Ну а больше ничего в голову не приходило.
Автобус остановился на нужной мне остановке.
Перешла дорогу, свернула в переулок, заканчивающийся тупиком, и спустилась в подвал полуразрушенного завода, где «Винт и Отвёртка» принимали своих гостей.
— Я к Ростовщику, — сказала, протянув охраннику карточку.
Громила поднял руку и пару раз ею кому-то махнул. Через несколько секунд к нам подошёл парень в форме официанта.
— К боссу проводи, — велел охранник, показав ему мой пропуск.
— Прошу за мной, — улыбнувшись, поклонился официант и повёл меня через многочисленные залы — игорный, танцевальный, ресторанный — в кабинет Ростовщика.
В подобных заведениях я никогда не бывала, но брат часто о них рассказывал. А Ярел рассказывать умел. Он погружал слушателей в самую гущу событий — это его магический дар, но, к сожалению, слишком слабый и мало востребованный, чтобы им зарабатывать большие деньги. Зато достаточный, чтобы я сейчас не пялилась по сторонам, разинув рот, и при виде Ростовщика испуганно не шарахнулась из кабинета. Брат подробно описывал его внешность: холодные сканирующие каждую твою клеточку глаза на хищном лице, тонкий нос и бледную кожу.
— Арелия Всполох, полагаю? — спросил хозяин заведения, трепеща ноздрями, словно принюхиваясь.
Об этой его привычке Ярел тоже говорил.
— Так и есть. Как я могу отработать долг брата? — без лишних любезностей перешла я к делу.
— Вам крупно повезло, Арелия. — Я невольно поморщилась, опровергая подобное утверждение, и Ростовщик растянул тонкие губы в змеиной улыбке. — Мне поступил заказ на одно очень деликатное и хорошо оплачиваемое дело. И мне кажется, оно вам будет по силам.
— Простите, я отработала смену в лечебнице и очень устала. Не могли бы мы сразу перейти к сути? — попросила хмуро.
И Ростовщик улыбнулся ещё шире.
— Конечно-конечно. Поправьте, если ошибусь: вы запечатанный иной маг с неизвестной способностью…
Очень даже известной. Могу, то есть могла, не просто открывать межмировые порталы, а перемещать целые куски миров. Правда, говорить об этом я не стала, а просто кивнула.
— …Но, не смотря на ограничители, оставшийся в вас магический фон защищает вас от болезней и прямого воздействия любой чистой магии, включая стихийную? — Ростовщик вопросительно выгнул бровь.
Пришлось отвечать.
— Да, это так. Как подобное получилось — не спрашивайте, я не знаю.
— А мне, в общем-то, это и не интересно. Мне хватает этих сведений, чтобы устроить вас в таможенную службу дома Природы под руководством Скита Зноя.
У меня всё внутри похолодело. Значит, они всё же хотят заслать меня в дом Природы, чтобы сделать пособницей контрабандистов?!
— Сколько по времени я буду должна там отработать? — глухо спросила, впиваясь ногтями в ладони.
— А это зависит от вас, милочка, — развёл Ростовщик руками, украшенными зачарованными кольцами. — Чем быстрее доберётесь до жилища лорда Скита и оставите в нём выданный заказчиком предмет, тем быстрее сможете уйти.
В виски ударили молоточки боли, в глазах помутнело и во рту пересохло. Даже ради брата я не стану никому вредить!
— Неприемлемо! Я найду другой способ раздобыть деньги, — отрезала я и развернулась, чтобы уйти.
Понятия не имела где смогу найти такую сумму, но была готова на всё, кроме предложенного. В конце концов, можно продать почку или сходить в Центр профессора Микшера Зноя и записаться в тестовую группу. Хоть об этом месте и ходили страшные слухи, но всё же Центр существовал под покровительством властей, официально проводил генетические исследования магов с целью создания универсальных, как Шерилин Зной, и щедро платил подопытным.
Однако я и шага не успела сделать, как Ростовщик меня остановил.
— Дело, конечно, ваше, Арелия. Но мне кажется, я плохо изложил суть задания. Позвольте немного прояснить ситуацию.
Выслушать его меня заставило отчаянное желание найти выход из положения как можно скорее, поэтому я кивнула.
— Хорошо. Но предупреждаю заранее, что даже ради брата или себя самой никогда не стану причинять вред другим.
— Присядьте, Арелия, прошу, — взмахнул хозяин кабинета рукой, и я уселась на посетительский диван. — Сразу скажу, что заказчики — родители Скита Зноя. Не думаете же вы, что они хотят навредить единственному сыну?
Я растерянно хлопнула глазами. Очень странно, что семья главы Великого дома Зной с резиденцией на Богатце обращается за помощью в криминальные структуры бывшего нижнего витка.
— Но разве можно насильно причинять добро? — скептически поинтересовалась я.
— Арелия, милая, в свои двадцать вы слишком юны и не понимаете всей глубины родительской любви. Иной раз мы просто с высоты возраста видим, когда чадо совершает ошибку, и пытаемся его от неё уберечь. Вы, молодёжь, упрямы и не желаете слушать добрых советов…
— Мне двадцать два. А Скиту Зною уже под тридцать. К тому же он один из создателей нового миропорядка. Не думаю, что его можно обвинить в юношеской неразумности.
Ростовщик рассмеялся.
— А переворот как раз и говорит о его импульсивности. Его и тех двух юнцов, что разрушили Спираль. Мы пока не знаем, к чему приведёт новая реальность, а старая гарантировала стабильность. Зачем было её уничтожать? Вот так и родители Скита радеют за стабильность. Они всего-навсего хотят вернуть сына в семью, чтобы он занял своё место законного наследника Великого дома Зной.
Точку зрения Ростовщика я не разделяла. Я была распаду Спирали рада. То, что миры стали независимыми, открывало для их жителей множество перспектив. Например, мы с братом смогли перестать скрываться от властей Остаточного витка, которых очень интересовало исчезновение целого дома с людьми и участком. Да и вообще! Теперь не было высших и низших. Теоретически все люди теперь равны.
Однако наше с братом нынешнее положение никак не располагало к дискуссии с отстаиванием своих позиций, и я уточнила:
— И что этот предмет сделает со Скитом Зноем? Изменит его мировоззрение?
— Нет-нет, ничего такого! Он просто заставит вспомнить о доме, о семье, об обязанностях главы, и Скит приедет погостить к отцу и матери. Он не навещал их с самого развала Спирали. К тому же вам надо будет просто подложить артефакт в дом Скита, а дальше дело уже не ваше.
— И всё? — недоверчиво спросила я.
Моя наивность испарилась без следа ещё в пятнадцать лет, когда моя магия проснулась и вышла из-под контроля. Мы с тех пор столько скитались и столько всего пережили, что я перестала верить, когда мне говорили: «Проникни в чужой дом, положи там куда-нибудь безопасную штуку и с чувством выполненного долга гордо иди за деньгами». Так просто не бывает.
— И всё! Клянусь! Это безопасный артефакт, который лишь вызывает тоску по дому и