Открываю дверь и замираю от неожиданности: передо мной стоит симпатичная блондинка с дерзко открытой грудью …и губами, на которые тут же хочется наброситься. Должно быть, я смотрю слишком откровенно, потому что она тихо смеётся — звук, подобный музыке. Она слегка покашливает, привлекая моё внимание к каре-зелёным глазам, в которых играет вызывающий блеск.
Я борюсь с порывом пригласить её внутрь, но всё же отказываюсь от этой мысли. «Спасибо, я уже оставила чаевые в приложении».
Но она не собирается уходить. «Я знаю. И весьма щедрые, кстати. Думаю, это заслуживает дополнительной помощи». Когда я не возражаю сразу, она сияет улыбкой и делает шаг ближе.
Чёрт, от неё пахнет идеальной смесью пряностей и цветов. Я едва сдерживаюсь, чтобы не поддаться искушению. «Я ценю предложение, правда, просто я…» Не могу выкинуть из головы того чёртового незнакомца, которого, вероятно, больше никогда не увижу.
«Понятно, не буду давить. Если вдруг… эмм… захочется особой доставки — найди меня. Меня зовут Мелисса Пирс».
Я вздыхаю и закрываю дверь, досадуя на то, как она запутала меня из-за пустяка. Иду на кухню и сажусь есть, но мои мысли совсем не о еде. Вместо этого в голове разворачивается изящный маленький фантазийный сценарий — тот, где я её не отвергла.
Она, не колеблясь, проходит внутрь и закрывает дверь за собой. Мелисса даже снимает обувь и оставляет её у порога. Она мне уже нравится.
«Ты здесь совсем одна?» — в её словах слышны любопытство и намёк.
«Да». Я ставлю пакет на столешницу. Когда поворачиваюсь к ней, она не теряет времени. Мелисса прижимает меня к холодильнику, а её пальцы скользят по бокам, открытым укороченным топом. Ногти слегка впиваются в кожу, пока она рассыпает лёгкие поцелуи вдоль линии челюсти, приближаясь к уголку губ.
«Забирайся на столешницу», — соблазнительно шепчет она.
Я едва успеваю сесть на мраморную поверхность, как она уже тянет за пояс моих шорт. В ответ я приподнимаю бёдра и наслаждаюсь тем, как её зрачки расширяются при виде моей наготы.
Мягкие, как лепестки розы, изящные пальцы раздвигают мои бёдра. «Можно попробовать тебя?» Её горячее дыхание щекочет чувствительную кожу, когда она наклоняется ближе. Зелёные глаза сверкают снизу желанием, от которого сжимаются все мои мышцы.
«О да, чёрт возьми», — я задыхаюсь, когда её пухлые губы касаются клитора. Бёдра сами начинают двигаться навстречу её рту. В ответ она проводит языком вдоль всей моей щели, играя и жадно лаская, пока я не начинаю становиться всё влажнее и влажнее. «Ммм, да, вот так». Я сжимаю в кулаке её блестящий хвост и оттягиваю её голову назад. Она смотрит на меня снизу с хитрой улыбкой на блестящих губах, и я притягиваю её, чтобы ощутить собственный вкус на её устах. Наши языки сплетаются в пламенном поцелуе. Жаждая большего, я стаскиваю её топ, обнажая небольшую грудь с серебряными пирсингами. Сползаю со столешницы, отчаянно желая взять её в рот. Стоны, которые она издаёт, когда мой горячий язык касается её розового проколотого соска, заставляют новую волну возбуждения хлынуть во мне.
Словно чувствуя это, она проводит рукой между нашими телами и начинает водить пальцами по клитору дразнящими кругами. «Может пойдем в спальню?»
Я киваю и отрываюсь от неё, быстро ведя её вниз по коридору. Сажусь на кровать и наблюдаю, как она раздевается, снимая кружевные трусики и джинсы, так идеально облегающие её зад.
Фантазия даёт сбой — и внезапно позади неё возникает Эйден с ревнивой гримасой на лице. С усилием я возвращаю мысли в прежнее русло и продолжаю с того места, где остановилась.
Мелисса решительно подходит ко мне, запускает руки под мою майку, срывает её через голову и прижимает меня к матрасу. Мои ладони находят её ягодицы и сжимают их; в ответ её влажная киска трётся о мой живот. Я просовываю руку между нами — к счастью, что перед переездом сняла нарощенные ногти — и начинаю ласкать её клитор. Она двигается навстречу моей руке, а я заворожённо наблюдаю, как её грудь покачивается надо мной.
Со стоном нетерпения она отстраняется. «Подвинься чуть выше на кровать, я хочу сесть тебе на лицо».
Как только она оказывается над моим лицом, я обнимаю её упругие бёдра и притягиваю к своим губам. Я сосу её клитор, обожая, как она в ответ вращает задницей. Мой язык жадно скользит между её половых губ, дразня вход, заставляя её постанывать так, что у меня сами собой сжимаются ноги. Когда я проникаю в неё языком, она снова издаёт этот звук. Я ласкаю её киску с таким же равнодушием, с каким оставила ужин, остывающий на кухонной столешнице, — мне сейчас всё равно.
«О боже, мне так чертовски приятно». Её движения становятся резче, она пытается сдержать оргазм, но я не собираюсь останавливаться. Я удваиваю усилия и получаю награду, когда её тело содрогается вокруг моего языка, а она извивается надо мной. Наконец она решила слезть с моего лица.
«Ты просто потрясающа в этом», — говорит она, прежде чем слизать влагу с моих губ и подбородка. Я пытаюсь сесть, но её рука …на моей груди заставляет меня снова лечь. «Эй, я с тобой ещё не закончила — ты даже не кончила. Разве это можно назвать хорошим обслуживанием?» Она с комичной серьёзностью хмурит брови, прежде чем опустить губы к моему соску, принимаясь сосать и покусывать его. Я выгибаюсь навстречу, а она переключает внимание на другую грудь, и её умелый язык заставляет меня задыхаться и стонать.
Я опускаю пальцы вниз по животу и начинаю ласкать себя, пока она играет с моими чувствительными грудями, но ей это не нравится. Мелисса покрывает поцелуями мой живот, а затем проводит пальцем вдоль моей щели.
«Какая ты нетерпеливая», — дразнит она. Это могло бы возбуждать, но в голове снова возникает Эйден, говорящий то же самое. Он нависает надо мной, работая кулаком по своему члену. Я силой выталкиваю его из фантазии — нет, он не может испортить и это.
«Ну и что, что я такая?» — отмахиваюсь я, затем прижимаю её голову ниже и приподнимаю бёдра навстречу её губам, пытаясь заставить её замолчать, чтобы продлить наслаждение. Я ведь могу вытравить его из памяти, если очень постараюсь, верно? Я полна решимости проверить эту теорию.
Сначала Мелисса лижет меня медленно, испытывая моё терпение. Мне хочется потерять голову, но перед глазами стоит лишь Эйден, называющий меня похотливой шлюхой перед