Она распахнула дверцы шкафа.
– Не лезь, ишь, шарится она здесь, – отпихнул её со всей силы Афоня. – Я сам всё достану. Тоже мне хозяйка.
– А ты бы не ворчал, а позвал кого-нибудь пораньше, – хмыкнула Василиса.
Домовой вытащил женскую длинную вышитую рубашку, вместе с ней упала мужская косоворотка.
– Это, значит, тебе, а это, по всей видимости, ему, – он кивнул на Степана. – Берите и переодевайтесь.
Вдруг из спальни Любы донёсся протяжный крик. Все рванули туда. Люба сидела на кровати с запрокинутой головой. Глаза её были открыты и затянуты белой дымной массой. Изо рта и носа выходил тёмный густой туман. Пушок запрыгнул на кровать, ударил её лапами в плечи и уронил Любу на кровать. Сам улёгся на её грудь и громко втянул в себя то ли туман, то ли дым. Глаза у неё закрылись, и она задышала ровно.
Голова пса упала ей на плечо, и он весь обмяк. Захар хотел его снять с Любы, но Степан не дал этого сделать.
– Не трогай. Пёс жив, только находится в глубоком сне, скорее всего, он теперь в Нави, рядом с Любой, – сказал он.
– А такое вообще возможно? – удивился Захар.
– У нас тут всё возможно, – усмехнулась Василиса.
– Ладно, хватит разговаривать. Захар, ты садишься около Любы, а Лена – около бабы Нади, а мы со Степаном пойдём в Навь.
– А кто около вас находиться будет? – нахмурилась Кикимора.
– Домовые рядом посидят. Если что-то будет не так, то позовут вас.
– А про меня ты как-то забыла? – усмехнулся Леший. – Я ещё пока здесь. Я, конечно, не по вашим этим Навям, но всё же и у меня кое-какие знания имеются.
– Ох, прости, что-то я совсем с этим со всем замоталась, – вздохнула Василиса. – Вот ты с нами и с домовыми рядом посидишь.
– Вот и договорились, – кивнул Степан.
– Афоня, – позвала домового Василиса. – Ты всё слышал?
– Угу, – нахмурился он.
– Давай неси нам свечи и запри все двери. Народ деревенский кто-нибудь предупредил, чтобы вечером на улицу не совались?
– Я всех обошёл и попросил никуда вечером не выходить, – ответил Леший.
– Надеюсь, они тебя послушаются, – покачала головой Василиса. – А то же тут ночью незнамо что будет твориться. Ещё сейчас и погода такая хорошая, так не хочется сидеть в избе. Хоть бы дождик что ли пошёл. Тогда точно никто носа не высунет в такую погодку.
– Дождик говоришь? – задумчиво сказал Леший. – Можно и дождик организовать. Степан, помнишь, как дожди вызывать?
– А то, – усмехнулся дед Степан.
– Мальчики, давайте только быстренько, – попросила Кикимора. – А то заманит их совсем Морок в своё царство, и никогда они не выберутся.
– Мальчики, – хмыкнул дед Степан. – Приятно-то как.
– Вот ты старый ловелас, – ткнула ему кулаком в плечо Василиса. – Приятно ему, ты глянь.
– А ты тут не зубоскаль, а готовься к ритуалу, а мы с Лешим пока дождём займёмся.
Дед Степан и Леший вышли во двор, оставив остальных готовиться к ритуалу. Василиса и Кикимора расставили свечи по кругу, а Захар и баба Лена устроились рядом с Любой и бабой Надей, чтобы следить за их состоянием.
– Ну что, старик, – сказал Леший, глядя на небо. – Давай покажем, что мы ещё не совсем старые, что мы еще что-то можем.
– Ага, – усмехнулся дед Степан. – Только давай без лишнего шума.
– Лучше с шумом, – покачал головой Леший. – И чтобы и гром, и молния, и ливень сильный. Чтобы грохот такой стоял, дабы не одна нечисть не полезла в Явь.
– Ничего не могу тебе обещать, – хмыкнул дед Степан.
Они встали в центре двора, подняли руки к небу и начали шептать заклинание. Под конец дед Степан обернулся волком, задрал свою седую морду к небу и громко и протяжно завыл. Через несколько мгновений небо потемнело, и первые капли дождя упали на землю. Где-то вдалеке загрохотал гром, на небе несколько раз чиркнула яркой стрелой молния.
– Получилось, – удовлетворённо сказал Леший. – Теперь точно никто на улицу не выйдет.
– Ну а теперь пора возвращаться, – кивнул дед Степан. – Наши девчонки, наверное, уже всё подготовили.
Они вернулись в избу, где Василиса и Кикимора заканчивали последние приготовления. За окном с грохотом по стеклам забарабанил дождь.
– Ну что, готовы? – спросила Василиса, глядя на деда Степана.
– Готовы, – ответил он.
– Тогда умывай мордень и напяливай на себя рубашку, – кивнула она на косоворотку.
– Без тебя знаю, тоже мне командирша нашлась, – проворчал он и направился к умывальнику.
Афоня постелил посреди большой комнаты лоскутное одеяло.
– Эх, опять кости будут болеть от жёсткой лежанки, – вздохнула Василиса, устраиваясь на полу.
Она переоделась в белую огромную рубашку и смотрелась в ней тонкой и хрупкой старушкой. Через пару минут пришёл Степан и улёгся рядом с ней.
– Давно, Васька, с настоящим мужиком рядом не лежала, – рассмеялся дед Степан.
– Велика радость лежать рядом со старым хрычом, – хмыкнула Василиса. – От тебя псиной мокрой воняет.
– Руку давай, милая старушка, – пробасил Степан.
Он схватил её за руку и легонько сжал своей лапищей. Василиса прикрыла глаза, то же самое сделал Степан.
– Надо было им взвар с сон-травой дать, – тихонько сказал Афоня. – А то неизвестно, когда они уснут.
– Заткнись, – пихнула в бок его Груша. – Не мешай.
Они чуть не подрались, но на них цыкнул Леший. Василиса немного повозилась на своём месте, удобно устраиваясь, и принялась читать заклинание:
– Духи Нави, откройте нам путь
В мир, где сны и смерть сплетены.
Покажите нам дорогу,
Где наши друзья сокрыты.
Свечи вспыхнули ярче, и комната начала заполняться густым туманом.
– Ещё нам этого не хватало, – сказали домовые и забрались повыше на шкаф.
Туман быстро рассеялся, и Степан с Василисой провалились в сон. Все остальные неспящие стали следить за своими подопечными.
Глава 85-86
Морок воспоминаний
Люба бродила в густом тумане, не понимая,