Я сглотнула.
— Он… не сам туда упал?
— Этого я не знаю. Зато я знаю, что он успел взбесить половину академии за два года своей учёбы. На твоём месте я бы выбрал стратегию поумнее, Фиалка. Так что придерживай язык, если не хочешь закончить как Яранский.
— Яранский?! Как Ференц из моей группы?
— Да, — Дейвон толкнул дверь в конце коридора, и мы вышли на круглую песчаную арену. Везде были драрги. Летали, закапывались в песок, дрались, валялись кверху брюхом.
Я застыла, в ужасе оглядывая здоровенных ящеров. Дейвон свистнул и его драрг показался из полукруглой дыры, за которой видимо были пещеры для сна. Своеобразные стоила для драргов. Только ящеры, жители высоких гор, в отличие от лошадей, предпочитали узкие, каменные пещеры. Что и попытался повторить неведомый архитектор.
— Силы колдовские! — драрг Дейвона увидел меня и Ящик и стремительным рывком преодолел всю арену. Остановился в полуметре от меня и дыхнул в лицо так, что мой держащийся на трёх шпильках пучок тут же развалился.
— Тихо, Лось, тихо! — Дейвон рассмеялся глядя на меня и на трясущийся у моих ног Ящик. Который, конечно же, сразу обернулся в сиреневую чешую.
— Лось?
— Я когда на нем вернулся с гор, Фарсон сказала «Ну и лось», — улыбнулся Дейвон и стал чесать свою «зверюшку» под клыкастой мордой. — Так и оставили. Ну что, Ваше Высочество, вы хотели в горы? Седлайте.
— Я?
— А кто? У тебя же седло.
Я стояла перед ящером, и сердце, с каждым его вздохом, уходило в пятки. Пока мы были на земле, я боялась эту зверюгу даже больше высоты.
— А что, если он мне руку откусит?
— Не волнуйся, у нас есть великий талант Врона, он вырастит ее заново.
— А если голову? — завредничала я.
— Голову стоит поберечь. Давай уже, седло закидывай вот сюда, — Девон постучал по своей шее. — Где шея переходит в плечи, но не на лопатки или мы никуда не улетим. Давай быстрее. Если не пройдёшь полосу, удавку вручу.
— Да подавись ты своей удавкой! — проворчала я и понесла седло к драргу.
— Что прости? — не спустил Дейвон.
— Да, сэр! — живо откликнулась я, закатив глаза.
Лось подозрительно наблюдал за мной всеми тремя глазами. Яркие жёлтые радужки с тройным кругом зрачков медленно и неторопливо двигались по тёмному глазному яблоку. По легенде боги дали драргам третий глаз, чтобы те не забывали смотреть вверх, ведь есть кто-то выше. Боги то есть. Этакое анатомическое напоминание о божественном. Теперь боги у нас именовались не иначе как Забытые и поминать их считалось немодным архаизмом. Около ста лет назад церковь имела огромную власть. Соперничала с короной. Император Вольфган Второй провёл жёсткую церковную реформу, отобрал у церквей земли, отменил налоговые льготы, распустил Высокий Божественный Совет и в целом объявил, что религия есть утешение для страждущих, а если ты не страждущий то и нечего голову забивать.
Реформа сработала только потому, что попала в резонанс с настроениями общества. Все стали слишком образованы, чтобы верить в старика Пандида Громовержца, а церковные поборы разоряли крестьян и горожан. Так что религия осталась уделом богатых. Например, я носила на шее золотой кулон Леты Берегини, маминой любимой богини семьи и женских дел. Носила потому, что мама содрала с меня торжественную клятву, что буду носить, а не потому, что особо верила что кто-то там будет за мной приглядывать.
Но сейчас, когда три жёлто-чёрных глаза повернулись ко мне, я почему-то вспомнила про кулон. Глупость. Вот вечно так, все мы атеисты пока не прижмёт. А как прижмёт, хочется чтобы кто-то всё же приглядывал…
— А ты своего как добыл? — спросила я Дейвона крохотными шажками пододвигаясь к драргу. Тот стоял беспокойно, переваливался с крыла на крыло и порыкивал, чего-то желая добиться о Дейвона. От мысли, что сейчас я должна взять седло, поднять его и закинуть этому чудищу на спину, у меня позорно похолодели ладони. Силы…
— Подчинил взрослого. — Дейвон погладил драрга под мордой.
— Этого здоровенного?! Но как?
— Мне кажется, или я снова тебя впечатлил? — Дейвон лукаво искривил губы в ухмылке.
— Вот ещё.
— Не успеешь на полосу…
— Да-да-да. Сейчас.
Спина драрга была выше меня почти на метр. Я честно подняла седло как могла, пошаталась с ним на вытянутых руках и отступила.
— Я не дотягиваюсь.
— Да неужели?
— Он здоровенный слишком.
— Тогда тащи «ползунки». — Дейвон мотнул головой в сторону стены. Там была грубо сколоченная приступка с тремя ступенями. Видимо, для таких недомерков как я. Всего одна проблема — между мной и «ползунками» лежал драрг. Сине-зелёный, наполовину закопавшийся в песочек.
— Слушай, ну будь ты человеком, а? — взмолилась я.
Тот сжалился. Покачал головой, закатил глаза, но всё же пошёл сам. Прошёл мимо драрга, переступив его хвост как валяющуюся без дела верёвку и принёс деревянную стремяночку.
. — Прошу, Ваше Высочество. — он поставил приступку около бока Лося. Тот посмотрела на неё, а потом на меня. Кажется, я только что потеряла всё уважение этого драрга.
Держа седло, отдуваясь от растрёпанных волос, я залезла на первую ступеньку, на вторую и уже почти добралась до третьей, когда Лось резко дёрнул головой, схватил стремянку зубами и выдернул у меня из-под ног.
Я плюхнулась на песок (спасибо хоть песок, мягко), а сверху на меня рухнуло седло. Я лежала на спине, пялилась в дырявый потолок загона и осознавала собственную убогость.
— Ну и? Долго ждать то? — крышу заслонил Дейвон.
— Ты его специально этому научил?
— Да делать мне нечего. Он меня так же валял, засранец. Характер у него скверный, зато летает и сражается лучше всех. Послушный драрг — мёртвый драрг. В них должен оставаться запал, понимаешь?
— А во мне?
— Что в тебе?
— Во мне запал должен оставаться?
Дейвон похлопал глазами.
— Эм… полагаю что да.
— Тогда, пожалуйста, перестань надо мной издеваться, отвези меня в горы и дай собрать трав. Я без зелий чувствую себя… голой. И беспомощной. И твой Лось только укрепляет меня в этой мысли. Ты разве не должен следить за моим моральным состоянием?
— Я? — Дейвон присел рядом со мной на корточки. — Дорогая моя, бедная. Я так тебе сочувствую. Но ты знаешь, как закончить свои страдания. Нужно только сказать «Хочу домой»…
— Иди к чёрту! — буркнула я и кое как выползла из-под седла.
— Вот так-то лучше. Давай живее, время тикает.
Когда я отобрала стремянку у драрга (этот засранец держал её в пасти