— Девственность продала, — злобно усмехнулась я.
То ли коньяк на меня подействовал, то ли я просто осмелела, внезапно мне стало тепло настолько, что трясти перестало.
— Не продешевила?
По холодному тону мужчины не было понятно поверил он мне или нет, но голос стал жёстким. Я устыдилась своего поведения. Сейчас не время ёрничать. Романов хоть и сволочь, всё же мне помогает.
— Извините, я пошутила. Деньги мне родители прислали, чтобы я за учёбу заплатила. Если преступников не поймают, меня просто отчислят.
— Хреново, — подвёл итог Егор Васильевич и выпил ещё коньяка. Он склонился чуть ближе, и это движение взбудоражило меня, так что я невольно отпрянула. — Я могу тебе помочь, Женя, но для этого тебе нужно перестать видеть во мне монстра и попытаться принять эту помощь. Мы все заслуживаем заботы и внимания. Не думай, что это что-то ненормальное, когда кто-то хочет помочь.
Я почувствовала, как в груди что-то щёлкнуло. Я всегда воспринимала заботу как слабость. Надеясь, что мне не нужно никому быть важной, что это делает меня уязвимой. Но его слова словно открыли какую-то новую дверь в моих чувствах.
— Я не хочу спать с вами за деньги, — сказала я, чтобы напомнить об этом прежде всего самой себе.
Егор Васильевич тихо усмехнулся, и в его глазах что-то блеснуло — нечто большее, чем просто тревога обо мне.
— А без денег? Я привлекаю тебя как мужчина?
Я совершенно растерялась от этого вопроса. В таком ключе я не думала о Романове. Он всё время мне деньги совал вместе со своими непристойными предложениями, так что оценить его просто как мужчину у меня и мысли не возникло.
Не дождавшись от меня ничего вразумительного, Егор Васильевич притянул меня к себе и накрыл мои губы своими. Поцелуй был требовательным и властным, ни намёка на нежность. Его губы со вкусом коньяка терзали мой рот, заставив его приоткрыться. Мужчина запустил пальцы в мои волосы, запрокидывая мою голову назад.
Глаза закрылись сами собой, я обмякла, не в силах больше противостоять ему. Твёрдая, как сталь грудь впечаталась в мою, выбивая из меня остатки дыхания. Голова пошла кругом, я обхватила шею мужчины, чувствуя, что лечу в какую-то бездну. В животе стало щекотно, будто я и впрямь проваливалась куда-то.
Всё заканчивается резко, в один момент.
Приоткрываю глаза и смотрю на мужчину сквозь дрожащие ресницы. Перед глазами всё плывёт, и я тону в его пристальном взгляде. Мы оба дышим тяжело, смотрим друг на друга не отрываясь.
Чёрт, что-то изменилось. Какая-то невидимая струна внутри меня лопнула, и стало легче дышать. Зачем Романов это сделал? Он же обещал не приставать ко мне?
— Сработаемся, — облизывая губы самодовольно ухмыльнулся он. — Ешь, и ложись спать, — говорит уже приказным тоном, снова прикладываясь к бутылке. — Завтра у нас много дел.
11. Евгения
Я уже убирала со стола, когда у Егора Васильевича зазвонил телефон.
— Да, солнышко! — ответил он. — Я не приеду сегодня домой. У Жени серьёзные проблемы.
Я поняла, что он разговаривает с Машей, и это стало очередным поводом для расстройства. Теперь и она будет знать о моих проблемах, а помимо этого, о том, где ночевал её отец.
— Да, она в порядке, — продолжил Романов. — У неё телефон украли, вот ты и не можешь до неё дозвониться. Завтра она сама тебе всё расскажет. Я останусь с ней на всякий случай. Ты же хочешь, чтобы я помог твоей лучшей подруге? Спокойной ночи, Машунь! И я тебя люблю.
Он отложил телефон, и наши взгляды встретились.
— Что мне говорить Маше? — поинтересовалась я у Егора Васильевича.
— Ври что хочешь, но она не должна знать, что между нами отношения.
— Но между нами нет никаких отношений! — отметила я.
— Тогда и врать не придётся, — развёл руками мужчина.
Я постелила ему на полу, переоделась в пижаму и легла спать. Романов раздевался в темноте, и слава богу. Он сразу затих, едва улёгся, а я ещё долго лежала без сна.
Коньяк меня немного успокоил. Если бы не он, я бы с ума сошла. Даже под действием алкоголя мысли пронзали мой мозг, не давая покоя. Время от времени я бросала взгляд на электронные часы на стене и безнадёжно осознавала, что, несмотря на усталость, сон не приходит. Хорошо, что Егор Васильевич остался со мной, иначе я бы всю ночь чудилось, что в квартиру кто-то пытается залезть. Может, и не было бы ничего подобного, но после пережитого ограбления, я вела бы себя именно так.
Я пыталась игнорировать спящего мужчину, но это было невозможно. Он всё ещё хочет, чтобы я стала его любовницей, иначе его бы здесь не было. Я не верила в альтруизм Романова ни на секунду.
Его сила и богатство — это не что-то поверхностное. Это не просто цифры на банковском счету. Это влияние, власть над жизнями других людей. Он хочет сделать меня пешкой в своей игре, которую он выбросит потом из жизни безо всяких сожалений.
А если я не стану его пешкой, то меня вообще не будет в этой игре. Меня уже нет на доске. Я потеряла всё, что у меня было, и на кону сотни жизней ни в чём не повинных животных.
У кого деньги, тот и диктует условия. Всё честно.
Многие девушки моего возраста, да и не только моего, мечтают о таком папике. Он и проблемы решит, и утешит, и денег подкинет. И всё, что от тебя требуется — просто вовремя раздвигать ноги. Может, если бы я не была девственницей, то смотрела бы на предложение Егора Васильевича проще?
Но ему нужна именно девственница, как он отметил.
Стала бы я с ним встречаться, если бы он подкатил ко мне как-то более романтично, не пихая деньги мне в лицо, не говоря о наших отношениях так цинично?
Надо признать, что Егор Васильевич не так уж плох. Внешне он приятный мужчина. От поцелуя с ним меня тоже не передёрнуло. Не скажу, что я была в восторге, когда он меня поцеловал, но и отторжения я не почувствовала. Только растерянность и смущение.
Из-за отсутствия опыта близких отношений с противоположным полом ощущения от поцелуя со взрослым мужчиной даже сравнить было не