Неожиданно дверь моей комнаты открывается и я насколько могу, быстро натягиваю лямку обратно.
— Эй, что ты тут делаешь? — спрашивает Костя, ни капли не смущаясь того, что мог увидеть меня голой.
— Тебя не учили стучать?
Я начинаю злиться, но сжимаю кулачки, чтобы прогнать это пожирающее чувство внутри всего моего тела.
— А что я там могу увидеть? — фыркает он, давая мне понять, что он понял, чем я здесь занималась. — Ты плоская, как доска.
Раньше на двери был замок и Костя не мог ко мне заходить, но отец решил все снять. И теперь брат надо мной издевается, может даже ночью заявиться и начать болтать.
Нет, не болтать, а выискивать повод, чтобы со мной поругаться.
— Кость, — произношу его имя с натянутой, отрепетированной сценической улыбкой. — Ты что-то от меня хотел?
— Да вот зашёл спросить будешь ли ты пиво с чипсами? — спрашивает он, показывая мне то, что держит в руках. — Ах, да, забыл, что тебе нельзя! Какая жалость…
Алкоголь мне противопоказан, хотя я хотела бы его попробовать.
Мама говорит, что у меня с детства аллергия от красители и добавки, которые находятся в газировках. Я бы попробовала настоящего вина, но мне только недавно исполнилось восемнадцать, а мама своё хранит в подвале под замком.
— Ты ночуешь дома? Твои друзья разве по тебе не соскучились?
Решаю его поддеть в ответ, зная как сильно он хочет пойти тусоваться со своими тупорылыми дружками.
— Очень смешно. Ты же знаешь, что нам нельзя выходить из дома без сопровождения, — чуть ли не плачет он, падая задницей на мою белоснежную постель, которую я только поменяла. — Блять. Когда это уже закончится? Меня Светка из-за этого бросила.
— Мне больше нравилась твоя прошлая девушка.
Лада. Прикольная была девчонка. Хорошая.
— Нахрен мне та, что связалась с зэком, так ещё и с отцом своей матери.
Костя делает большой глоток из бутылки и капли попадают ему на руки, которые он вытирает о постельное белье.
Замечательно. Меня сейчас стошнит от возмущения.
— Не удивительно, что тебя все бросают. Ты слишком плохо отзываешься о людях, — говорю как думаю, и не понимаю откуда в нем столько ненависти к людям. — Я уверена, что Лада встретила свою настоящую любовь.
— Пф. Ты это сейчас серьезно? Ты правда веришь в подобную чушь?
Да, да, да! Несомненно она есть, я читала… Жаль пока не видела в жизни. Отец с мамой плохой пример, все мы знаем, что он ей постоянно изменяет, а она терпит из-за денег.
— Да. Я верю. И я встречу своего человека.
— Ну да, — посмеивается он надо мной. — Слышал, как отец разговаривает с Кузнецовым, он важный политик, вот его сын вернулся из заграницы, говорят такой урод, он учился в нашей школе на три года старше, может ты помнишь. Думаю, что вот она твоя любовь.
Витю Кузнецова сложно забыть. Учителя до сих пор приводят его в плохой пример. Настоящий придурок, каких только свет видал. Он издевался над учителями, одноклассниками, даже уборщицами. Кажется он приставал к маленьким девочкам, но это слухи. Я до сих пор помню, как одному парню он разбил голову дверью от кабинета физики.
— Я не выйду замуж за нелюбимого. Уж лучше смерть.
Не за него уж точно. Никогда!
— Арин, в кого ты такая недалёкая? — продолжает смеяться Костя. — Хочешь сдохнуть, поднимись на крышу, но не прыгай со своего балкона, станешь инвалидкой.
Не понимаю, что девушки в моем брате находят.
Ну да, он красивый, но характер, мягко говоря, не сахар.
Хотя вспомнив то время, когда он приводил Ладу в гости, его словно подменяли, он отлично играл роль хорошего парня.
Это у него в маму. Она может кричать, оскорблять, даже ударить может по лицу, а уже через минуту мило общаться со своими подружками, рассказывая, какая я у неё замечательная.
— Мне наскучил наш разговор. Оставишь меня, я готовлюсь ко сну, — даю ему понять, что ему нужно уйти. — И впредь, пожалуйста, перед тем, как зайти в следующий раз, стучи в дверь.
Костя даже глазом не моргнул. Ему плевать на мою просьбу, он продолжает пить и кушать чипсы на моей кровати.
— Слушай, а ты вот прям ни с кем ни разу? Даже не сослалась? — задаёт он смущающий меня вопрос. — А себя то хоть трогала? Хотя наверное только этим ты и занимаешься, когда ложишься спать.
Вздрагиваю. И чувствую, как щеки начинают гореть.
Было немножко… Пока меня не увидела мама, которая хорошенько мне надавала по рукам.
Встаю со своего кресла и подхожу к Косте, указываю ему рукой на выход.
— Варшавский, я пожалуюсь отцу, если ты немедленно не покинешь мою комнату.
Моя угроза на удивление работает. Он правда поднимается с места, запрокидывает голову, чтобы до конца допить своё пиво, а затем всучивает мне в руки пустую банку.
— Отцу сейчас не до тебя. Ходят слухи, что Камиль вернулся, — говорит он, вытирая рот рукой.
Проходит несколько секунд, пока до меня доходят его слова, но Костя уже почти вышел из комнаты.
— Погоди! — вскрикиваю я. — Что ты сказал?
Сердце набирает нешуточные обороты.
Камиль… Он правда вернулся?
— Говорю этот урод вроде как в городе, уже кого-то замочил. Хорошо, что отец сделал так, чтобы его больше не было в нашей жизни, — произносит брат с ненавистью в голосе. — Он всегда меня раздражал. Приходил сюда чуть ли не каждый день, пытался меня чему-то обучить, но мне не интересно, как пользоваться пушкой или же кидать ножи в стену, — жалуется он, хотя это же Камиль. А мне лично нравились их занятия, я всегда любила наблюдать, хотя мечтала попробовать, но мне было нельзя. — О, а ещё говорят, что он хочет перерезать всех нас, поэтому приятных тебе снов, моя дорогая сестрица.
Глава 4
— Чушь какая… — бурчу себе под нос.
Нет, это не может быть правдой, что Камиль вернулся. Это только слухи, не подтверждённые фактами, не больше. Вообще я слышала о нем достаточно много всяких плохих вещей. Ужасных. Таких от которых бросает в дрожь. Говорят, что он настоящий убийца.
Кажется он покинул город из-за моего отца, они сильно поругались и тот улетел куда-то в Сирию, чтобы избежать правосудия. Что конкретно случилось мне никто не сказал.
Я не хотела в это верить. Он не такой!
Камиль ещё тогда был моим идеалом и