Петр так и не пришел в себя, лишь пару раз дернулся. Мы с Алешей замерли, а в следующую секунду муж, не делая резких движений, потянулся за своим оружием. Успел вытащить из кобуры, как Карпов замотал головой и выдал:
— Не двигайтесь, сударь, кем бы вы там ни были! Иначе я прострелю эту прелестную шейку.
— Борис Владимирович, давайте успокоимся, — Алексей сохранял спокойствие.
Я же стояла на грани обморока, зажав рот обеими ладонями, чтобы не закричать. Видела, как часто дышала Тося, как по лбу ее поползла капля пота.
— Оружие на пол! — снова зашипел Карпов.
Алексей медленно наклонился и положил револьвер. Карпов кивнул ему, показывая, чтобы тот отошел. Муж сделал шаг назад.
— Августа! — обратился ко мне Карпов, продолжая буравить взглядом Алексея. — Подай сюда деньги.
Я глянула на мужа — тот еле заметно кивнул.
— Борис Владимирович, поймите, все кончено! — Я нагнулась и подобрала сумку.
— Деньги сюда и без разговоров! — Он сильнее надавил дулом на шею Тоси. Она издала стон боли и закусила губу. — Что за чертовщина?! — вдруг вскрикнул Карпов. — Что с вашими глазами?!
Слава Богу, Мефистофель! Сейчас он прикажет Карпову опустить оружие, и все закончится.
Тося, похоже, плохо соображала из-за паники. Ее грудь высоко вздымалась, а глаза стали очень широки. Я сделала несколько шагов навстречу.
— Карпов, — начал Мефистофель, — опусти…
Договорить он не успел — все произошло слишком быстро.
Тося как-то странно на меня глянула и в тот момент, когда Карпов протянул руку, чтобы забрать сумку, быстрым движением наступила ему каблуком на ногу. Я до сих пор не могу понять для чего. Возможно, страх затмил ее разум, и она хотела освободиться от смертоносного жала, прижатого к ее коже?
Карпов взвыл от боли. Револьвер выстрелил. Тося без единого звука упала, схватившись за шею. Мефистофель молниеносно подобрал оружие Алексея и выстрелил в грудь Карпову. Тот сделал несколько шагов назад. Упал на колени. Завалился на бок.
Я с криком подлетела к подруге. Из нежной белой шеи толчками выплескивалась кровь.
— Тося! Тося!!! — Я пыталась зажать рану ладонью. — Нет, нет, нет...
Тося обмякла в моих руках.
Меня отпихнул Мефистофель. Он сжал ее горло ладонями, будто хотел задушить.
— Давай же! — шептал он. — Ну же!
Я видела, как под его руками перестала вытекать драгоценная кровь. Словно во сне наблюдала, что он прижимает безвольное тело Тоси к себе и что-то шепчет на ухо.
Я обхватила голову руками, обагренными кровью подруги, и качалась из стороны в сторону, стоя на коленях. В ушах гудело от выстрелов. По коридору забегали люди — словно сквозь воду я различала испуганные голоса. Кто-то забарабанил в дверь.
— Городовых! Зовите городовых! — послышался чей-то крик.
В этот момент Тося сделала шумный вдох. В унисон ей точно так же вздохнул Мефистофель.
— Дьявол тебя раздери, женщина, как ты меня напугала! — прошептал он в каком-то исступлении, дрожа то ли он чрезмерного напряжения, то ли от испуга.
Но в следующую секунду на меня поднял удивленный взгляд Алеша.
— Где Мефистофель? — не поняла я.
— Сам хотел бы знать. Он просто ушел.
— Как это — просто ушел? В такой момент?!
— Августа, я сам ничего не понял, он не сказал мне ни слова!
Тося застонала. Алеша аккуратно повернул ее голову так, чтобы осмотреть шею. Вся в крови, но целая! Будто не было той смертоносной пули. Ее мой Алеша обнаружил у себя на ладони. Мы непонимающе переглянулись. Веки подруги трепетали, но она оставалась без сознания.
Отчаянный мужской крик огласил комнату. Мы с Алешей синхронно обернулись на Петра, который судорожно отползал от нас, пока не уперся в стену. Как загнанная лошадь, он таращился на лужу крови, в которой мы сидели. Не представляю, что почувствовала бы я, если бы упала в обморок от страха, а придя в себя, увидела подобную ужасающую картину. Хотя я не видела истинный облик демона. Может, все хуже, чем я могу представить?
Алеша аккуратно передал мне в руки Тосю, а сам в три шага оказался около Петра. Глядя на моего мужа, тот совсем обезумел от страха.
— Да замолчите вы! — гаркнул на него Алеша.
Петр резко стих и быстро-быстро закивал головой.
— Давать показания будете?
Петр снова закивал.
В коридоре подозрительно стихло. Больше никто не кричал и не носился, не стучал в дверь.
Мы обратили внимание на Карпова. Он лежал на боку, полы пальто разметались. Я видела, как на жилете расползлась алая клякса, словно кто-то неаккуратным движением вывернул ему на грудь красные чернила. Он не двигался и, насколько я могла судить, не дышал.
— Он мертв? — дрожащим голосом уточнила у мужа.
Алеша подошел к нему и приложил ладонь к лицу, посмотрел на меня и кивнул. Но затем решил удостовериться и склонился над телом, касаясь груди ухом.
— Мертв, — подтвердил муж и в ту же секунду нахмурился.
— Что…
Я не успела закончить — видела, как глаза трупа распахнулись. Янтарные. Золотые глаза.
Алеша отпрянул.
— Сердце! — воскликнул он. — Вдруг забилось! Он жи…
Мефистофель, вселившийся в тело Карпова, резко сел. Сделал глубокий вдох, скривился. И начал кашлять. Это были ужасные звуки. Казалось, он сейчас выплюнет свои легкие. Продолжая кашлять, демон встал на четвереньки. Это выглядело дико и страшно.
Я прижалась к Тосе, которая снова застонала и открыла глаза.
— Августа… — прошептала она. — Что произошло?
Затем испуганно схватилась за шею, кровь на которой уже засыхала неприятной стягивающей пленкой.
Кашель вдруг прекратился. В полной тишине мы услышали, как что-то металлическое звякнуло об пол. Пуля откатилась в нашу с Тосей сторону и остановилась прямо возле ее коленей.
А потом послышалась отборная ругань. Не то чтобы я не знала таких слов, но точно никогда не употребляла. Карпов — вернее, Мефистофель в его теле, — хватаясь за грудь и тяжело дыша, с трудом отполз к стене и привалился к ней.
Смертельно бледная Тося кое-как высвободилась из моих объятий и тоже на четвереньках, медленно, двинулась в его сторону. Мефистофель замер, не сводя с нее янтарных глаз. А она двигалась на них, как мотылек на свет. Доползла и остановилась в полушаге. Он с трудом приподнял руку, подзывая ее ближе. Тося сократила оставшееся расстояние и упала ему на грудь.