Одна проблема: после слов декана лекарей к упрямству и непреклонности Анабель добавилось ещё и чувство ревности. И я понял, что окончательно проиграл эту битву. Даже если я расскажу всем правду и, используя своё положение, заставлю ректора не принять Бель в академию, то лишь поругаюсь с возлюбленной и разрушу наши отношения.
— Может, всё-таки не боевой? Политический вот тоже неплох, набранные вами баллы по предметам говорят о том, что вы прекрасно туда впишетесь, — предпринял я последнюю попытку.
— Действительно. Почему бы и нет. Буду шпионкой! Вот и знания языков пригодятся, — съязвила невеста. Злость и обида кипели в ней.
— Какой ещё шпионкой! — я, кажется, даже прикрикнул. Эта альтернатива нравилась мне ещё меньше. Хотя в чём-то она права: с такой подготовкой и «любовью» моих высокопоставленных родственников это вполне вероятное развитие событий.
— Так, хватит! Что за балаган вы тут устроили! Кон Элло, занимайся своими студентами, а к моим не лезь! — жёстко прервал нас Шэффер. Кажется, ему надоели наши с Анабель пререкания настолько, что самообладание ему изменило. — Студентка де Элло, вы приняты на боевой немагический факультет, если, конечно, ректор не против.
— Не против. Добро пожаловать. Обучение начнётся через две недели, но советую прибыть на несколько дней раньше, чтобы получить форму, учебники и всё необходимое для занятий. На время обучения вам предоставляется комната в общежитии. Посещение дома и родных разрешено на выходных и каникулах. Желаю успехов в учёбе, — заученно проговорил ректор.
Анабель, всё ещё злая, но довольная, резко встала и, вежливо попрощавшись со всеми, вышла из кабинета. А у меня оставалась ещё крошечная надежда, что дома мы с ней всё обсудим и мне удастся её переубедить.
Глава 2
Анабель
Конечно же, я понимала, что Рен узнает о моём поступлении и будет против, но всё равно оказалась морально не готова к этому. Мне совершенно не хотелось ругаться. Тем не менее, я была уверена в своём решении и не планировала отступать. Когда я увидела результаты вступительных экзаменов, в груди горела гордость за саму себя и крошечная надежда, что жених будет так же горд мной.
И всё же, вместо восхищения я встретила сопротивление. Что ж, ожидаемо. Я полгода планировала своё поступление и тщательно готовилась не только к экзаменам, но и к возможным реакциям Рена, мысленно выстраивая ответную стратегию. Когда же пришёл день икс, все мои настроенные планы полетели в одно, не самое приятное место. Вместо того чтобы держаться намеченной тактики, я могла лишь злиться и огрызаться.
Когда я пришла домой, то была уже совсем на грани. Его реакция и деспотично-пренебрежительные высказывания раздражали. Но даже не это злило больше всего. Больше всего меня вывела из себя фраза декана лекарского факультета, доброй, но прямолинейной Риты Владимиры о том, что Рен набрал более половины курса девушек в этом году.
«Так значит, меня запер дома, а сам там будет с боевичками кокетничать и флиртовать. Наверняка большинство из них — аристократки с прекрасной родословной, такие, что вполне одобрит его отец. Ну да, зачем ему в таком случае невеста, которая будет мешаться под ногами. Проще запереть её дома, бесправную, без титула и образования, так легче будет управлять ею и ходить „налево“. Ну уж нет, пусть ищет другую дурочку, а я займусь обучением и карьерой, чтобы мной не помыкали».
В общем, если до разговора с деканами я думала, как бы поступить в академию и не поругаться при этом с женихом, то сейчас накрутила себя настолько, что готова была отказаться от свадьбы вовсе.
— Анабель, давай поговорим, — сказал Рен, переступая порог дома.
— О чём? — За те два часа, что он отсутствовал, я не то чтобы не успокоилась, я начала ещё больше злиться. Если бы у меня была магия, то наверняка сейчас весь дом горел бы от моих эмоций.
— Выслушай меня. Я ведь не просто так не хочу, чтобы ты училась в военной академии…
— О да, конечно! Не просто так, естественно! Женщинам ведь не место на боевом факультете! Я поняла твою логику. Можешь не продолжать! — Кажется, я сорвалась на крик. Но внутри у меня всё кипело. Разговаривать спокойно не получалось.
— Анабель! — прикрикнул Рен. — Послушай меня!
— Нет! Это ты меня послушай! — Наверняка он думал, что если повысит голос, то я успокоюсь, как это было в детстве. Но я давно уже не маленькая и кричать тоже прекрасно умею. Да и он уже не мой учитель, а мой жених, так что нечего повышать на меня голос. — Я приняла решение. Хочу учиться. Я поступила, в конце концов! Если ты не хочешь, чтобы твоя невеста училась в академии, где ты преподаёшь, если это унижает твой статус или, возможно, я тебе мешаю, то не проблема, можешь отменить свадьбу! Только не ставь мне палки в колеса. Одинокой девушке без родословной, знаешь ли, не так просто устроиться в нашем мире.
— Вот как… — Голос Рена был спокойный, но такой холодно-твёрдый, что им можно было резать сталь. Он сузил глаза, поджал губы, что говорило о высшей степени злости. Зная его, можно было понять, что он едва держал себя в руках. — Значит, хочешь разорвать помолвку? Прекрасно, если это твоё решение…
— Ты, как всегда, из всего сказанного услышал лишь одну фразу! Продолжать этот разговор, пожалуй, бессмысленно. Поговорим тогда, когда оба успокоимся. Я устала, спать хочу, — резко развернулась и ушла в комнату.
Весь