— И что между вами было? — напряженно спрашивает Тим.
— Ничего. Постепенно я поняла, что он не моя пара и охладела. Но Кадир был слишком настойчив… и накануне моего отъезда пригласил меня в гости в свой дворец.
— Он обидел тебя? — спрашивает барс, а я поднимаю на него затравленный взгляд.
Борю не интересует, спала ли я с драконом. Ему важно, не обидели ли меня…, но почему? Ведь я подпорчена теперь…
— Обидел, это мягко сказано. Он подмешал мне что-то в вино. А потом я очнулась в его темнице, закованная в цепи.
— Еб твою… ублюдок, — Тим выпускает когти, проделывает дыру в меню.
Всхлипываю. Две салфетки уже разорваны на кусочки. Беру третью…
— Кира, — Боря аккуратно вытаскивает из моих пальцев салфетку, — оставь ты в покое эти бумажки. Дай лапку…
Он сжимает мою ладонь. И слова сами срываются с губ…
— Он меня изнасиловал. Много раз…
Слышу низкое рычание. Боря сильнее сжимает мою ладонь. В его глазах вижу лишь боль. И нежность.
— Бил… намеренно оставлял глубокие раны, которые потом заживали. Как он говорил: я оставляю их не на теле, а на душе, Кира. Глумился над моей верой в богиню. Смеялся, утверждая, что докажет мне бесполезность истинности…
Всхлипываю. Коты вдруг встают. Куда они?!
— Встань, сметанка, — говорит мне Боря.
Подчиняюсь, встаю. Коты обходят стол. Ну всё? Меня сейчас бросят?
Глава 7
Кира
Но вопреки всем страхам, Тим забирается на противоположный диванчик, где я сидела, затем хлопает по нему ладонью. Призывно облизывается. Он не зол? Не разочарован?
Я не понимаю…
— Садись, Кируська! — серьезно смотрит на меня, — просто мы хотим быть ближе… такой разговор важный…
— Ладно, — усаживаюсь, кот притягивает меня к себе, прижимается губами к виску.
По телу бегут сладкие мурашки. Я готова урчать даже от такого невинного жеста. Словно всю жизнь бродила в пустыне, изнывала от жажды, и теперь моя душа начала напитываться живительной влагой.
Любовью тех, для кого я была рождена.
— Так, подвиньтесь! — Боря плюхается рядом с краю, берет мою руку в свою, целует, — вот теперь можно общаться нормально. Чтобы наша сметанка с ванилью никуда не сбежала.
— И вам не противно? — тихо спрашиваю, — я ведь…
— Ты наша истинная, и, помимо этого, самая крутая и классная, умная, — начинает перечислять Борис, — и невинная. А этот ублюдок будет землю у меня жрать. Дракон он или еще кто… похуй! Я ему хлебало порву на сто частей.
— Ничтожество, насилующее девушек, — рычит Тим, — он не достоин даже одним воздухом с тобой дышать. Но малыш…
— Что? — с моего горло словно срывают удавку.
Становится легко дышать. Лёгкие раскрываются, я шумно выдыхаю, прикрывая глаза. Так хорошо!
А воздух… он кажется мне сладким, наполненным ванилью.
— Как ты всё это время молчала? Это же… слом, — хмыкает Тимур, — твоя психика наверняка сильно ранена.
— Да, — киваю, — поэтому я не верила, что Луна подарит мне истин… вас.
— Но мы здесь, а значит, ты прелесть, а дракон должен сдохнуть, — заявляет Боря, — но тебе нужно поговорить с… кем-нибудь. Родным человеком помимо нас. С сестрой…
— Или лучше со специалистом. Насилие не проходит бесследно, какой бы стойкой и сильной девочкой ты ни была. У меня есть контакты одного медведя, он первоклассный психолог.
— Спасибо, — шепчу, с трудом сдерживая слёзы, — вы такие… такие…
— Классные? — ухмыляется Борис.
— Крутые? — вторит ему Тим.
— Скромные, — смеюсь.
— Но нужно учесть, что этот араб будет пытаться забрать тебя у нас, — Боря закатывает рукава, — так что нужно собирать оборотней. Сообщить твоим альфам. Уверен, они поймут.
— Они думают, я себя накручиваю…, а Кадир ничем пока себя не проявил, — вздыхаю, — моя старательность сыграла против меня. Гриша и Наиль теперь уверены, что я параноик.
— Мы сами поговорим с Шаховым. Наиль там как, вылез из своего мёртвого леса? — смеется Тим.
— Да, вроде был на месте, — во мне просыпается аппетит, беру меню, — а что вы мне порекомендуете выбрать?
— Хмм, — хитро лыбится барс, — возьми… погодите-ка…
Он смотрит куда-то за забор. Оскаливается. Я чувствую, как Боря злится. Его эмоции передаются и мне. Сейчас их поток словно стал чище. Стена между нами рухнула…
— Опять она… — рычит, — рыжая сучка… следит.
— Ты её знаешь? — спрашивает Тимур, — я сегодня от этой стервы по яйцам схлопотал.
— ЧТО?! Ничего себе, — я в полном шоке, — а кто она такая? Вы в курсе?
— Сегодня вечером рыжая работает в нашем клубе, тогда я смогу её прижать, — невозмутимо заявляет Борис, мы с Тимуром окончательно теряем логическую нить.
— Ты её нанял?! — рычит мой пантер, — и меня не спросил?!
— Ты шлялся хуй знает где, — фыркает барс, — мне пришлось соображать на ходу. К тому же… держи друзей близко, а врагов…
— Почему вы решили, что она враг? — спрашиваю.
Выглядываю, вижу миниатюрную девушку с яркими рыжими волосами, сидящую на крутом мотоцикле. Она внимательно наблюдает за нами. Но почему-то агрессии не ощущаю.
— А чего она дерется? — фыркает мой пантер.
— Ну а ты как маленький, Тим, — хихикаю, — тебя какая-то девчонка побила?
— Девчонка-оборотень! — хнычет он, — между прочим, мои бубенчики полные и сильно пострадали! Мне нужна женская ласка! Кииирааа!
— Твои бубенцы приласкать? — выгибаю бровь.
— В идеале, — растягивается в похабной ухмылке, — но я не настаиваю. Мне бы хоть полежать с тобой рядом, уже радость…
Неужели я так сильно их расстраивала своими отказами? Вздыхаю. Ведь и сама сходила с ума…
— Но теперь, когда вы знаете… и не отвернулись от меня, — тихо говорю, — ведь мы можем попробовать, правда? Не обещаю, что быстро справлюсь, но…
— Не надо быстро, родная, — мурчит Боря, — мы больше давить не будем.
— Но сталкерить продолжим, — хихикает Тимур.
Они невероятно милые! Оба мужчины. Настоящие коты. Им просто невозможно отказать. Неужели я ошибалась и мне стоило просто рассказать им правду?
— А вы сегодня же… — начинаю.
— Да, да? — оба сжимают меня своими телами, а я чувствую сильное возбуждение.
Сжимаю ноги.
— У вас сегодня тусовка будет? — кусаю губы.
— Будет, — скалятся, ждут.
— Я могу прийти?
— Конечно, малышка. Не можешь, а обязательно приходи! Мы тебя приласкаем как следует, — ухмыляется Тимур.
Таращусь на него. Но не боюсь. Странно, мне всегда казалось, что после того, что я пережила, больше не смогу наслаждаться мужской лаской. Но эти коты уже под моей кожей. Их прикосновения сводят меня с ума. Хочу больше и больше.
— Луна… простила меня? — смотрю на них.
— Уверен, она на тебя не обижалась. Ты замечательная, Кируся, — улыбается Боря, — но нам стоит обсудить кое-что ещё…
— Что?
— Тебе нельзя домой. Если дракон так страшен, как ты