Да к чему это все сейчас? Нужно взять себя в руки и максимально игнорировать его. А получитья ли у нее это сделать? От его прикосновений ее сердце готово выпрыгнуть из груди.
Вот с такими мыслями Мальвина ехала на работу. Целую ночь она думала о своих отношениях с Максимом и пришла к мысли, что все сделала правильно. Такой, как Макс заслуживает лучшего, чем то, что может дать Мила. Он добрый, нежный и красивый, но она не чувствует к нему таких чувств, которые вызывает в ней Барский. Один поцелуй с ним заставил ее забыть обо всем на свете.
Мила опасалась, что Егор опередил ее и уже пришел на работу, поэтому заходила с опаской, несмотря на то, что входная дверь была закрыта. Мало ли.
Боялась она зря, в этот раз Мальвина была первая.
Елисей и сегодня остался дома, на это Милу уговорила сестра, той не хотелось оставаться дома одной, поэтому на работу она, соответственно, приехала раньше, еще и плотно позавтракав, ведь Крис с утра уже испекла оладушки.
Написала Эмма, скинула ссылку на общую пятиминутку.
Конференция была в зум, на ней присутствовали три человека: Эмма, Мальвина и Платон Кириллович. Последний был крайне недоволен отсутствием Егора.
Обсуждали много дел. Стало вполне очевидно, что в новый офис наберется полный штат сотрудников. Это будет полноценная фирма со своими работниками, финансирование которой будут осуществлять оба модных дома. Будущее этой компании было весьма туманным, но если коллекция пройдет успешно, то это предприятие будет существовать и дальше.
Немного умалчивалась роль Егора Платоновича. Было сказано пару фраз, что он здесь временно, до определенных обстоятельств. Вскоре, место главы новой компании займет кто-то другой.
Что ж, среди всех новостей, радовал тот факт, что Мила скоро начнет нормально работать среди всех остальных людей. Не придется ждать какого-либо ответа так долго, как это происходит сейчас. Останется лишь ее основная деятельность.
Когда присутствует ясность, работать становится легче. Правда, то, что теперь у Милы будет совсем другой коллектив, ее огорчало.
— Доброе утро, — поздоровался Егор.
На этот раз он ее не испугал. Молодая женщина услышала звук открывающейся двери.
— Ты пропустил общее собрание. И твой отец расстроен из-за этого.
— Правда? Я исправлюсь. Мне нужно было забрать свою машину, — оправдался Егор.
— Окей.
— У тебя все нормально?
— Да, но нам стоит поговорить, — слегка волнуясь, сказала Мальвина.
— Серьезно? Неожиданно. О чем нам стоит поговорить? — Барский сложил руки впереди себя.
— О том что случилось вчера. О наших появлениях на прессе, когда ты даешь неопределенные ответы.
— Действительно. Об этом стоит поговорить. Особенно о твоем малодушном побеге.
— Я не свободная женщина. Была. Вчера. Эти истории в газетах и наше фото, стоили мне отношений, — не зная почему сказала Мила.
— Очень жаль твоего ухажера. Хотя нет. Не жаль. Так даже лучше. Теперь у тебя нет отговорок, — изрек Егор.
— Я не понимаю, чего ты хочешь?
Егор подошел на шаг ближе, Мальвина бы отступила, но сзади нее был стол. Она и так упиралась в него.
— Я бы хотел этого, — вкрадчивым тоном сказал Барский. После этих слов он положил руку на ее затылок и поцеловал, привлекая к себе.
— А еще этого, — его рука забралась под юбку и погладила бедро.
Мальвина молчала. Что она могла сказать. Он своими действиями заставил ее тело дрожать. Снова.
— Что скажешь? — шепотом спросил он.
— Я не знаю, — так же тихо ответила она.
— Правильно. Лучше молчи. Тебе пора признать, что со мной тебе хорошо, и ты пытаешься убежать от себя и своих ощущений. Трусиха. Может, стоит попробовать?
— Попробовать? — удивленно спросила Мила.
— Да, попробовать нам с тобой. Ты, я, вместе. Просто не зажиматься и делать то, что хочется.
— Не думаю, что это хорошая идея, — Мальвина убрала его руку со своего бедра.
— Почему? — Егор отстранился.
— Потому, что мы разного поля ягодки.
— С чего ты это взяла? — нахмурился Барский.
— Я не хочу быть девочкой на ночь, одной из твоей тысячи моделей, — с горечью в голосе проговорила Мила.
— О чем ты сейчас говоришь? Ты же не просто так сейчас это говоришь. Обоснуй.
— Тогда давно, на вечеринке. Твой папа так боялся, что чудесная партия с Климовой может сорваться. Как только секретарша сына превратилась из серой мыши в что-то яркое, он тут же убрал меня подальше. Боясь, что сын поддастся соблазну и отношения с именитой моделью будут под угрозой.
— Но тебя это не остановило. Верно? — хмыкнул собеседник.
— Не остановило. Как и тебя не остановило наличие у тебя спутницы. Тебе чужда верность.
— Ну, а ты? Пошла на сделку, получила повышение и обманула Платона Кирилловича, потому что шашни с его сыном таки закрутила, — кинул обвинение в сторону Мальвины мужчина.
— Да ты на следующий вечер уже спал со своей Климовой, чтобы не приведи господь никто не заподозрил, что у тебя роман с секретаршей! И вовсю улыбался перед стайкой репортеров, чтобы порадовать родителей.
— А у тебя в рукаве не припасено еще пару обманов, в которых ты так рьяно обвиняешь других? Мисс Честность.
Мальвина молчала. Говорить ему о сыне у нее в планах не было, но почему-то сейчас ей казалось, что Егор все знает. От этого ее щеки запылали.
Глава 17
Он не мог догадаться. Давно бы уже сказал.
Барский смотрел на нее серьезно, чего-то ожидая, а потом приблизился и снова поцеловал.
Этот поцелуй был каким-то нежным, как будто он хотел ее успокоить.
Егор отстранился и отошел от нее.
— Климова никогда не была для меня выгодной партией, — вдруг начал он свой рассказ. — Она была лишь прекрасной союзницей в выгодном нам обоим партнерстве. Виолетта не любит мальчиков, она специализируется по девочкам. Ей нужно было, чтобы пресса и родители оставили ее в покое и не лезли в личную жизнь. Мне надоели истеричные модельки и излишние внимание родителей к моим избранницам, поэтому наша пара просуществовала долго и связь оборвалась, когда Климова уехала за границу. Я не спал с ней, поэтому фактически никому не изменял, когда спал с тобой в ту ночь в лофте. И, чтобы вокруг нас не было сплетен, поехал на следующий вечер с Климовой на вечеринку. Я — бабник, но измена не мой конек. Думаю, это исчерпывающий ответ на все твои вопросы. Если ты ничего не хочешь мне сказать, то пора приниматься за работу.
Сказать, что Мальвина была в шоке, это ничего