На фоне в аппарате я услышал какие-то неразборчивые крики. Шум, напоминающий какую-то борьбу, а потом чей-то грубый голос рявкнул прямо рядом с Артемием:
— Ну-ка, дай свой аппарат сюда, дебил! Немедленно я сказал! Херли ты мямлишь и дергаешься, добил!
Раздался глухой звук, похожий на удар, короткий вскрик Артемия Кайзера и тяжелое дыхание после. Потом в трубке заговорил совершенно другой голос. Хриплый, злой, налитый яростью. Север, я узнал его сразу же.
— Ну привет, Алёша! Слушай сюда, ты, кусок, это что вообще за херня⁈ Ты где сейчас находишься⁈ — прошипел он так, будто пытался проткнуть меня голосом сквозь километры.
Холодная струя пота пробежала по спине вдоль позвоночника. Ирина, чувствуя мою нервозность, встревоженно спросила:
— Алексей? Это по звонок работе? У тебя что-то случилось? Может, я могу тебе как-то помочь? Ты очень напряжен…
Я поднял палец, прося минуту, и шагнул к краю балкона, прижимая магофон к уху. Не хотел, чтобы что-то меня отвлекало, да и если так подумать, чем она могла мне помочь в этот момент, когда на другом конце провода психопат брызжет слюною.
— Что там происходит, Север? Ты что ты вообще делаешь? Почему ты срываешь погрузку товара? — спросил я.
— Что происходит⁈ Срываешь погрузку товара⁈ Ты что, совсем уже охренел такие вопросы мне задавать⁉ Это ты мне скажи, что происходит⁈ — заорал он так, что меня на миг оглушило. Настолько это было неожиданно. — Еще раз спрашиваю тебя и жду ответ: ты вообще где⁈ Почему я тебя тут не вижу⁈ Сидишь на толчке без штанов⁈ Если ты не умер, я больше ни одной причины твоего отсутствия тут не вижу!!! — он продолжал орать настолько сильно, что мне пришлось убавить громкость у магофона.
Я сжал кулак свободной руки.
— У меня свои дела есть, ими и занимаюсь, но все под контролем. Товар ждали мои люди, — я начал объяснять ему суть того, что он увидел на вокзале.
— Под каким еще, мать его, контролем⁈ Ты что вообще несешь, пацанчик⁈ — его крик перешел в какой-то животный рев. — Почему тебя тут, на сделке, НЕТ⁈ КАКОГО ХЕРА⁈ Я, значит, свои бабки вкладываю в это дело, рискую, не получаю даже сраной предоплаты… НИ КОПЕЙКИ! Опираюсь чисто на твое долбанное честное слово! Дядя Север добрый, поверил в рассказы, что все будет супер, и что в итоге? Несмотря на все это, ты даже не соизволил прийти! В натуре неадекватный, что ли⁈ Другие дела у него, да какие нахер дела⁈ Мама умерла? Да она как бы уже! С сестрой что-то случилось? Мне сходить проверить, как она поживает⁈ Мне вообще похеру!
— Дай я скажу… — попытался я вставить, но он был неудержим.
— Да ты уже договорился, хватит! Молчи и слушай меня! Теперь Север будет разговаривать! ВНИМАТЕЛЬНО С ЭТОГО МОМЕНТА! Какого хрена я должен отдавать товар твоему какому-то… имбицилу-здоровяку и этому стиляге-красавчику⁈ А? Хочешь сказать, что ты им доверяешь? Да мне насрать, кому ты там доверяешь! А если завтра ты скажешь, что доверяешь ослу или хромой собаке? Я им НЕ доверяю! Ты меня слышишь? Не-до-ве-ря-ю! СПЕЦИАЛЬНО ДЛЯ ТЕБЯ ГОВОРЮ ПО СЛОГАМ! А то мне кажется, что ты сам уже нихера не понимаешь, Алеша! — он продолжал говорить и орать, как же он надоел мне.
Я закрыл глаза, чувствуя, как гнев и дикая ярость подступают к горлу. Ирина смотрела на меня с расширенными от тревоги глазами. Не хотел, чтобы она видела меня вот в таком свете, но ситуация была без особого выхода.
— Короче, слушай сюда, парень… — Север говорил уже со смертельным холодом в голосе. Видимо, наконец-то проорался. — У тебя есть полчаса, ровно! Ни секунды больше, даже не думай опаздывать… Тридцать минут, чтобы приехать сюда, на вокзал. На ту самую платформу, с которой планировалась погрузка кристаллов в поезд. Если через тридцать минут тебя тут не будет, я снесу бошки этим твоим дружкам-пирожкам, и наша сделка будет закрыта. Навсегда! Слышишь? Товар я тебе не отдам, а ты будешь мне должен деньги. По полной, за каждую позицию! Ты понял меня, Алешка?
Он не стал ждать ответа, просто бросил трубку. Связь прервалась. Я стоял, глядя на экран магофона, а потом со всей силы ударил кулаком по каменной стене.
— Сука!!! — крикнул я, и эхо разнеслось по ночному двору. Я повернулся и ударил еще раз. Боль, острая и резкая, пронзила руку. Я отдернул ее и увидел, как по сбитым костяшкам сочится темная кровь. Но это было наименьшее из всего, что в тот момент меня волновало.
Ирина вздрогнула от моих ударов, но не отпрянула. Наоборот, она быстро подошла ко мне, ее лицо было бледным, но решительным.
— Алексей… — сказала она, а после этого сразу же быстро подошла и обняла меня, прижавшись головой к моей груди.
Я достал из кармана пиджака свой красный носовой платок: помню, как Артемий сказал, что он просто для стиля. Вот и пригодился аксессуар. Грубо обмотал им рану. Ткань, пропитанная кровью, стала еще более красного цвета, чем была до этого. Мне не было больно за разбитые кулаки. Мне не нравилось, что какой-то человек в этом мире может позволить себе разговаривать со мной в таком тоне, да еще и когда я рядом с девушкой.
— Ирина… — начал я, глядя на нее. На ее испуганное лицо. — Прости… Мне нужно будет сейчас уехать…
— Не нужно ничего говорить, — тихо, но четко сказала она. — Я понимаю. Тебе нужно ехать… Прямо сейчас… Иди, я не обижаюсь! Ты же мужчина, и я понимаю, насколько тебе важно, чтобы в твоих мужских делах все было хорошо.
В ее глазах не было упрека. Было понимание, и в тот момент она стала мне еще ближе и роднее, чем даже после поцелуя.
— Спасибо… — выдавил я. — Спасибо тебе огромное за все! За этот вечер, за то, что позвала провести его вместе с тобой!
— Вызывай такси, — сказала она, аккуратно подхватывая меня за локоть здоровой руки. — Я провожу тебя до выхода.
Мы быстро прошли через зал. Я не обращал внимания на взгляды. Мой разбитый кулак, перемотанный окровавленным красным платком, мой взволнованный вид — все это привлекало внимание, но мне было плевать. Ирина шла рядом, гордо подняв голову, ее алое платье било в глаза, как сигнальный огонь.
У парадного входа я махнул рукой первому же свободному такси, дежурившему в очереди у богатых домов на таких мероприятиях. Водитель, пожилой мужчина, увидев нас, быстро открыл мне заднюю дверь, как будто чувствовал, что я не