— Сеньор Иньиго, — он перебил меня, — ещё один вопрос, если ваши предметы такие опасные, то кто их будет запаковывать тогда?
— Я сам, — кратко ответил я, вызвав у него изумление, — не думаешь же ты, что я пошлю тебя или кого-то из своих близких на это дело.
— Но вы… — он осёкся.
— Не волнуйся, я заплачу тебе вперёд, — усмехнулся я, на что он тут же вскинулся.
— Нет, я не об этом, сеньор Иньиго, — возмутился он, — я к тому, что без вас вообще всё будет бессмысленно.
— Я буду молиться Богу, чтобы опасность меня миновала, — кротко заметил я и перекрестился.
Он недоверчиво покачал головой.
— Знаете сеньор Иньиго, я столько раз сталкивался с тем, что это не срабатывало, — осторожно произнёс он.
— Значит Хуан, вера этих людей была не столь сильна, как моя, — ответил я с улыбкой, — но хватит, оставим эти разговоры.
— Хорошо, сеньор Иньиго, — согласился он, — и всё же, простите за настойчивость, может быть, найдём того, кого не жалко?
— Я никому не могу это доверить, поскольку не хочу, чтобы об этом знало много людей, — я покачал головой, — так что прошу тебя, закроем тему. Я приношу тебе предметы, твоя задача довести их, вместе с больными до Милана и оставить их в людных местах. Потом можешь заняться поджогами амбаров и хранилищ зерна на землях нашего любимого герцога Франческо Сфорца.
— Слушаюсь, сеньор Иньиго, — явно нехотя ответил он.
Я поднялся с места.
— Будем держать связь через Бернарда, — попрощался я с ним.
* * *
Утром я направился в университет Болоньи, чтобы встретиться там с Антонио Палеотти, который был явно удивлён, увидев меня.
— Синьор Иньиго, — он пригласил меня пройти в свой кабинет, — я подумал, что вы были не очень заинтересованы в моём предложении.
— Не стану врать, синьор Антонио, — спокойно ответил я, — сначала да, ваше видение мне показалось слишком миролюбивым.
Он занял горделивую позу.
— Зато оно полностью законное и отвечает всем юридическим принципам, которые я, как адвокат поклялся защищать.
— «Боже, он ещё больший идиот, чем я думал, — вздохнул я про себя, — но хотя бы инициативный и принципиальный, деньги ему можно доверить смело».
Вслух же ответил иное.
— Здраво подумав синьор Антонио, я тоже так решил, — сказал я, — а потому, сколько вам нужно денег, чтобы парализовать власть Франческо Сфорца в самых крупных городах герцогства хотя бы на год?
Его глаза вспыхнули торжеством.
— Я знал, синьор Иньиго, что вы тоже проникнитесь моими идеями.
— А также меня интересует время, которое вам для этого потребуется, — добавил я.
Он задумался, стал перебирать имена, города, и затем мне ответил.
— Я в переписке с пятью родами, так что Павия, Лоди, Виджевано, Комо, Лугано, Бергао и, разумеется, Болонья, будут всячески саботировать приказы из Милана. На это потребуется минимум пятьдесят тысяч лир и три месяца.
— Они у вас есть, синьор Антонио, так что можете начинать прямо сейчас, — я быстро перевёл лиры во флорины, которые были дороже примерно в семь раз местных денег и попросив у него письменные принадлежности, выписал вексель.
— Не затягивайте, — протянул я ему документ, — хочу посмотреть, как вы уже в
этом году дадите бой Франческо Сфорца.
— Спасибо, синьор Иньиго, — он взял вексель, даже не глянул сумму в нём и горделиво подбоченился, — я знал, что смогу найти в вас родственную душу.
— Конечно, синьор Антонио, — я поднялся, — как может быть иначе.
Мы с ним раскланялись, и я направился к себе, пора было покидать тихий и спокойный городок, чтобы закончить начатое дело.
* * *
30 декабря 1461 A . D ., Генуя, Генуэзская республика
Прибыв в город, я не успел устроиться, как ко мне заспешили гости, поскольку местным паукам в банке по-прежнему не жилось мирно и в отсутствии внешней угрозы они опять передрались и перессорились. Но это было уже не моё дело, всё что меня интересовало, это мои корабли, которые в количестве двенадцати штук спустили на воду, и маршалы обоих орденов, оставленные сеньорами Аймоне и Фелипе, распределяли на них заранее сформированные команды. С маршалами я встретился первым делом и подтвердил задания, оставленные им их начальниками: в первую очередь за зиму натренировать и обучить команды, не выходя далеко в море, а с началом навигации в следующем году и возвращением сеньоров Аймоне и Фелипе, приступить к зачистке Средиземноморья от турок, пиратов и миланцев. Крайне простые и понятные задания, особенно учитывая то, что всех людей, кто показал на первых стрельбах хороший результат, сразу отделяли и обучали стрельбе из аркебуз, чтобы формировать их них отряды стрелков, получающие за это большую доплату к своему окладу матросов. Да, людей на вивальди становилось из-за этого больше, но они и так выступали, как боевые корабли, а не торговые.
— Синьор Иньиго, — рядом со мной, задумчиво смотрящим за суетой в порту, которая тут творилась с самого первого момента такого массового спуска на воду кораблей за последние пять лет, почтительно склонился в поклоне Прохор.
— Я доволен, как ты всё организовал, — я повернулся к нему, снимая очередной перстень с пальцев, — так что прости, но в море ты не пойдёшь, корабелы закладывают следующую партию кораблей. За ними тоже нужен присмотр, как и формирование команд.
Госпитальер тяжело вздохнул.
— Я подобрал себе заместителей, синьор Иньиго, — с тоской ответил он, — а то совсем мхом прорасту на суше-то.
— Тогда пусть покажут, как работают они, ты только контролируй их работу, — предложил я, — а через год, когда будут готовы следующие вивальди, мы и решим справились они или нет.
— Хорошо, синьор Иньиго, я постараюсь чтобы всё было в порядке, — рыцарь поклонился мне ещё раз.
— Есть новости с Родоса? — поинтересовался я.
— Месяц назад оттуда прибыла свежая партия рыцарей и послушников, синьор Иньиго, — ответил он, — также прибывший с ними командор сказал, что хотел бы поговорить с вами, а раз вы здесь, то я поэтому и подошёл, спросить, когда можете его принять.
— Да можно