— Всех сирот не накормишь, — превратив слащавую улыбку в оскал, змеёй зашипел из — под капюшона скупой представитель церкви.
— Ладно, начнём с малого, — раскрыл ладонь для первого пожертвования Билл.
Монах долго шарил под рясой, но выудил из прорехи в одёжке лишь одну серебряную монетку.
— На сдачу, купите сироткам леденцы, — облагодетельствовал паству падре.
— Всенеприменнейше, святой отец, — зло прошипел, поражённый столь невиданной щедростью, Билл.
— Позвольте бедному служителю церкви согреться у камина и исповедать рабов божьих, очистив их души от скверны, — попытался проскользнуть инквизитор в дверь.
— За постой, отдельная плата, — уяснив, что больше серебра за упокой загубленных душ из высокопоставленного святоши не вытрясти, загородил пузом проход жадюга-Билл.
— Я уйду задолго до темноты. Погода может опять испортиться, а мне не хотелось бы задерживаться среди еретиков Севера дольше необходимого, — опять прозвучали угрожающие нотки в стальном голосе смиренного слуги господа.
Лорду Пустого острова тоже не нравилось долгое пребывание двадцатипушечного фрегата в водах его гавани.
— Часик можете погреть кости у огня и почесать языком… бесплатно, — скрипя зубами, вынужденно уступил хозяин.
«Стало даже любопытно: зачем важный поп припёрся из Метрополии на Пустой остров? Не зря же пригнал скоростной корабль лишь за одним человеком? И почему монашек в одиночку на встречу с бешеным берсерком прийти рискнул? Может, покойный синьор заранее такое условие поставил? Тогда, видать по всему, великую тайну чёрный синьор в могилу унёс. Ну, и поделом таким жадинам в сутане! Одну серебряную монетку только и удалось вытрясти из сквалыги! Пусть учинит допрос свидетелей — ничего не выведает».
Инквизитор наконец — то проник на место преступления. Сам, без подсказки, уселся за столик у окна, где синьор зарезал слугу, а ведь от оговорённого ранее местечка у камина было далече!
— Уважаемый, велите принести сюда все вещи покойного синьора и его слуги, — опять прорезался командный голос у заезжего падре.
— Ага, сей момент, бегу и падаю, — встал недвижимой скалой рядом с ушлым дознавателем Хитрован. — Бесплатно в наше время даже блохи не скачут.
— Я заплачу за вещи… золотой дублон, — неожиданно ошарашил щедростью меценат и с прищуром посмотрел в глаза Билла, будто в душу заглянул. — Только тащите всё, без утайки.
— Денег не было, — не поддавшись гипнотическому воздействию, заступился за нажитое добро бывалый пират.
— Всё, кроме денег, — понимающе улыбнулся родственной душе инквизитор.
— Золотой вперёд, и я из челяди даже чужеземную пыль вытрясу! — показав кулак, клятвенно обнадёжил бережливый хозяин. Билл лично прикарманил все пожитки покойников. Теперь аж самому стало интересно, что ещё могли слуги без него умыкнуть? Пускай инквизитор выпытает, а уж Билл потом накажет «крыс».
По команде хозяина, из чулана принесли все пожитки чужестранцев и свалили на стол.
— Почему одежда слуги в наличии, а синьора — не вся? — перебирая тряпки, проворчал под нос дознаватель.
— Так у слуги она была целёхонькая, а синьор свою вдрызг изорвал на камнях, — оправдывался Билл. — Ну, сейчас ещё дырявый колет принесут, что гробовщику за работу отдали.
— Пусть несут, — потребовал полного исполнения контракта заказчик.
Пока бегали за кожаным колетом, сыщик извлёк из — под сутаны пузырёчек со «святой водой» и обрызгал одежду слуги. На рубашке и камзоле явственно проступили следы от пролитой крови. С пробитым в районе сердца колетом синьора, попик так тщательно возиться, почему — то, не стал.
— Ещё в багаже синьора, — падре упорно не раскрывал его настоящего имени, — должны были лежать стеклянные бутылочки.
— Вонючие такие? — не отходил от стола внимательно контролирующий процесс Билл. Ему самому была крайне интересна эта таинственная история. — Их закопали за домом, в мусорной куче.
— Откопать и принести, — последовала лаконичная команда.
Пока в таверне собирались все причастные к делу свидетели, слуга принёс грязные стекляшки. Попик осторожно, далеко отстранившись от острых осколков, помахал ладошкой, понюхал воздух. Потребовал подать деревянный короб с плотно прилегающей крышкой. Велел служке тряпкой смахнуть битое стекло в ёмкость, закрыть крышку и расплавленным воском свечи залить щели.
— Пузырьки разбились до того, как синьор… сбесился? — сделав паузу, подбирая подходящее определение, глянул исподлобья следователь.
— Так это от пролитой отравы крепкий мужик умом тронулся⁈ — хлопнул себя по лбу Хитрован, разгадав одну загадку.
— Ну да, ну да, — задумчиво качая головой, прогнусавил попик. — А не видели: слуга синьора пил микстуру из зелёной бутылочки?
— Ром он пил, бутылками! — криво ухмыльнувшись, заржал один из свидетелей драки в таверне.
— Сколько штук? — напрягся служитель Господа.
— Кажись, три — залпом! — вспомнил удивительный фокус другой участник.
— А парнишке, хоть бы хны! Будто колодезной воды напился! — поддержал голос из толпы знатоков.
— Поня — я–тненько, — инквизитор жестом ладони пригласил первого свидетеля за «стол пыток». — Смотрите прямо мне в глаза и честно отвечайте на вопросы…
И завертелась круговерть следственной машины. Профессионал задавал вопросы, свидетели истово крестились, целовали крест и испуганно блеяли в ответ. Для Билла показалось странным, что Святую Инквизицию, похоже, больше волновала судьба слуги, чем преступления синьора из Метрополии.
Все опрошенные талдычили одно и то же, показания не расходились. Под гипнотическим взглядом инквизитора люди вспоминали мельчайшие детали произошедшей драмы. Не удалось поговорить лишь с кухаркой, которой было поручено раздеть труп слуги. Дойдя до страшного стола, Марта упала в обморок. Через время пришла в себя, но стоило ей только вновь встать в очередь свидетелей — шмякнулась на пол, закатив глазки. Инквизитор даже пульс на запястье щупал, не симулирует ли девка? Нет, уж очень впечатлительная оказалась натура. Но, что могла добавить в общую картину кухарка, которая и в ту злосчастную ночь в обморок брякнулась — то все свидетели подтвердили. А что суда божьего боится, так из — за бабки своей — с нечистой силой травница зналась, это тоже доброхоты пастору поведали. Ну так не её грех, и к делу касательства не имеет.
Никто ничего не утаивал, картина из пазлов сложилась полная, для инквизитора, конечно. Билл так и не разгадал иезуитского кроссворда. Но заезжий меценат больше не желал тратить на уже ясное для него дело, ни денег, ни времени. И так вместо часа до глубокой ночи в таверне просидел. Хорошо ветер стих, и, пока на корабле будут выбирать якорь да из тесной гавани выходить, на небосводе уж Близнецы взойдут высоко. Лучше бы из опасных мест побыстрее убраться, пока пираты чего худого не удумали. Не любят вольные северяне, когда боевые фрегаты из Метрополии в их воды забредают.
Изначально планировалось: найти наёмника, выкупить у него заложника и сразу же уходить. Устранять опасного свидетеля должна была другая команда,