Значит, и те мои одногруппницы говорили обо мне. Терезу назвали «мразью» и «алкоголичкой», а меня «рыжей шалавой». Просто замечательно.
Звенит звонок, и я спускаюсь на первый этаж тут же сталкиваясь с объектом своего разочарования. Алан смотрит на меня виновато несколько секунд, а затем тянет ко мне руку, но я отшатываюсь от него.
— Эмили, мне жаль, — говорит он, когда я хочу протиснуться мимо него, опустив голову.
Но блондин хватает меня за руку и продолжает говорить:
— Я, правда, не хотел, чтобы так вышло.
Нервишки мои дают сбой и у меня начинают лить слезы, мокрыми дорожками скатываясь по щекам. Всё же обидно. Он реально играл замечательно, и я ведь думала, что на самом деле нравлюсь ему. Ещё и целовал меня, и провожал.
Хочу вырвать руку, но он продолжает держать меня. Вырываю руку с силой и протискиваюсь к проходу, почти срываюсь на бег, но врезаюсь в кого-то, когда Алан снова хватает меня за руку.
— Эмили, постой.
Поднимаю голову, сталкиваясь с хищными яркими зелёными глазами рыжеволосой девушки. Она выше меня почти на голову. Девушка прищуривается и лениво скользит по моему лицу, а затем переводит взгляд на руку Алана, что продолжает стискивать моё запястье. Пользуюсь этим и вырываю его.
— Прости… — шепчу рыжеволосой девушке, которая, если честно, похожа на меня отдалённо. Только у неё лицо более вытянуто, красивые скулы и яркие глаза. Волосы точно такого же оттенка, как и мои, но не с такими кудряшками, они скорее волнистые у неё.
И я вспоминаю, что это одноруппница Терезы — обладательница ДНК хищника. Я не знаю, как её зовут, но она нереально красивая. Всё ещё находясь под впечатлением и обаянием этой хищницы, не замечаю, что Алан позади меня вновь дотронулся до меня.
— Эмили, послушай, я… Мне, правда, жаль.
— Не трогай меня.
Шепчу и отшатываюсь от него в сторону девушки, которая неожиданно хватает блондина за грудки, сминая его чёрную рубашку, и толкает его, вдавив в стену.
Господи…
Замираю, наблюдая за этой картиной. Кажется, Алан сам растерялся и не понял, что происходит. Рыжеволосая на пол головы ниже его, но это не помешало ей злобно прошипеть ему прямо в лицо:
— Ненавижу мужиков, которые распускают свои грязные руки.
Алан смотрит на неё удивлённо и одновременно взволнованно. Вижу, как дёргается его кадык, и он облизывает нижнюю губу, не отрывая от девушки взгляда.
— Алекс… — говорит он. — Я…
— Умолкни. И свали нахрен с дороги.
Она резко отпускает его и Алан хватается за сердце. Его лицо такое… смущённое, а глаза горят. Это?..
Он никогда не смотрел так на меня, хотя я думала, что нравлюсь ему. Он любит Алекс?..
Выдыхаю и быстро прохожу мимо них. Сегодня слишком много потрясений.
Уже в своей комнате, глотаю сопли и рыдаю в подушку. Апельсин трётся рядом и, похоже, чувствует моё угнетённое состояние. Только ведь подумала, что всё налаживается, как вдруг оказывается, что всё это иллюзия.
Хочу прийти в себя, но ничего не получается. И даже долго стою в душе под прохладной водой, пытаясь смыть с себя грязь, в которой меня сегодня обваляли, но ничего не выходит. Тогда я решаю, что мне нужно проветрить свои мысли и подумать, как быть дальше. Кидаю взгляд на брошюру с местными достопримечательностями и на время. Почти шесть вечера.
Переодеваюсь в новую юбку и топик, игнорируя лифчик, сверху накидываю рубашку. Кормлю Апельсина и, написав сообщение Терезе, что вышла прогуляться, беру фотоаппарат и выхожу за территорию академии.
Сажусь вовремя в автобус, который как раз останавливается недалеко от озера Кайба. Я так давно хотела посмотреть и сделать много красивых снимков. Сегодня самое время. Мне ужасно плохо на душе и думаю, что мне это поможет прийти в себя.
Включив музыку в наушниках, выхожу из автобуса и направляюсь прямиком по дороге, ведущей к озеру и водопаду. Навстречу мне попадаются одинокие туристы, которые уже возвращаются с экскурсии.
И вот, я стою на берегу, и передо мной открывается прекрасный вид. Озеро огромное и вода в нём прозрачная лазурного цвета. Вечернее все ещё жаркое солнце красиво отсвечивается от поверхности воды. Вокруг красивый и тихий лес с редкими деревьями и растениями. И запах тут такой приятный, свежий. И мне даже становится жарко, поэтому снимаю с себя рубашку, оставаясь в одном коротком топе на тонких бретельках.
Делаю множество фотографий и направляюсь к водопаду, который находится немного выше озера. Как ни странно, но люди мне не встречаются. Похоже, в это время здесь редко кто гуляет.
А водопад просто загляденье. Шум воды приятно щекочет уши и успокаивает. Делаю красивые снимки и, постелив рубашку на небольшой камень, сажусь на него, подвернув под себя ноги.
Мне нужно всё обдумать и успокоиться. С самого начала моя жизнь в академии не заладилась. Сначала мстительный Адам набросился на меня, а теперь и эта ситуация со спором. Все думают, что я шлюха. Зато Алан выиграл машину.
Просто класс.
Грустно вздыхаю и смотрю на брызги воды.
Интересно, наступит ли когда-нибудь день, когда я смогу жить спокойно? Наверное, стоит всё же подумать о переводе…
Из грустных мыслей выводит шорох позади меня, и я оборачиваюсь. Замираю на месте, не веря своим глазам, потому что надо мной нависает самый опасный дикий зверь в этом месте, которого я боюсь больше всего на свете.
И это — Адам Готье.
Сердце дёргается в испуге, когда я встречаюсь с его бешеными и злыми глазами. Его челюсти сомкнуты, а ноздри раздуваются от порывистого дыхания. Фотоаппарат выпадает у меня из рук с глухим стуком о землю.
Он же мне сейчас не мерещится?..
Адам здесь, в полуметре от меня?..
— Райс, — рычит он и тянется ко мне своей огромной ладонью. Отшатываюсь, падаю с камня и отползаю подальше, пытаясь подняться на ноги. Но они почему-то неожиданно перестали меня слушаться.
23
Адам Готье
— В Голден Гласс валим?
Мои губы превращаются в кривую улыбку, когда я слышу этот вопрос от Нейтана. И ведь каждую пятницу одно и тоже. И нахуя спрашивает, если я ни разу не пропустил этот ебучий цирк под названием: «Вальдес пиздострадает по своей истинной подруге детства».
— Валим, — всё же отвечаю, отпуская турник и спрыгивая на деревянный скрипучий пол тренажёрного зала академии.
— Только там это… маскарадная вечеринка.
Закатываю глаза и тянусь за бутылкой воды, что он мне протягивает.
— Блять. В этот