А опасаться им действительно было чего, поскольку вопреки поступившему как раз сегодня из Москвы приказу о срочном рассредоточении всех самолётов по оперативным аэродромам, они, наоборот, отовсюду согнали в Барановичи и не только в Барановичи уйму техники.
Чего только стоило нахождение здесь всей 13-й бомбардировочной авиадивизии в полном составе! Всех пяти её полков! Четырёх на СБ-2 и пятого на Р-зет.
Причём сделано это было ни в коем случае не в пику Москве.
Фрондировать здесь и сейчас уж точно никто не собирался. Да и времена на дворе были такие, что за тупую фронду, каковую гарантированно стерпели бы в царской России, можно было и на лесоповал отправиться лет так на десять. Для лучшего вразумления!
Просто противнику требовалось показать наиболее лакомые цели для нанесения самого первого бомбоштурмового удара, дабы в самый последний момент убрать всю лишнюю технику и оставить на месте лишь поджидающие подхода вражеских бомбардировщиков истребители, да сидящих в засаде зенитчиков с множеством 76-мм пушек, 37-мм скорострелками и 12,7-мм ДШК. Пусть всех этих средств ПВО в округе имелось преступно мало, на защиту самых-самых важных объектов, вроде ключевых городов с крупнейшими аэродромами, и уникальных частей, как, к примеру, полки тяжёлых танков и отдельные противотанковые бригады, их наскрести сумели. Вот и Барановичи отныне защищали не менее полутора сотен зениток — столько же, сколько встало на защиту неба Минска и Лиды.
Ну и про создание ложных аэродромов или просто ложных целей, конечно же, не забыли. В округе ещё хватало планеров списанных самолётов, что тут и там стояли в отстойниках аэродромов. Вот их и собирались предоставить противнику на блюдечке с голубой каёмочкой, дабы как можно больше бомб упало именно на этот никому не нужный хлам, а не на функционирующую технику.
Потому-то и в Барановичах, и в Лиде, и в Гродно, и на самых приближённых к западной границе аэродромах пока что творилось активнейшее массовое шевеление. А выполнять приказ о рассредоточении техники прямо сейчас — означало заранее подставлять её под удары и на запасных аэродромах тоже, где уж точно не было практически никакого ПВО за исключением редких пулемётов винтовочного калибра.
— А мне становится страшно даже лишь от тех изменений, которые мы привнесли в одну только 13-ю БАД, — одновременно и согласно, и несогласно покачал головой Копец, повернувшись в сторону стоянки, где крылом к крылу покоились на земле 102 наиболее старых экземпляра СБ-2. Тех, что всё ещё поднимались в небо на двигателях М-100А. Их могло бы быть и больше — аж 132 штуки! Только вот, 26 «старичков» требовали того или иного ремонта. Но главное — обученных ночным полётам экипажей таковых самолётов набиралось как раз 102 из тех 365, кого вообще допустили до боевых вылетов на скоростных бомбардировщиках. — Дадут нам всем по шапке за такое самоуправство. Как пить дать дадут. Никто ведь не санкционировал создание целой авиадивизии одних только ночных бомбардировщиков!
— Ну, это мы с тобой, товарищ Копец, знаем, что они тут сплошь ночники. Плюс несколько десятков неглупых людей — догадываются. Только вот, положа руку на сердце, скажи мне, как на духу. Долго ли проживут все эти ветераны наших ВВС, случись им вступить в бой в светлое время суток? — панибратски похлопал того по плечу Павлов. — Молчишь? И правильно делаешь, что молчишь! Ибо сам понимаешь, что днём им в небо пути уже точно нет. Потому нам и потребно организовать вверенные тебе части так, чтобы получать от них максимальную отдачу, случись что нехорошее…
[1]Ju-86 — немецкий высотный бомбардировщик или дальний разведчик. Отдельные модификации данного самолёта могли пониматься на высоту до 12 километров.
[2]Fw189 («Рама» или «Филин») — немецкий ближний разведчик-бомбардировщик и корректировщик артиллерии. Обладал великолепной маневренностью и хорошим оборонительным вооружением, отчего в среде советских пилотов-истребителей считался очень трудной мишенью.
[3] И-16 тип 28 — модификация И-16 с мотором М-63, системой инерциального запуска и вооружением, состоящим из двух 7,62-мм пулемётов и двух 20-мм крыльевых пушек.
Глава 23
19.06.1941 вечер бронетанковых разочарований
— Дежавю, — пробормотал Дмитрий Григорьевич.
И нет, он не увидел чёрного мяукающего кота, дважды убегающего с одного и того же места. Это не было «Матрицей», вокруг него существовала суровая реальность. Настолько суровая, что даже суровые челябинские мужики принялись бы нервно курить в сторонке, окажись они вдруг на его месте.
Просто он припомнил, что совсем недавно вот точно так же, сидя за столом, потирал пальцами ломящиеся виски своей бедовой ноющей от боли головы. И причина его головных болей вновь оказалась той же самой — катастрофическое несоответствие истинных реалий тому, что было указано в отчётах, поступающих в штаб, а после ложащихся ему на стол.
Мало ему было попортить свои нервы в разборках с авиаторами, как вслед за ними и танкисты принялись подбрасывать откровенно неприятные сюрпризы. Причём не абы какие танкисты, а лучшие из лучших! И это всего за 3 дня до начала войны!
— Вы что-то сказали, товарищ генерал армии? — мигом отреагировал на явно недовольное ворчание высокопоставленного визитёра командир 4-й танковой дивизии — генерал-майор Андрей Герасимович Потатурчев. — Просто я не расслышал. — Он уже предвкушал, как отправится отдыхать домой, когда внезапно на пороге его кабинета появился буквально свалившийся с неба на ближайший аэродром командующий округа. И вот уже который час кряду они являли собой неразлучную парочку: ревизора и проверяемого.
— Так. Давай подытожим всё ещё раз, — взяв со стола исписанный множеством цифр лист бумаги, Павлов принялся зачитывать итоговые результаты проведённой лично им вечерней проверки самой лучшей и самой мощной танковой дивизии округа. — Если не принимать во внимание все те тяжёлые танки КВ, которые на днях были изъяты у тебя по моему распоряжению, а также все уже убывшие танки из числа требовавших ремонта, то в парках трёх полков дивизии должно насчитываться 160 штук новейших Т-34, 109 штук БТ-7 и 51 штука Т-26. Верно? — вопросительно воззрился он на явно нервничающего комдива.
— Верно говорите, товарищ генерал армии, — не посмел отрицать очевидного Потатурчев.
— По факту же мною были обнаружены и поштучно пересчитаны полста и одна штука Т-26. Тут у нас цифра сошлась. И это уже неплохо, — принялся водить пальцем от одной цифири к другой командующий ЗОВО. — Также были обнаружены все 109 штук БТ-шек. Только вот