Тишина была такая плотная, что давила на барабанные перепонки. Я сделал глоток остывшего кофе, поднялся со стула и пошёл в ванную комнату, чтобы умыться. Только зашёл, как сразу услышал пение за стеной. Женское. Голос был мягкий, тонкий. Он не просто звучал — он ласкал слух, да чего уж там… казалось, обволакивал изнутри и скользил, как тёплая вода по коже. Меня даже передёрнуло от слишком реального ощущения этого голоса, как будто он прошёлся пальцами по позвоночнику.
Так, я впервые залип на ней.
На следующий день ловил себя на том, что жду. Когда она снова будет в ванной. Когда включит воду. Когда зазвучит. Абсурд, конечно, но я реально стоял и прислушивался как идиот. Даже ухом к стене прикладывался. Поймал её через несколько дней. Тогда у меня из рук выпал гель для душа и с грохотом ударился о дно ванны. Она замолчала сразу, и мне казалось, что виной тому — я.
В следующий раз её голос удалось услышать только через неделю. Я замер, боясь дышать, чтобы снова что-нибудь не уронить и не спугнуть её. И пока слушал, в голове сам собой начал складываться её образ. Брюнетка, с пухлыми губами и большими глазами. Волосы наверняка длинные. Улыбка широкая, а смех звонкий. А когда злится, то скорее выглядит забавно, чем угрожающе. Она любит музыку. Это очевидно. Возможно, читает женские романы о любви и обожает романтические комедии. А ещё мягкие напитки: латте, зелёный чай, а если алкоголь — то светлое вино.
Улыбнулся. И ещё больше захотел её увидеть. Вот только был нюанс.
Я с Ритой. Она с мужчиной, которого я видел пару раз и слышал через стенку. У нас были свои жизни.
Тогда зачем мне это было надо?
* * *
Просыпаюсь от громкого звона будильника, вырубаю его и сразу же ощущаю, что день будет… не ахти. Тупо серый. Три года, мать их, с Ритой, и последние месяцы я каждое утро встаю с ощущением, что кто-то открутил все винтики счастья. И выбросил, чтобы я не нашёл их, и не вкрутил обратно.
Вчера вечером снова поскандалили. Потому что приехал за ней, но дозвониться не смог. Подумал, что телефон оставила в раздевалке фитнес-центра. В итоге битых два часа прождал её на парковке, а оказалось, что мы каким-то образом разминулись и она уехала сама. В общем, сорвался на неё — могла ведь и позвонить или чиркнуть в мессенджер.
Задолбался… кровь до сих пор кипит, сил нет. И даже желание на примирительный секс отсутствует. Причём давно. И это мне совершенно не нравится.
Смотрю на Риту — спит под своим одеялом, отвернувшись к стене. А ведь ещё пару месяцев назад у нас было общее и спала она всегда лицом ко мне, либо на спине. Когда вообще у неё появилось это одеяло?
Вздыхаю, с какой-то вселенской усталостью поднимаюсь с кровати и плетусь в ванную. Быстро принимаю душ, бреюсь и, не завтракая, сваливаю на работу.
В офисе тоже всё идёт через жопу.
Захожу, как обычно, в восемь сорок три, и сразу иду на кухню. Хочу спокойно выпить кофе и разобрать почту до того, как коллеги начнут заполнять кабинеты. Но тут же появляется Анна Викторовна, наш юрист. С порога гаркает “Доброе утро!” и с папкой в руках надвигается на меня танком: губы поджаты, а взгляд такой, будто я с утра ей под дверь насрал.
— Семён, нам надо срочно пройтись по договору с “РиД Поставка”. Там есть нюансы…
Конечно, есть. У тебя всегда есть нюансы.
Я только киваю, хотя внутри уже поднимается что-то очень уставшее и очень матерное. Сидим над этим долбаным договором сорок минут. Слушаю, киваю, держусь. Она выводит меня на уровень “я больше никогда не хочу слышать человеческую речь”, но я всё ещё вежлив. Потому что работа.
Только эта стерва сваливает, как вваливается Павел Романович из бухгалтерии. Да чтоб его. Этот ещё более нудный.
— Семён, а почему у Тимошина сумма не сходится?
Я медленно поднимаю на него глаза, потому что сейчас любое резкое движение может закончиться убийством.
— Потому что у Бога сегодня выходной, и, видимо, его замещает сам Дьявол, Паша.
Он моргает. Пытается понять, шутка ли, это. А я даже не улыбаюсь. Просто смотрю и не моргаю, жду, пока он не начинает ёрзать и сам не находит ошибку. Извиняется. Уходит.
И так весь день.
Вечером возвращаюсь домой, ещё более унылым, чем днём. Прохожу в гостиную, и мне хватает секунды, чтобы понять: Рита на взводе.
Да я как бы тоже, милая!
— Привет, — говорю даже слишком спокойно.
— Привет, Осипов, — роняет она, не поднимая глаз от ноутбука.
— Оу… теперь называешь меня по фамилии?
— Не цепляйся, и без тебя настроение на дне, — отмахивается. Наклоняется ближе к экрану, словно ищет спасение там. От меня, судя по всему.
— Радует, что причина не во мне, но может, поделишься, что произошло? — подхожу ближе, останавливаюсь около дивана.
— Сём, ну не лезь, — кривит лицо в муках. — Иди отдохни, фильм посмотри, новости почитай… Тебе что заняться больше нечем?
Вот и вся любовь.
Состояние паршивое оттого что мы в каком-то тупике застряли. При этом на днях я собираюсь сделать ей сюрприз: хочу посетить вместе с ней отдел продаж одного из новых ЖК в хорошем районе, где есть парк, магазины, заведения. В общем, всё, что нужно для комфортной жизни. Посмотрим варианты квартир, условия и определимся с выбором. И надеюсь, как-то всё устаканится.
Почему-то сам не верю в свои планы.
Беру пачку сигарет — достаю одну. Щёлкаю зажигалкой. Пара затяжек. Плохая привычка — знаю.
Думаю. Думаю…
И тут слышу, что в соседней квартире тоже кто-то вышел. Затаиваю дыхание. Наблюдаю, как от сигареты, медленно тянется синеватый дым.
— Привет, — решаюсь поздороваться и тут же напрягаюсь всем телом в ожидании ответа. Надеюсь, это она.
— Пр… привет, — ОНА выдавливает почти шёпотом.
Улыбаюсь. Подаюсь немного вперёд, но всё, что могу разглядеть только её руки. Красивые, с тонкими длинными пальцами.
— Куришь? — спрашиваю её.
Мы не видим лиц друг друга из-за перегородки между балконами, но создаётся стойкое ощущение, что на её лице застыло недоумение.
— Нет, — отвечает