не видно ли автобуса, и тогда я услышала тихое кудахтанье, а когда оглянулась, Кларкуорд исчезла.
— Может, курица перешла дорогу, — сказала Лор.
Я посмотрела на нее, чтобы сказать «не сейчас», но Генриетта ответила на комментарий. — Кларкуорд никогда бы этого не сделала. Я приучила ее оставаться рядом со мной. Когда я бросаю ее под автобус, — тут она посмотрела прямо на меня, — она знает, как избежать травм, и знает, что нужно сразу возвращаться ко мне. Она не уйдет. Они забрали ее.
— Генриетта, — сказала я. — Ты же понимаешь, что только что призналась, что пытаешься развести город с помощью курицы.
— Очевидно, — ответила она.
— Так зачем ты пришла ко мне и призналась в этом?
— Потому что мне сейчас плевать на аферу, мне важна моя птица! — сказала Генриетта. — И потому что я не знаю, кому еще сказать.
— Ты могла сказать копу, — сказала я.
Генриетта бросила на меня взгляд.
— Да, ладно, глупый комментарий с моей стороны.
— Вы можете мне помочь? — спросила Генриетта.
Я внезапно осознала, что все в