Это не сон и не видение. Я действительно беременна!
— Кира! — в палату вваливаются мои коты. — А ты, рыжая, опять здесь? Признавайся, прячешься от драконов?
Тимур весь перевязанный, а у Бори никак не проходят следы от ожогов драконьего пламени. Но они каждый день приходят и до вечера находятся у моей постели.
— Нет, я… — Мия краснеет, затем встает, — мне пора! Удачи, киса!
И скрывается за дверью. Странно! Мия точно что-то задумала! Почему мне кажется, что ее голос звучал как прощание?
Я с этим разберусь, но пока есть очень важное дело.
— Животик болит, кисулька? — Тимур подходит и жадно меня рассматривает.
— Нет. Нам нужно поговорить, — шепчу, — это очень важно.
— Что случилось? — Боря напрягается.
— Я беременна! — выпаливаю, опустив взгляд.
Молчание. Эм…
Смотрю на своих котиков. Оба пучат на меня глаза. Такие удивленные! Робко улыбаюсь.
— Это… правда? — бормочет Боря. — Ты… сметанка, ты ждешь ребенка?
— Да.
— Боги! — выдыхает Тим, падает на колени перед моей постелью. — Блядь…
— Ты плачешь? — смотрю на своего котика.
— Я… сука, — вытирает глаза, — просто я думал, что потерял тебя. И каждый раз боялся заходить в палату…
— Но я здесь, — беру его ладонь, кладу на свой живот, — мы здесь.
— Кируська, — Боря тоже касается малыша, — неужели кошмар закончился?
— И мы теперь вместе! — выдает Тим, прикрывает глаза от удовольствия, долго и протяжно урчит.
— Я тоже не верила… — улыбаюсь, — сделала в общей сложности…
Подсчитываю в уме.
— Вроде бы семь тестов сделала. И все положительные. Так что, да! Мы с вами ждем кису!
— Кстати, о кисах, — строго говорит Боря.
— Что? — испуганно смотрю на барса.
— Когда ты покажешь нам свою киску, малышка? — сверкает глазами.
Тимур порочно облизывается.
— Развратные коты! Вы ранены! — натягиваю одеялко повыше.
— Ну покажи киску, — скалится Боря, и тут до меня доходит.
Так он о моей новой Душе?
— Я не знаю… — бормочу.
— Что? Не хочешь обратиться? — удивленно спрашивает Тимур.
— А мы очень хотим увидеть твоего Зверя! — глаза барса блестят в нетерпении. — Кира, сколько ты еще будешь стесняться? Ты теперь кошечка!
— Самая красивая, пушистая! — мечтательно тянет пантер. — И носишь под сердцем нашего котенка!
— Хорошо, я попробую… — хмыкаю, слезаю с постели.
Меня до сих пор преследует слабость. Словно отголосок того, что со мной случилось.
Стягиваю пижаму. Коты облизываются. Прикрываю глаза и обращаюсь к своей второй душе. Мне до безумия страшно, ведь когда я в первый раз не услышала волчицу, чуть не сошла с ума.
Не смогу пережить это снова!
Ррр! Уррра!
Но я слышу! Даже четче, чем волчицу. Это урчание наполняет меня нежностью. Улыбаюсь, откидываю голову назад. Распахиваю объятия, словно принимая новую ипостась.
И обращаюсь.
Но в этот раз всё иначе. Словно мягче. Кости не ломаются, а гнутся и увеличиваются в размерах. Я чувствую небывалую силу и мощь! Нюх обостряется в десятки раз.
— УУРАА! — распахиваю глаза и смотрю на своих мужчин.
А они на меня. Осматриваю себя. Я белая! Разве бывают белые леопарды? Хвост просто огромен. Делаю шаг. Мягко, неслышно. Я хищница! Наконец-то!
Прыжок…
БАМ!
А вот это было зря. Приборы с грохотом падают на пол, рвутся провода и с мерзким металлическим звуком валятся поддоны. Падаю на бок. Мда, к такому телу нужно еще привыкнуть.
Ойкаю. Но с губ срывается лишь рычание. Пытаюсь встать, болтаю лапами.
— Ты в порядке? — мои коты помогают мне встать.
Тим обнимает меня за шею. Я такая большая по сравнению с ними! Даже взрослые накачанные оборотни кажутся мне небольшими.
Лизь!
По-кошачьи целую своих котиков. Спасибо вам, мои любимые! Без вас я бы не справилась!
Глава 57
Кира
— Всё взяла? — спрашивает меня Боря, когда меня наконец-то выписывают.
— Да. А куда мы поедем? — хлопаю глазами.
— К нам домой, конечно! Дракон тебе больше не угрожает. А потом присмотрим домик за городом, где будем растить наших котят, — облизывается Тимур.
— Мне бы одного родить, — вздыхаю, ведь меня замучил токсикоз.
Я толком не могу есть, все куда-то обратно лезет. Малыш принимает только мясо и молоко. Соответственно, и я тоже.
— Вот! — Агнесса поправляет мою блузку. — Теперь прекрасно выглядишь, сестренка.
— Спасибо, что приехала, — обнимаю ее.
— Я же сказала, что всё у тебя будет хорошо, — сестра гладит меня по голове, — а ты не верила.
— Главное, что вы с малышом в порядке, — смотрю ей в глаза, — мы уничтожили настоящее зло.
— Ты уничтожила, Кира, — говорит Митяй, — это был настоящий подвиг!
— Наша крутая рэмбо-сметанка, — скалится Тимур.
— Кила! Кила! — внезапно в палату влетает Марьяша, за ней следуют Маша и медведи.
— Привет, милая! — обнимаю девчушку, затем вопросительно смотрю на Машу.
Она вздыхает.
— Я никак не могла уложить ее на дневной сон. Марья требовала, чтобы мы отвезли ее к кисе. Вот киса… дальше что?
— Ты ж моя прелесть! — обнимаю улыбающуюся малышку. — Что такое?
— Беда! — выпаливает ангелочек и серьезно смотрит на меня.
— Какая беда? — все вместе напрягаемся.
— Не знаю, — вертит головой, — но знаю, фто ты долзна помось! Только ты, киса, смозесь его уговолить! Отвези меня!
— Куда?
— На кладбисе! — уверенно заявляет малявка.
Я окончательно теряю нить разговора.
— Куда?!
— На кладбисе! К лызему волку! Он стладает и пласет! Я долзна сказать… долзна! — малышка начинает плакать.
— Ладно! — выпаливаю. — Поехали на кладбище. Но с чего ты взяла, что Яр будет там?
— Я видела! — она берет меня за руку.
— Отвезете ее? — спрашивает Маша. — У меня запись на УЗИ. Пожалуйста!
— Ладно, — сжимаю крошечную ладошку.
Мы усаживаем Марью на заднее сиденье. Боря и Тимур размещаются на передних. Едем туда, куда сказала девочка. Честно говоря, это какой-то сюр.
Но мы едем. Потому что маленькая ведьмочка хочет поговорить с Яром, и чтобы я при этом присутствовала. Честно говоря, у меня сердце сжимается. Я чувствую вину за смерть Аси.
Это я ее не уберегла.
— Вон! — Боря паркуется у небольшого кладбища в лесу.
Альфы постарались, чтобы нам выделили кусок земли под наши захоронения. Ведь у оборотней свои традиции. Марьяша чуть ли не на ходу выскакивает и убегает.
Я рву когти за ней. Мои коты ставят машину и следуют за нами.
Дождь, который сначала лишь моросил, сейчас полил в полную силу. И сквозь стену холодных капель я вижу ярко-рыжие волосы. Яр…
Марья бежит, совершенно не боится. А вдруг он сошел с ума от потери истинной и навредит малышке? Нет! Это наш Яр. Он золото.
— Ял! — кричит Марья, мужчина оборачивается.
Я останавливаюсь и смотрю издалека, как девочка подходит и протягивает волку руку. Бесстрашная! Но Яр лишь тепло улыбается