Ознакомительный фрагмент
в зеркальную гладь.Оттуда на меня смотрела самая заурядная девушка ничем не примечательной внешности.
Не красавица, но и не уродина.
Таких сотни, если не тысячи – в моем мире это могла бы быть моя подружка, или соседка, или однокурсница, продавщица в соседнем магазине или просто прохожая.
Обычная молодая девушка.
Такая же, какой была в своем мире я…
Единственное, чем я теперь могла похвастаться, были глаза.
Глубокие, карие, они переливались теплыми оттенками шоколада и жженой карамели, вспыхивали золотистыми искрами. А тонкое темное кольцо, как обводка по краю радужки, делало этот взгляд таинственным и почти бездонным.
За неимением расчески, я провела по своим влажным прядям пятерней, привыкая к новой длине.
Привыкая к новой себе.
Хотя, особо крутиться перед зеркалом времени не было.
Вода заканчивалась, а мне еще нужно было позаботиться о многом…
ГЛАВА 9
О более прозаичном, так сказать.
Например, о вещах.
О том, чтобы привести в порядок то, что осталось от блузки, и речи не было. Уинфорд ее уничтожил.
Вооружившись все тем же хвойным мылом, я постаралась отстирать форменную юбку и жакет.
У высококровных драконов первого кластера форма была под цвет драгоценной крови – синяя, зеленая или изумрудная. Хорошие лекала, дорогие ткани, пуговицы, украшения вроде брошек или булавок с сапфирами, бриллиантами и изумрудами…
«Стекляшки» второго, к которым относилась и я, носили серую, попроще. Дешевое сукно, немодный мешковатый фасон…
И отстирываться эта грубая ткань не хотела ни в какую!
Я сделала все, что могла, но подозревала – после того, как высохнет, вид моя форма будет иметь весьма плачевный.
За неимением другой чистой одежды, я натянула на себя коричневое приютское платье – единственное, что было у Тесс помимо формы, и занялась башмаками.
Их тоже надо было как следует отмыть.
Я почти закончила, когда в предбаннике раздался звук открываемой жетоном двери и веселые звонкие голоса.
Это были три девушки в серой форме из «стеклянных». Две из них были очень похожи между собой – наверное, сестры.
Едва завидев меня, отмывающую свою обувь, девушки сморщили носики.
– И что это прислуга делает в помывальной второго кластера? – проговорила одна из них.
– Вообще-то, у слуг своя лакейская в Хозяйственной башне, и помывальня у них там тоже своя, – подтвердила другая.
Нда-уж, гонору у этих девок даже больше, чем у высококровных!
– Хорошо-хорошо, я уже пошла в лакейскую. Только советую вам тут все после меня продезинфицировать, а то мало ли, что подхватить можно? – и, собрав свои вещички, я собралась отчалить из душевой.
На лицах «стекляшек» отразился священный ужас.
Страшилка о том, что «желтая» кровь Тессы может быть заразной, витала среди курсантов.
– Эй ты, прислуга! Ну-ка, стой! Почисть тут все после себя! – неуверенно скомандовала одна из дракайн. – Всю помывальную и предбанник чтобы отмыла!
– Комендант Хозяйственной башни Старховяк сказала, что курсанты не имеют права мне приказывать. Лишь только офицерский состав.
С этими словами я быстренько покинула помывальную, пока они не опомнились.
К Старховяк эти мерзкие драконши жаловаться точно не пойдут – курсанты ее побаивались.
А значит, кажется, кто-то сегодня останется без банных процедур.
Что-то подсказывало мне, что пользоваться помывальней после «третьесортной» девчули побрезгуют.
Сжимая в руке жетон, я отправилась в Кухмистерскую башню – там была огромная кухня, а так же столовая, продуктовая лавка и роскошная ресторация на верхнем этаже.
Самым сливкам из местных курсантов еду оттуда доставляли прямо в покои.
Чувствуя, как насквозь мокрые башмаки неприятно хлюпают при ходьбе и леденят ноги, я шла по галерее, соединяющей Курсантскую и Кухмистерскую башни.
К сожалению, сменной обуви у Тессы не было – лишь только одни эти страшные ботинки, валяние в грязи и последующее натирание хвойным мылом для которых, кажется, стало роковым.
На левом вообще подошва держалась на честном слове.
Нужно вообще разобраться, что у меня с финансами – сколько империалов на жетоне.
Я потерла железный прямоугольник и на нем высветилась цифра десять.
Интересно, на новые ботинки хватит или нет?
Но сначала – горячий чай, чай, мой чаек!
Он поможет мне окончательно принять эту, будем откровенны, ужасную реальность.
Как же я о нем мечтала!
Горячем, ароматном, душистом… Непременно в большой толстой кружке, о которую можно будет погреть ладони.
Потому что после грязевых процедур и купания в холодной воде, кажется, я вся промерзла насквозь.
Желудок, кстати, тоже дал о себе знать – под ложечкой уже начинало посасывать.
Вот бы еще к горячему чаю с сахаром еще бутерброд! Толстенный кусок батона, а на него не менее толстенный кругляш докторской колбаски.
А если на все это еще и сыр, тогда я почувствую себя счастливой, несмотря ни на что!
Столовая оказалась закрыта, а вот цены в продуктовой лавке меня неприятно поразили.
Оказалось, что крошечная чашечка чая стоила целых три империала. А маленький кусочек хлеба с не менее крошечным тонюсеньким кусочком ветчины на нем и вовсе стоил пять империалов!
Пять! Половина того, что было у меня на жетоне!
Поэтому я решила скромно попить кипяточка без заварки, который обошелся мне в половину империала.
Мечту о большом бутерброде пришлось оставить.
Завтра откроется столовая, а там цены дешевле, чем здесь. Вот завтра и поем, и чаю напьюсь.
Выйдя на галерею и выбрав местечко потише, я устроилась прямо на широком подоконнике, и сделала то, чего так сильно хотела.
Сжала пальцами бумажный стакан, грея об него дрожащие руки.
И пусть там не чай, а всего лишь кипяток, зато порция гораздо больше, чем тот наперсток, который предлагалось купить за целых три империала.
За окном сгущались сумерки – дождь барабанил в стекло, а ветер рвал полотна на флагштоках во дворе чести и раскачивал верхушки сосен.
Там, за ними виднелась кромка непокойной, темной воды.
Академия была расположена на острове в самом сердце Драковии – великолепного города драконов-завоевателей, что прилетели из-за Мутного моря…
А ректор Лейтон Уинфорд – прямой потомок этих завоевателей.
При мысли о нем меня охватили двойственные чувства – с одной стороны дикая ненависть, которая была чисто моей. А с другой – снова дурацкий, млеющий восторг бывшей хозяйки тела.
Как же она на него реагировала!
Я поспешила как можно скорее вернуться мыслями от сукина сына к своему положению.
Которое, по правде говоря, было довольно бедственным.
То, что проклятые драконы будут продолжать издеваться, ясно, как белый день.
Нищенка из приюта для них вроде развлечения,