Утро. Длинная очередь за продуктами, выдаваемыми комендантом палаточного лагеря согласно спискам. Ругань. Смех. Споры. И обычная толкучка.
— О погоде, — усмехнулся я. — Все жду дождь.
Он заразительно рассмеялся.
— Ха-ха-ха. Да, дождь бы нам не помешал. Только вряд ли он перекрасит нас обратно в белых людей.
Его белозубая улыбка на фоне почерневшего от загара лица, выглядела забавно. Печеная картошка, а не человек.
— Кстати! Ты же прорвался! Стал учеником! Все забываю тебя поздравить, и ведь скрывал же! Не сказал даже мне, — проскользнула в его голосе легкая укоризна. — Ну и как оно? Освоил новые заклинания? Совет нужен?
— Думаю еще, — соврал я, переняв полезную привычку старых магов скрывать свою силу и не показывать ничего лишнего (способствует собственному выживанию), — но совет давай.
— Не торопись и найди себе хорошее лечебное заклинание, — сморщившись, словно сжевал айву, промямлил, притихший друг. — Ты уже должно быть заметил, как сложно лечить травмы духа и Атолла? — Криво улыбнулся он, подразумевая, что я тоже обращался к нашим бакалаврам за лечением. Просвещать его о том, что мне лечение не требовалось, я по понятным причинам, не стал.
Он, кстати, выглядел лучше, чем прежде. Модник и Прыщ, что все свое время кроме сна проводят в палатке — зельеварне вместе с другими магами, имеющими прямое отношение к цеху, хорошо потрудились. Выправили здоровье и ему и остальным магам, сбежавшим из рабства.
— Учту. Спасибо.
— А-а, это мелочь, — потерял интерес к этому разговору, Титий и оглянулся, выискивая кого-то позади нас. — Ирга такая соня, — пожаловался он, на что я промолчал. — Смотри-ка, твой хекающий через каждое слово знакомый, — указал он подбородком на Академика, что тоже стоял в очереди через два десятка человек от нас. — Продолжаешь вести дела с этим стариком?
— Да.
— Будь осторожней.
В его предупреждении я не нуждался, но кивнул.
— Как же долго тянется это очередь, а-а-а-а-а, — зевнул он на всю ширину рта, едва не заставив и меня сделать то же самое.
Правильно поняв мой взгляд, он извинился и прикрыл рот.
— Не выспался.
— Заметно.
Он смутился.
Наши палатки стояли недалеко друг от друга, так что сегодня я «наслаждался» стонами госпожи, Ирги Ежевики.
Из-за некой смущенности, он неуклюже сменил тему разговора.
— Что, снова уходишь в долгий рейд?
Думаю, на эту мысль его натолкнуло обилие перекинутых через мое плечо пустых дорожных сумок и ранец.
— Угадал. На пару недель как минимум.
— Признавайся, — по-дружески, с подмигиванием, толкнул он меня локтем под ребра, — нашел источник магии и тренируешься?
— Нашел, — легко признал я.
Не один я такой «умный». Все источники магии пригодные к использованию (чистые) вблизи палаточного лагеря уже найдены и нанесены на карту. Помимо этого, к ним проложены безопасные тропы (с которых лучше не сходить). Вроде неплохой вариант собственного развития, но лимиты и очереди! Хуже чем за хлебом, который нам начали выдавать сухарями (спасибо пеклу Царства Зыбучих Песков).
Нет уж.
Свой, свободный источник магии я нашел в четырех пеших переходах отсюда.
— А я все же записался в очередь, — махнул рукой, Титий. — Хожу к нему раз в три дня, — скуксился он, словно я его в чем-то обвиняю. — Не хочу рисковать и уходить далеко. Ведьма знает, куда заведут ноги. Да и Ирга отговорила.
Стоило ее упомянуть, и она появилась. Под ворчание других магов вклинилась между нами в очередь, чмокнула друга в щеку и поздоровалась со мной.
— Что обсуждаете, мальчики?
— Источники магии, — не сдержал язык за зубами, Титий. — Кай, оказывается, нашел один и ходит к нему.
Девушка посмотрела на меня и с укоризной покачала головой.
— Это слишком большой риск, Кай. Всегда есть вероятность попасть в песчаную бурю или по возвращении из дальнего рейда просто не узнать путь назад. Все же, после того, как там пройдет самум, ландшафт изменится до неузнаваемости. Никаких «безопасных» троп не останется. Придется прокладывать тропинку заново, рискуя провалиться в зыбучие пески, словно в прорубь.
Те, кто стоял рядом с нами в очереди притихли, прислушиваясь к нашему разговору, и Ежевика решила его завершить.
— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — положила она руку мне на плечо, мягко его пожав.
Ирга хорошая девушка. Пахнет жасмином и корицей. Говорит искренне. Вот и сейчас она предупредила меня об опасности, но отговаривать от опрометчивого поступка не стала. Умная.
И зачем она только стала любовницей Гийома Гриба? Не понимаю…
Когда пришла моя очередь получать провиант, я передал все свои сумки, помощникам коменданта (удивив их) и попросил заполнить полностью. Те посмотрели на начальника, и тот сердито шикнул на них, погнав на склад.
Они ушли куда-то за ширму, в глубину палатки. Я слышал только, как шуршали мешки и переставлялись с места на место ящики. Что-то упало. Ругань. Снова шуршание.
Вернулись.
— Затолкали в них месячную норму продуктов, — отчитался комендант, передавая мне тяжелые, распухшие и приятно пахнувшие сумки. — Распишитесь, — попросил он, и я поставил закорючку напротив своего имени.
Поблагодарив его, я вышел, попрощался с Титием и Иргой и пошел в ту сторону, где всходило светило этого мира. Отдаляясь от лагеря все дальше и дальше, я чувствовал чужое внимание, но не придал этому значения. Развлечений здесь мало, вот все и приглядывают друг за другом. Распускают слухи и злословят.
Спокойное, без надрыва движение по красному песку в лучах утреннего солнца, навеяло на меня какое-то философское, пасмурное настроение. Я задумался о том, как далеки мы, маги, от обычных людей.
Наш организм меняется постепенно и не всегда мы это понимаем. А человек слаб.
Я сейчас буквально, шаг в шаг, повторяю свой путь через пустыню. Казалось бы. Песок. Барханы, похожие один на другой, словно близнецы. Как тут ориентироваться? Но нет. С памятью мага, почти достигшего предела на ранге ученика — невозможно ничего забыть или упустить. Потеряться. Хочу я того или нет, я теперь ничего не забываю. Даже старые воспоминания, еще с тех времен, когда я не пробудил свой дар, восстановились и теперь я помню много смущающих меня подробностей из детства любого ребенка.
А тело? Какой человек сможет выжить на одном глотке воды сутки при пятидесяти градусах тепла? Задерживать дыхание на полчаса? Поднять груз в пять раз тяжелее