— Люблю тебя, Сверчок.
Я никогда не устану слышать эти слова.
— Я тоже тебя люблю.
Мы только сделали шаг в сторону здания, как распахнулась входная дверь, и наружу вышел Нэш с мрачной миной. Настолько нехарактерной для него, что я невольно замедлила шаг.
— Нэш-Бэш?
Он оторвался от телефона и поднял голову:
— Привет.
На лбу у Холта появилась морщина:
— Что-то случилось?
— Ничего, — пробурчал Нэш.
У меня неприятно сжалось под ложечкой.
— На «ничего» это не похоже.
Нэш фыркнул.
— Ты что, в Роана превращаешься? У тебя теперь только бурчание и односложные ответы? — спросил Холт.
Нэш злобно глянул на брата:
— Мэдди вернулась.
— Это же хорошо, нет? — откликнулась я. — Надолго?
Мышца под глазом у Нэша дернулась:
— Похоже, она переехала обратно. Только мне не посчитала нужным об этом сказать.
Вот дерьмо.
Холт поморщился:
— Жених с ней?
Мышца под глазом у Нэша перешла в полноценный тик:
— Не знаю.
Он произнес это почти рыча, и я с недоумением взглянула на Холта. Тот еле заметно покачал головой и положил руку Нэшу на плечо:
— Может, сначала с ней поговоришь, прежде чем злиться?
Нэш сжал челюсть, но кивнул:
— Сейчас к ней еду.
— Хорошо. Передай ей привет от меня.
— И от меня, — добавила я.
Когда Мэдди жила в Сидар-Ридже, она всегда была отличной подругой. Они с Нэшем были неразлучны сколько я себя помню. С ней он становился другим. Каким-то мягче. Серьезнее.
Я взглянула на Холта, пока Нэш направлялся к парковке:
— С ним все в порядке?
— Не уверен.
Дверь снова открылась — теперь это был Эйбел.
— Как моя девочка?
Я улыбнулась, отпустила руку Холта и шагнула к своему наставнику:
— Все хорошо.
Он осторожно обнял меня:
— Рад тебя видеть на ногах, черт подери.
— И мне хорошо снова ходить. — Хоть ребра еще болели, а выглядела я так, будто попала под боксера, но свежий воздух и просто выход из крошечного домика казались чудом.
— Лоусон ждет тебя у себя, — сообщил Эйбел.
Холт протянул руку:
— Как ты, Эйбел?
Тот фыркнул:
— Как без руки. — Он наклонился ближе к Холту и заговорил заговорщически: — Она у меня лучший диспетчер. Остальные болтают без умолку.
Я захохотала:
— Это называется быть дружелюбным.
— Это называется «не умеют заткнуться», — буркнул Эйбел.
— Я слышала! — крикнула Люсиль из диспетчерской.
— Я и хотел, чтобы ты слышала! — рявкнул в ответ Эйбел.
Я послала ей сочувственный взгляд:
— Я вернусь через неделю-другую.
Она вскинула руки к небесам:
— Хвала Господу!
— Да заткнитесь уже оба, — проворчал Эйбел.
Холт усмехнулся и мягко потянул меня за руку:
— Нам пора.
Он провел меня мимо столов. Все сотрудники на секунду отвлекались от работы, чтобы поздороваться и спросить, как я. Но я невольно посмотрела туда, где стояли два пустых стола. Ком встал в горле, когда я увидела место Эмбер — все было убрано, будто ее никогда и не было.
Холт сжал мою руку. Он, как всегда, читал меня без слов:
— Самое тяжелое — это первый раз.
Я кивнула:
— Слышал, как Клинт?
— Попросил у Лоусона неделю отпуска. Думаю, он пытается осознать все, что произошло.
— Мне нужно его навестить.
Холт поцеловал меня в висок:
— Завтра. Я пойду с тобой.
— Спасибо.
Он постучал в дверь Лоусона, и шеф тут же отозвался, приглашая войти.
Когда мы зашли, Лоусон улыбнулся:
— Рад видеть тебя снова здесь.
— И я рада быть здесь. — И это была правда. Как бы тяжело ни было переступить порог этого места, в нем было что-то прекрасное. Здесь я чувствовала, сколько людей меня любят. Сколько у меня своих.
Лоусон указал на стулья:
— Присаживайтесь. Что-нибудь выпьете?
Мы оба покачали головами.
Он откинулся в кресле:
— Скажу прямо. Прокурор выдвинул Джуду обвинения в соучастии в убийстве и трех эпизодах предумышленного убийства первой степени.
Я сглотнула, пытаясь избавиться от кома в горле:
— Он говорит?
— Только с адвокатом. А вот Рэнди разговорился, как только узнал, что Джуд подставил его младшего брата. Оказалось, именно Джуд десять лет назад все это подстроил. Он подбил Рэнди и Пола на месть всем, кто якобы их обидел. Это он все спланировал, он велел украсть оружие у отца Рэнди. Они молчали, потому что кайфовали от того, что мы не можем найти одного из участников.
Холт сильнее сжал мою руку:
— Джуд использовал их как прикрытие. Чтобы добраться до настоящей цели.
Лоусон кивнул:
— Похоже на то. И, видимо, с Эмбер было то же самое.
— Ее искалечило то, что случилось с братом, — тихо сказала я.
Лоусон внимательно посмотрел на меня, прежде чем заговорить:
— Травма способна на многое. Особенно если рядом не оказалось тех, кто поможет справиться. Никакое наказание не вернет ей то, что она потеряла. А значит — никогда не будет достаточно.
Груз лег на плечи. Столько боли. Разрушений. Смертей. И все это — замкнутый круг, которому, казалось, не будет конца.
— Кажется, будто все безнадежно.
А я ненавидела это ощущение.
В дверь Лоусона постучали. Он выпрямился в кресле:
— Кто-то очень хотел с тобой поговорить. Надеюсь, ты не против, что я сказал ему прийти сюда.
Я нахмурилась, сбитая с толку, но кивнула:
— Конечно.
— Входите, — позвал Лоусон.
Дверь открылась, и на пороге замер Джо Салливан. Под глазами — темные круги, но волосы выглядели чуть менее взъерошенными, чем обычно.
Холт напрягся рядом со мной и бросил Лоусону гневный взгляд.
— Присаживайся, Джо, — пригласил тот, проигнорировав вспышку злости Холта.
Джо тяжело сглотнул, но подошел к дивану у стены и опустился, сцепив руки в замке. Пальцы врезались в ладони.
Несколько секунд никто не произносил ни слова.
Я повернулась к нему:
— Как ты?
Он резко поднял голову. Рот открылся и закрылся пару раз, прежде чем он заговорил:
— Я не хотел тебе зла. — Он снова сглотнул и бросил взгляд на Холта. — Прости, что выстрелил. Я не видел, кто за мной гнался. Думал, это стрелок.
Челюсть Холта оставалась напряженной, но голос он сдержал:
— Что ты там делал?
Глаза Джо вернулись ко мне:
— Брат был ко мне добр. Кормил. Не давал отцу избивать меня.
Сердце сжалось.
— Но с другими он таким не был. Я это знаю. — В его глазах блеснули слезы. — Ты не заслужила того, что с тобой случилось. А ты всегда была… доброй. Было бы проще, если бы ты обращалась со мной, как с мусором. Но ты всегда здоровалась, улыбалась, как будто правда была рада меня видеть. — Джо глубоко вдохнул. — Я не хотел, чтобы с тобой случилось еще что-то.
Я вцепилась пальцами