— Ага, давай, — я отрезал ещё кусочек и махнул рукой. За Харка, я особо не переживал, ведь он опытный воин, если что, то любому даст отпор. А вот мне нужно больше есть, чтобы снова набраться сил. До фригольда, я так понял, топать ещё долго. А нам бы, ещё эту грёбаную пустошь преодолеть, и желательно, без всяких сюрпризов. Потому что, дальше река, которую нужно будет, как-то переплыть. Надеюсь, Харк что-нибудь придумает насчёт плавательного средства. Не знаю, лодки там или плота. Мою-то резиновую лодку нам пришлось бросить, когда мы переплывали с ним буйную реку, тогда на нас напала, то ли огромная рыба, то ли ихтиозавр, но тогда, я почти наложил в штаны, когда монстр, чуть не слопал меня. Хорошо, что до берега оставалось всего-то метров десять, да и Харк здорово помог, схватил меня за руку и явно использовал какую-то Руну ускорения. Потому что, он плыл так быстро, что на берег, мы просто выскочили. Так что желания пересекать вплавь очередную реку, у меня нет.
Харк вернулся с обхода, когда уже стемнело. Так что, на сером камне, отчётливо танцевали отсветы костра, а в небо жар поднимал дым и искры. Присев на своё место, он с наслаждением вздохнул аромат жаренного мяса. В этот момент, откуда-то из далека донёсся рёв. Бородатый товарищ, сразу же схватился за топор. В состоянии ожидания, он просидел так, минуты две-три, потом отпустив оружие, достал нож. Отрезав себе кусок с подрумянившегося куска мяса, жадно откусил от него. Прожевав, Харк указал пальцем на небо.
— Свэт лиловый обливается, ночь наступать. Знай, Васылий, в этом мире опасность вызде, вообще вызде.
— Слушай, тебе бы наш язык подтянуть. Иногда я не понимаю, что ты хочешь сказать мне.
— Ха-ха-ха! Я родился с дифектом ныжней челюсть. Мэня, иногда из моего народа нэ понимать, что говорить на родном языке. Но Харк сылён! — встав в полный рост варвар, согнув в локтях руки, и словно атлет покрасовался своими мышцами. Потом резко схватил топор и со всей дури ударил им по камню, искры тут же полетели в разные стороны, а в небе что-то сверкнуло. — Во как! Я Харк!
— Успокойся уже. Верю, верю, ты сильный смельчак, но судя, как ты, сейчас себя повёл глупо, то подозреваю, что башку, у тебя, бывает, срывает. Ты же говорил, что иногда бываешь во фригольде?
— Ну? — бородач отрезал себе ещё мяса.
— Что ну? Баранки гну! Может, в следующий раз, ты заглянешь к нашим медикам, возможно, они тебе сделают операцию на челюсти и ты сможешь нормально разговаривать?
Харк снова схватил топор и со всей силы ударил им по камню.
— Васылий, да, — пережёвывая мясо, бородач согласно закивал, в его глазах отсвечивал безумный блеск, словно он неожиданно что-то ценное выиграл или осознал что-то важное для себя, словно его осенило. — Так и сделать. Я хотеть говорить нормально.
— Отлично, дружище!
Так мы и не осилили съесть всё мясо, на палке висело еще килограммов пять-шесть, но после, вкусного ужина и весёлых историй от бородача, я сдался. Сонливость просто одолела меня. Я прилёг поближе к костру. Харк снова запел себе под нос какую-то песню, как тогда. О чём она, я снова не мог разобрать. Да мне и не хотелось вслушиваться особо в неё. Мои веки постепенно становились всё тяжелее и тяжелее. Только я зевнул, как здоровяк с криком вскочил и вознёс топор. Он смотрел в небо. Переведя свой взгляд с Харка на горизонт, то в дали я увидел падающую оранжево-красную точку, от которой тянулся шлейф. Что это может быть? Комета или же капсула? Через минуту, она исчезла, словно кто-то её резко потушил. Сравнявшись с бородачом, в полголоса спросил у него:
— Харк что это?
— Не знать, но выглядит это завораживающе. Я наверное разбудить тэбя, Васылий?
— В принципе нет. В следующий раз просто не нужно так реагировать. Я уже подумал, что кто-то напал на нас, — присев, на всякий случай достал автоматическую винтовку и положил её рядом с собой.
— Хорошо, хорошо, просто нэчасто это бывает видеть такое. Ложись, спать, завтра у нас опасный путь. Помнэшь про мгнумов?
— Ага. Как же мне, теперь забыть их. Ничего прорвёмся, — зевнув, я прилёг на спину. Смотря на так называемые звёзды, пытался сосчитать их все. А почему бы и нет! Времени у меня много — целая ночь.
Присев на своё место, Харк вновь запел свою песню, не отрывая взгляд от костра, он смотрел на угли, а я иногда переключал своё внимание на него, когда сбивался со счёту. Не может быть такого, что могучий воин, радовался точке с хвостом, словно ребёнок. Явно помотала его жизнь в Единстве. Он вроде тех сухих кустов, которые по пустоши гоняет ветер.
Глава 148
Проснулся я от нехватки воздуха, потому что этот абориген заткнул мне нос, от чего я чуть не задохнулся в кошмарном сне. Вот весельчак недоделанный, хочется мне ему треснуть между глаз, но ведь не справлюсь же с ним. А-аах… Вот абориген сумасшедший. А вдруг и правда от инфаркта помер бы, мне такой страшный кошмар приснился в этот момент, похлеще, когда бредил после укуса многоножки.
Натянув лживую улыбку, в ответ шутливо погрозил ему пальчиком. Реакция бородача оказалась ожидаемой: он просто громко рассмеялся.
Отмахнувшись от него, я встал на ноги, и мой взгляд невольно упёрся на пухлый кожаный рюкзак, который находился в трёх метрах от меня. Что могу сказать? Харк явно давно уже на ногах, если все его вещи собраны, а костёр давно потушен. Ещё погодка сегодня подкачала, всё небо заволокли серые тучи, и явно попахивало дождём. Честно! Не хотелось бы снова, какое-то время просидеть в палатке, теряя время. Но с природой Единства не поспоришь, если будет дождь, значит будет лить, как из ведра. В добавок к этому разлетались клювастые хищники. Ещё их тут не хватало. Наверное, ждут, когда мы с Харком сдохнем здесь, чтобы устроить пир. Не дождутся! Эта проклятая пустошь скоро останется в прошлом. Мы обязательно доберёмся до реки. Сейчас, я даже готов вплавь переплыть её. Надоело эта безжизненная панорама серой пыли и камней, хочется ярких красок живой природы. А не это вот всё… Также хочу поскорее добраться до фригольда, мне нужна благо цивилизации — нормальная кровать, душ, вкусная еда. Э-э-эх! Что-то шутка бородача сильно раззадорила меня. Прям срочно нужно выпалить на этом аборигене весь негатив, но тонко, с юмором,