— Она наверху. — Сообщил мне Глеб, не успела я открыть рот.
Ничего не говоря, я побежала наверх, Соболев последовал за мной. Я без труда нашла комнату, из которой доносился плач моей крошки, и тут же вбежала туда.
Женщина, по-видимому, Наталья Ивановна, качала Еву на руках, но так всё равно плакала, не желая успокаиваться.
Подойдя к ним, Глеб взял девочку на руки и подошёл ко мне.
— Маленькая моя, доченька. — Прошептала я, забирая дочку у Глеба. — Родная моя, любимая, как же я по тебе скучала. — Я аккуратно поцеловала её в маленький носик.
Услышав мой голос, Ева тут же замолчала, пытаясь сфокусировать на мне взгляд. Но пока у неё это ещё не очень хорошо получается. А вот на голос она отреагировала, перестала плакать. А когда я поцеловала её, Ева тут же сморщила свой носик.
— Красавица моя, Евочка, доченька. — Я села с ней на кровать, продолжая нашёптывать тёплые слова.
— Оставьте нас. — Попросил Глеб.
Ничего не ответив, женщина вышла, закрыв за собой дверь. Так мы в комнате остались втроём.
— Надо же, как она тебя чувствует. — Удивился Соболев, — только ты её взяла, и она перестала плакать. Раньше только мне удавалось её успокоить.
— Так она чувствует, что вы её папа, вот и успокаивается у вас. Да моя, родная, доченька. — Я снова поцеловала её, и горячая слеза из моих глаз тут же упала на её лобик. — Как же долго я ждала встречи с тобой. — Прошептала я ей.
— Всего пять дней. — Опроверг мои слова Соболев.
— Эта целая вечность. — Ответила я и прижала дочку к себе.
За то время, как я выписалась из роддома, у меня так и не пропало молоко. Напротив, оно только прибывало. И сейчас, когда я взяла дочку на руки, у меня возникло непреодолимое желание покормить её. И дочка, словно читая мои мысли, тут же начала капризничать.
— Наверное, кушать хочет. — Тут же предположил Глеб. — Сейчас я скажу Наталье Ивановне, чтобы она приготовила ей смесь.
— Можно я сама её покормлю? — спросила я.
— Да, конечно. Сейчас она принесёт и покормишь. — Не понял он.
— Нет, не смесью. — Ответила я.
— А, ну, ладно. — Засуетился он. — Тогда я выйду. Зайду чуть позже, чтобы всё тебе показать.
Как только Глеб вышел, я сходила в ванную, а затем приложила дочку к груди. И малышка, тут же принялась за трапезу, словно у неё уже был в этом опыт.
— Я тебя теперь никогда никому не отдам. — Гладя её по головке, прошептала я. — Доченька моя, родная.
Вдоволь накушавшись, Ева тут же уснула. Я ещё какое-то время покачала её на руках и лишь, потом положила в кроватку.
— Извините, — тихо постучав, а затем, открыв дверь, сказала няня, — вас Глеб Николаевич просил спуститься, как только вы освободитесь. А за Евой я присмотрю.
— Хорошо, спасибо. — Ответила я.
Мне очень не хотелось расставаться с дочкой ни на мгновение. Но я искренне надеялась, что Глеб нас с ней больше не разлучит. И если до меня ему действительно нет никакого дела, то дочке он точно боль причинять не будет.
— Вы просили меня прийти. — Обратилась я к Соболеву, который сидел за столом на кухне, погружённый в свои мысли.
— А, да. — Очнувшись будто ото сна, ответил он. — Чтобы у нас с тобой не было друг к другу никаких претензий, не было недомолвок, я хочу обсудить правила нашего совместного проживания.
— Прямо сейчас? — удивилась я.
— Хочешь, давай, когда переедем в тот дом. — Предложил он.
— Глеб, я понимаю, что я последний человек, с которым бы вы хотели жить под одной крышей. Но так сложились обстоятельства. Поэтому можете не переживать на вас и вашу жизнь я покушаться не буду. Для меня в этой ситуации главное дочь. — Высказала я своё мнение.
— Я рад, что ты всё понимаешь. — Ответил на мои слова Глеб.
— Да и ещё, спасибо, что позволили сыну быть рядом со мной. И что не поставили меня перед выбором между сыном и дочкой. — Вновь поблагодарила его я.
— А разве можно выбрать? — зачем-то спросил он.
— Нет, нельзя. — Не медля ответила я.
— Ладно, — он встал из-за стола, — садись, поешь, наверняка голодная. А тебе теперь дочку кормить. Еда горячая на плите.
И больше ничего не сказав, просто вышел из кухни, оставив меня одну.
Глава 54
Карина
Прошло уже три недели, как мы с Ваней живём у Соболева в доме. И как бы странно это не звучало, это самые счастливые три недели в моей жизни. Потому что со мной рядом мои дети. Мой сыночек и малышка дочка. У них всё хорошо, они здоровы и это самое главное.
Несмотря на то, что Глеб старается всячески избегать моего общества, он не препятствует моему общению ни с подругами, ни с Антониной Викторовной. Более того, он сам периодически привозит к нам мою свекровь и Зою.
Вот и сейчас, пока Глеб был на работе, Ваня в детском саду, а Ева тихо спала в коляске, мы сидели на веранде с девчонками, пили чай и мило беседовали.
— Ты уже думала, как будешь отмечать день рождения Вани? — поинтересовалась Зоя.
— Если честно, то нет. Наверное, испеку торт, и отметим все вместе в семейном кругу. Я, вы и Антонина Викторовна. — Ответила я.
— А Соболев? — тут же поинтересовалась Римма.
— А что Соболев? — удивилась я.
— Его будешь приглашать? — уточнила подруга.
— Ну, если что это я живу в его доме, а не он в моём. — Ответила я.
— Ну и что, праздник-то ваш. — Поддержала её Зоя. — Вообще как у вас?
— Что как у нас? — не поняла я.
— Ну как у вас складываются отношения? Он оказывает тебе какие-нибудь знаки внимания? — недвусмысленно намекнула Зоя.
— Зой, какие знаки внимания? Ты о чём? — засмеялась я. — Да он всеми возможными способами пытается не пересекаться со мной. Мы с ним встречаемся, только когда он к дочке приходит. Гулять с ней старается один, придумывая разные причины. Забирает к себе в комнату, если хочет побыть с ней. А если он в детской и я захожу, то он целует Еву и уходит. Мне вообще кажется, что он моё общество с трудом терпит.
— Но, тем не менее, делает всё для вас. — Заметила Римма. — Ваню возит в детский сад и забирает. Зою и Антонину Викторовну привозит. Мне кажется, что он избегает тебя, потому что ты ему не безразлична.
— Римм, прекрати выдумывать. — Одёрнула я её. — Глупости всё это.
— А вот и не глупости. — Поддержала