Признаюсь, я был среди тех, кто голосовал за доставку артефакта на Землю. Тогда я ещё верил, что наши смелость и решимость приведут человечество в новую эпоху. Помогут перешагнуть очередной рубеж и наконец-то дотянуться до звёзд. Наверное, я готов был даже рискнуть ради этого своей жизнью. Но вышло иначе, и на чашу весов легли жизни других людей.
* * *
— Капитан, что всё это значит? Почему программа автопилотирования была принудительно отключена? К тому же я не вижу метрики работы реактора.
Я с тревогой смотрел в глаза своего командира и по совместительству старого друга. И не видел там ни того, ни другого. Растерянность и неуверенность сквозили в его взгляде. Движения стали нервными и дёрганными. Будто был сам не свой.
— Ты же видел этот сон? — вдруг спросил он меня. — Тебе ведь он тоже приснился?
— О чём ты, Марк? Ты же знаешь, что мне никогда не снятся сны.
— Не лги мне! — его крик заставил меня вздрогнуть от неожиданности. — Мы все его видели! Я говорил с Габриэлем и с Элизой. И они точь-в-точь пересказали мой собственный сон! Хван тоже видел, но молчит. Но меня не проведёшь. Я заметил, как забегали его глаза, когда он услышал наш разговор.
— Марк, успокойся, — попытался его вразумить я. — У тебя паническая атака. Возможно, это проявление накопленного стресса или иных факторов. Мы так долго были в изоляции, что даже странно, что нам до сих пор удавалось сохранять спокойствие и баланс. Осталось каких-то два дня, и мы вернёмся домой. Однако ты знаешь протокол не хуже меня. В таких случаях, тебе необходимо передать управление кораблём помощнику. Давай я вызову Леру, чтобы она тебя осмотрела. Думаю, хорошая порция сна и пара её таблеток помогут тебе отдохнуть и…
— Ты разве не понимаешь⁈ — капитан Странника вновь повысил голос. — Мы везём на Землю нечто, погубившее тысячи миров!
— Подожди, не горячись. Если у тебя есть сомнения в правильности того, что мы делаем, то давай ещё раз обсудим это с Центром. Организуем брифинг. В конце концов, не мы принимаем решение…
— Они глупцы! Жаждут власти и силы! Они не откажутся от неё. Ведь они не видели того, что видели мы.
— Но что ты видел, Марк? Я говорю тебе правду, никакие сны меня не посещали.
— Подожди… Ведь была твоя смена дежурить. Получается… Получается, что ты и Лера не спали, когда нас посетило откровение. Выходит, она тоже могла не видеть, и не лгала мне. А я зря её… Не важно.
— Договаривай, Марк! Что ты с ней сделал?
Но капитан молчал, будто бы провалившись в свои собственные мысли.
— Это уже за гранью, — пробормотал я. — Я вынужден объявить Центру о твоей недееспособности.
— Связи нет, — его глаза снова смотрели на меня. — Я отключил модуль передачи данных. Как и автоматическое пилотирование и все искусственные ассистенты. Мы не будем садиться на Землю.
— Что⁈ И куда мы, по-твоему, должны отправиться⁈
— Космос большой. Тебе ли не знать об этом, Дэм. И чем дальше от дома окажутся наши обломки, тем лучше. Нужно подстраховаться и задать убегающий от Земли импульс.
— Ты сбрендил! — уже не боясь, что нас услышат, закричал я. — Передай мне управление, немедленно!
— Это уже ничего не изменит. Ты же знаешь, что твой реактор холодного синтеза нестабилен. Ты знал это ещё до старта. Сам показал мне этот изъян.
— О чём ты, чёрт возьми, говоришь⁈ — взъярился я. — Я раскрыл тебе все карты, и это ты уговорил меня не сообщать наверх о найденной ошибке, чтобы не тормозить полётную программу. Но, как бы то ни было, установка и двигатели работают стабильно, а после возвращения я смогу исправить оставшиеся недочёты. Вероятность бесконтрольной реакции минимальна, и мы оба знаем, как её не допустить.
Капитан снова молчал, но на этот раз его безмолвие пугало меня страшнее любых слов.
— Ты задействовал маневровые, не снижая мощность основного двигателя? — спросил я, слыша дрожь своего же голоса.
— И увеличил скорость вращения центрифуги для набора до 0,8g, — хладнокровно ответил он. — Ещё 7 минут назад реактор вышел на свою пиковую мощность. Перед отключением связи я отправил данные в Центр о выявленном дефекте. Думаю, это снимет все вопросы о нашем внезапном исчезновении.
— Что ты натворил… — я в растерянности стоял посреди капитанского мостика, пытаясь переварить услышанное.
— Прости, мне правда жаль, — тихим голосом сказал Марк. — Я знаю, сколько сил ты вложил в этот проект.
На секунду мне даже показалось, что он вновь стал прежним. Тем самым командиром и другом, с которым мы вместе делили одну мечту о покорении космоса.
— Но я не могу поступить иначе, — уже без эмоций добавил он. — Даже просто избавиться от груза будет недостаточно. Мы слишком долго с ним контактировали.
— Ты сошёл с ума. И артефакт тут не причём. Ты просто спятил.
Я на секунду зажмурился и постарался отбросить эмоции. Нужно было переключиться на решение конкретной задачи. Времени до выхода из строя энергетической установки осталось в обрез. А значит, необходимо срочно провести аварийную остановку основного реактора, перезапустить систему и подключить искусственного ассистента к управлению. И для всего этого мне нужен капитанский доступ. Вот только наш капитан явно одержим навязчивой идеей и впал из-за неё в безумие. Вряд ли он сообщит мне код доступа или отдаст карту-ключ. Но попытаться стоило.
Я со всей силы ударил кулаком ему в челюсть, и тот, не ожидая от меня таких действий, повалился без сознания на пол. Благо, гравитация, создаваемая вращением центрифуги, была существенно ниже привычной нам на Земле. Так что, падая затылком назад, он не проломил себе череп. Несмотря на случившееся я всё же ещё надеялся на хороший финал для всех нас.
Я спешно обшарил его карманы, но чипа не нашёл. Второй такой хранился у Леры, первого помощника капитана и по совместительству нашего врача. Я выскочил из рубки и помчался в сторону медицинского отсека, надеясь застать её там. И я её нашёл.
Мёртвое тело привалилось к стене, а одеревеневшие пальцы будто бы всё ещё пытались оторвать от шеи впившийся в неё медицинский жгут. Вот чёрт!