Забравшись под теплый бок мужа, я испытала облегчение от того, что он спит — мне не хотелось сейчас общения, нужно было немного побыть в покое и подумать.
Масштабы моей внутренней катастрофы потрясали: я чуть было не познакомилась с другим мужчиной сегодня! Куда бы это меня завело? Смогла бы я ограничиться флиртом, когда б меня соблазняли эти обворожительные топазовые глаза?
Выключив настольную лампу, я, испытывая ужасный стыд, свернулась калачиком. Я даже не пыталась выбросить из головы образ мужчины со стальным взглядом и влажными после бега волосами — я попросту не могла избавиться от него.
Часть 3
За несколько недель я нарисовала пять полотен с вечерним пейзажем зимнего леса и луной, отбрасывающей золотистую дорожку на снегу. Правду говорят, что художнику необходимо вдохновение — и оно у меня было! Бегун исправно появлялся в парке, с десяти до одиннадцати вечера я все с тем же упоением следила за его плавной и упорной трусцой. Только теперь мое увлечение усугублялось тем, что я помнила лицо, и его красота не давала мне покоя.
Возвращаясь домой, я чувствовала себя преступницей и трусливо прятала картину с наброском размытой фигуры за другими, словно была уверена, что муж обязательно спросит, кто это такой. Что мне ему ответить? Я б не смогла врать. А если бы и попыталась, Малкольм понял бы все по виноватому выражению моего лица, и произошел бы скандал. Как бы я оправдывалась? Поэтому спустя какое-то время скрепя сердце я все же замазала на холсте источник моего стыда, несмотря на то, что только с бегуном пейзаж выглядел законченным и наполненным смыслом.
На следующий же вечер после приключения с бутылкой минеральной воды мужчина замедлил бег и даже неуверенно поднял руку, собираясь поприветствовать меня, но я сделала вид, что ничего не заметила. Больше он попыток сблизиться не делал. И я была рада, даже горда собой за то, что остаюсь преданной женой. Не напрасно мы даем клятвы верности перед алтарем, симпатичный незнакомец не сможет поломать мою крепкую и любящую семью! Я выйду победительницей в борьбе со своей темной стороной, сделаю все возможное.
Возвращаясь из супермаркета, который посещала с удовольствием — любила готовить, — я вырулила на нашу парковку и искала свободное место, когда вновь заметила злополучный мотоцикл. Что-то толкнуло меня затаиться и понаблюдать издалека. Я видела, как Лесси выскочила из дверей, раскрасневшаяся от бега по лестнице, в слишком тонких для зимы джинсах и не по сезону легких кроссовках — маленькая, но уже привлекательная для противоположного пола девушка с соблазнительной и еще чересчур юной фигуркой.
Меня разобрала злость, когда этот здоровый слон Кевин сделал ни что иное, как поцеловал мою дочь в губы! Он совершенно не отдавал себе отчет! Мне хотелось вколотить ему силой, что Лесли — еще ребенок, и что он должен забыть дорогу в наш дом!
И когда Лесли взобралась за спину байкера — без теплой куртки, к ночи отправляясь с ним неизвестно куда, не предупредив родителей! — и они покатили прочь, у меня закончилось терпение. Я нажала на газ, намереваясь разобраться с ними обоими раз и навсегда.
Когда торопишься, судьба всегда вставляет палки в колеса. Конечно, легковушке невозможно тягаться с маневренным байком на забитых пробками улицах Бостона. Сколько ни пыталась, ни сигналила и ни умоляла, я сильно отстала и потеряла их из виду. Примерно я видела, куда они свернули, но могла блуждать по городу многие часы и не найти их теперь.
Медленно двигаясь вперед по очередной улочке, в сторону которой предположительно увезли мою дочь, я обеспокоено искала глазами припаркованный мотоцикл и молила бога, чтобы не обнаружить этих двоих в каком-нибудь мотеле, которых в этом районе было предостаточно. Мысленно я уже рисовала себе сцену убийства парня или, на худой конец, лишения его мужских признаков.
Мой хаотично блуждающий взгляд зацепился за знакомый автомобиль: иссиня-черная «бмв» с красной полосой по борту и откидным верхом — нечасто встречающаяся модель даже в Бостоне, и потому заметная. Я удивилась, узнав еще и номер, и оглянулась вокруг, озадаченная, что Малкольм мог делать в этом странном месте. Наших магазинов поблизости не было, друзей тоже. Чувство неясной тревоги охватило меня, когда выбежавший в зеленой ливрее стюард сел за руль. Внезапно я забыла о Лесли, а горло будто охватил удушающий жгут. Отель «Годфри» был известным местом для встреч влюбленных парочек…
«Спокойно, Лора, спокойно», — вцепилась я в руль, чувствуя, что у меня сейчас лопнет голова и слезы брызнут ручьем. Наверняка Малкольм одолжил машину другу или у него здесь важная встреча с иногородним клиентом. Не может быть, чтобы он мне изменял! Малкольм Грей был идеальным мужем. Не мог он поступить со мной так… клишировано.
Остановившись на первом же свободном месте у тротуара, я вытащила дрожащей рукой телефон и взволнованно набрала номер, ожидая ответа. Постаралась придать голосу твердости, чтобы он не дрожал, но чувство предательства ядом разливалось в желудке.
— Привет, Малкольм. Ты уже едешь домой?
— А ты разве не пойдешь в парк сегодня?
Я подавила тошноту.
— Сегодня я хотела провести вечер с тобой.
— Прости, Лора, я пока очень занят.
— Чем? — не удержалась я, и голос ослаб. Но если уж начала, нужно идти до конца. — Где ты?
— У нас конференция. Давай, я попозже тебе перезвоню? Люблю, детка.
Он повесил трубку, и я начала задыхаться от боли. Разум сопротивлялся горькой правде: подбрасывал оправдания и причины, по которым конференция в самом деле могла состояться в отеле. Но сердце… сердце обливалось кровью и не хотело быть обманутым.
Улыбающийся швейцар заглянул в мое окно и деликатно помахал рукой, давая понять, что я заняла неположенное место, и я вынуждена была нажать на педаль газа. Перед глазами расплывался туман, я с трудом соображала, что делаю. Что я могла предпринять? Припарковаться чуть поодаль и понаблюдать, с кем Малкольм выйдет из отеля? Или поверить ему на слово и оставить все как есть?
Часть 4
Все решила судьба: я увидела за перекрестком яркую вывеску клуба и тот самый байк, и мои мысли вновь вернулись к защите дочери. Теперь я набрала ее номер.
— Я знаю, где ты, Лесси, немедленно выходи оттуда! — зарычала я, различая оглушительную музыку на фоне.
— Ну, ма-ам, — пробубнила дочь умоляюще. — С Кевином тут безопасно, половина нашего класса тоже здесь. Пожалуйста-пожалуйста… обещаю вернуться не поздно.
Я была не в настроении