— А то что? Убьешь меня? Вздёрнешь на дыбе? Скормишь демонам? — хохотнул регент и мерзко добавил. — Хочу посмотреть, на что позарился Его Величество.
Олесия дергалась в руках магистра, но с оковами на руках и ногах было трудно вырваться. Ариан выл от бессилия и начал рвать свои оковы, что новой волной боли прошлось по нашим телам. Видя слезы Олесии, беспомощность Ариана, я рвался вместе с ними и взмолился о силе, что будет способна сорвать оковы и убить магистра.
— Так ты хочешь Силы? — тихо спросила меня за спиной Литэя.
Не думая, откуда она там, я зарычал:
— Да! Да! Мне нужна Сила!
И сила пришла, разлилась по телу жаркой волной. Расплавила оковы и дала свободу, о которой я мечтал.
Глава 4
Леон Де Калиар
Треск платья Олесии прозвучал одновременно с лязгом цепей, что, сорвавшись с моих рук и ног, ударились о стены. Сила мощным потоком наполнила тело и, без особого напряжения сорвавшись с пальцев, разнесла магические оковы короля. Регент оглянулся назад и, заметив нашу свободу, рванул прочь, но я обрушил металлическую решётку, запечатывая этого человека вместе с нами.
Ариан рванул к своей любимой, а я, не упуская магистра из вида, пустил огненные лезвия, что без проблем освободили остальных. Стянув с себя кафтан, король надел его на плечи Олесии, прикрывая порванное платье, и развернулся к регенту, что безумно дергал решётку и звал на помощь.
— Куда же вы, магистр, наша беседа только началась.
Имея возможность вновь управлять своей магией, он ухватил регента за шею и втащил в круг между нами. Этот человек угрожал нашим родителям, пытал каждого из нас, предал старого короля, и сейчас получив свободу, ярость и ненависть вырывались из наших сердец, сводили с ума, толкая на безумные поступки.
Наш круг сузился. Мила и Олесия остались рядом с Мираном, тому после освобождения стало совсем худо, и это только добавило ярости. Мысли выбраться от сюда не возникало ведь тот, кого каждый из нас мечтал убить, был уже в наших руках. Хватая за грудки, мы пихали магистра друг другу и гадали, какой смертью он погибнет, стража за решеткой быстро разбежалась, стоило мне послать к ним огненных псов, а наша игра продолжалась.
— Повесить?
— Голову с плеч?
— Четвертовать?
— Кастрировать?
— Жестоко, но мне нравится.
— Распять и кастрировать.
— Окунуть в Огонь Безумия, хочу посмотреть, что за хорошее воспоминание у него есть.
— Дай угадаю, как он убивает короля и подделывает его завещание?
— Да, Регент, мы тоже многое узнали, но идея с Огнем мне нравится. Можно будет на совете признать вас недееспособным и доказать, что король уже может взойти на свой престол. Как тебе Ариан? Нравится такая идея?
— Нравится.
— Вот что значит наше дурное влияние на короля, кажется, так вы оправдали наш приговор? — Седрик пихнул регента ко рву, тот упал на колени, пытаясь избежать падения в Огонь, но мы собирались в стаю, чтобы добить врага, и магистр Элебаут завизжал от ужаса.
Ниллардец возник рядом с ним внезапно, его лицо дрогнуло, увидев нас свободными. Схватив регента за шиворот, он ускользнул от нас, поставив перед своим порталом печать призыва демона. И не успели мы ее разбить, как явился тот, кого позвали.
— Защищайте короля! — рявкнул я, вставая перед демоном.
Мы были измотаны жаждой, голодом и Огнём, безоружны, закрыты в камере, а демон явно только что пришел с Алых Пустошей. На его теле полыхал огонь, и, решив, что мы легкая добыча, дико взревел, сотрясая стены.
Риг и Рог встали с двух сторон от меня, Седрик схватил Ариана и поволок к Олесии, понимая, что только она сможет уговорить короля не лезть на рожон. До меня долетели слова молитвы великим мученикам, что яркими искрами стали наполнять камеру, готовясь обрушить свою силу на демона.
«Сила, — подумалось мне, — мне нужна сила, что сокрушит демонов!»
И снова меня окутало теплом, словно Литэя была рядом и обнимала меня.
— Бери, — прошептала она, — большего дать не смогу.
Рука, почувствовав холод портального кармана, сжалась вокруг рукояти меча, и я потянул его на себя. Длинный клинок в ножнах, украшенных старинными письменами загудел в моей ладони боевым накалом. Более детально разглядывать оружие времени не было, завидя меч, демон бросился на нас. Все, что я успел за несколько секунд, скинув ножны, наполнить магией лезвие и ударить по монстру.
Осветив все вокруг алой вспышкой, меч не только разрубил демона по полам, но и обрушил часть стен, кусками кирпича и камней они засыпали Огонь Безумия гася его магию тьмы.
— Меч? — Риг подскочил ко мне, восторженно смотря на сверкающий магией клинок.
— Мертв, — Рог выпрямился над телом демона. — Печать тьмы полностью выжжена. Это не просто меч, это убийца демонов.
— Откуда он у тебя? — Седрик приблизился, настороженно изучая клинок.
— Сам не знаю, но есть та, кто сможет ответить на этот вопрос.
— Литэя? — спросил Ариан.
— Почему она? — удивился Рог.
— Пока Леон висел над Огнем, он твердил ее имя словно молитву.
— Молитвы предназначены святым мученикам, — нахмурился Седрик, почитая с детства принципы веры. — Нам надо выбираться!
— Не торопись, — довольно хмыкнул я, — за нами уже идут.
— Откуда ты знаешь? — оживилась Мила.
— Отец близко, я чувствую ярость его магии.
Сирения Лиран
Ребенок! Ребенок! У Литэи будет ребенок. Эта мысль сводила меня с ума. Одновременно окрыляя и тревожа, сжимала сердце до боли в груди. Мне надо, во что бы то ни стало спасти внучку! Если это дитя погибнет — нашему роду придет конец!
Пока Литэя переодевалась, я отправила дочь и Ноя прогуляться в парке. Внук был мрачен, но перечить не стал. Взглянув на запертые двери кабинета, проводил мать на выход и ушел, не оглядываясь. Неужели его дар предвидения опять дал о себе знать?
Разбираться в этом времени не было. Ной, в любом случае, будет на стороне сестры. Марлен стонала под грудой завала, что устроила Литэя. По полу растекалась лужа крови, и слабое сердцебиение показывало, что любовнице барона сильно досталось от спонтанной вспышки магии внучки. Вот только помогать этой особе я не собиралась, наоборот, это только подбило совершить задуманное. Убрав платок с порезанной руки, я растормошила рану и игнорируя боль, наблюдала, как кровь стала собираться в ладони. Мне нужно тело, чтобы признать Литэю мертвой, и Марлен подходила для этого как нельзя кстати.
Пролив свою кровь в кровавую лужу на полу, я