Значит, просто перемахнуть через забор не получится. Блокираторы сработают как система сигнализации и тут же привлекут к нам внимание. Ключи дворецкого избавили бы от этой проблемы, а без них не только не проникнуть в подземелье, но и в поместье не попасть.
— Пётр? — уже чувствуя, что и возле второго служебного входа расставлены ловушки, спросил я.
— То же самое, — ответил Юсупов.
— А внутри поместья? — переживая за дознавателя, спросил я, представив, как в ответственный момент маскировка Окорокова слетает.
— Внутри всё должно работать, — успокоил меня Пётр, — иначе невозможно будет провести ритуал.
[До ритуала осталось 2 часа 55 минут] — насмешкой всплыло новое сообщение от системы.
Мозг лихорадочно работал в поисках решения. Интерфейс продолжал сканировать карту, изучая подземные коммуникации и отмечая соседние поместья. Усадьба Лопухиных, усадьба Долгоруких.
Однако никаких подземных сооружений, похожих на те, что были в моём мире, «Метро-2», или другого подземного бункера, или даже простого коллектора, который шёл внутрь здания, я так и не обнаружил.
Кинул взгляд на парней, охранявших главный вход. Четыре здоровяка с невозмутимыми лицами и тупыми немигающими глазами стояли словно каменные големы. Пройти мимо таких, не подняв тревогу, просто невозможно, если только у тебя нет пригласительного или ты не обслуживающий персонал.
— Ну? — спросил Саня, поглядывая на меня. — И что у нас есть?
Я непонимающе уставился на друга.
— В смысле?
— Ты сказал, что будем использовать то, что у нас есть. Так что это? — продолжал задавать вопросы виконт.
— Да нет у нас ничего, кроме этого дурацкого фургона, наполненного цветочными луковицами, — в раздражении буркнул я и завис от неожиданно пришедшей в голову идеи.
Интерфейс тут же подхватил мои мысли и выдал свой вердикт.
[Вероятность успеха 73 %]
— Саня, ты гений, — обрадованно воскликнул я, уже вскрывая первую коробку с луковицами.
— Мне, конечно, очень приятно, но ты не мог бы пояснить? — улыбнулся Аверин, ринувшись помогать.
В ответ я кивнул и схватил «мобильник», почти выкрикивая:
— Илюха, Пётр, есть идея.
* * *
Чуть меньше двух часов я провозился с луковицами, превращая ушедшие в спячку растения в цветущие тюльпаны. Теперь наш фургон был битком набит цветами всех оттенков — от алого до лилового. Аромат стоял такой густой, что кружилась голова. Это был наш троянский конь.
[До ритуала 1 час 10 минут]
Я взглянул на таймер интерфейса, сворачивая к служебному входу усадьбы Голицыных со стороны храма Христа Спасителя.
— Саша, твой выход, — произнёс я, и виконт, подхватив пустую бумажку, выпрыгнул из фургона, подзывая к себе ближайшего охранника.
Разговор был недолгим. Аверин что-то быстро говорил, старательно помахивая перед носом ошеломлённого стражника чистым листом.
— А ему точно нужна эта бумажка? — с интересом следя за виконтом, уточнил Илья.
— Саша может обойтись и без неё, — ответил Пётр, — но убедить охранника, что в руке накладная на доставку, с пустым листом проще, чем с пустой ладонью.
Наконец ворота беззвучно распахнулись, пропуская нас внутрь.
— Фух. Я первый раз в жизни использую руну «Слепого подчинения», — устало плюхнувшись на заднее сиденье, произнёс Саша. — Не знаю, смогу ли её использовать во второй раз.
— А почему мы сразу не прошли через главный вход? — недовольно отодвигая листья тюльпанов от лица, так и норовившие ткнуть в нос, спросил Илья. — Просто показали бы пустые пригласительные — и дело с концом. К чему такие трудности?
— На магический артефакт, что проверял подлинность пригласительных, Сашины способности не подействовали бы, — спокойным голосом ответил Юсупов. — К тому же, — он кивнул в сторону служебных построек, — этот путь ведёт прямо к хозяйственным помещениям. А оттуда, через кухню или кладовые, в подвал пройти проще, чем через парадные залы, полные гостей.
Я кивнул, паркуясь рядом с отдыхавшей на улице челядью. Пётр был прав. Наш «маскарад» оказался единственной работающей тактикой в данных условиях. Мы наконец остановились у массивной двери, ведущей, судя по вывеске, в хозблок.
Навстречу выбежал мужчина средних лет с растрёпанными волосами и рассеянным взглядом. Виконт снова схватил бумагу, бросившись к нему. Сначала мужчина недоумённо смотрел на Сашу, но уже через секунду взгляд прояснился, и он с облегчением произнёс:
— Ну наконец-то! Сколько можно вас ждать? Давайте скорее.
Мужчина подозвал двух крепких ребят, и они начали разгружать фургон, относя цветы внутрь здания.
— Теперь я буду бояться менталистов, — обращаясь к Сане, произнёс Муром, — опасные вы ребята.
Виконт в ответ слабо улыбнулся, вытирая со лба проступивший пот.
Мы подхватили коробки, делая вид, что помогаем разгружать привезённый товар, и направились в сторону двухэтажного здания, откуда доносилась ритмичная музыка и смех. Служебный вход оказался узким коридором, в котором с трудом могли разойтись два человека.
Пётр накинул на нас четверых «Купол невидимости», и мы двинулись дальше, пройдя незамеченными мимо кухни, где повара в белых колпаках орали друг на друга. Проскользнули мимо кладовок и наконец упёрлись в массивную дверь, ведущую в бальный зал.
Я приоткрыл дверь. Сквозь щель стало видно ослепительный свет люстр, мелькание шелков и фраков. Изящные пары кружились в ритме вальса, выписывая затейливые па и сменяя друг друга.
Улыбнулся, заметив танцующую с Евгением Титовым пухляшку. На лице княжича блуждала счастливая улыбка.
— Ну хоть кому-то сейчас хорошо, — произнёс Пётр, заглядывая мне через плечо и наблюдая, как Женя увлекает за собой Окорокова в платье.
Я кивнул, вдруг наткнувшись взглядом на Анну. Она замерла возле колонны, облокотившись на холодный мрамор.
Неподалёку стоял Распутин, держа в руках хрустальный бокал с игристым. Мужчина был окружён сразу пятью барышнями. Высокий, подтянутый, с безупречной военной выправкой. Настоящий островок спокойствия.
Он довольно улыбался, развлекая слабый пол и увлечённо жестикулируя. Девушки весело хихикали, пытаясь привлечь к себе внимание.
А вот Трубецкая… Анна, казалось, вообще не замечала происходящего вокруг. Она смотрела прямо на портьеру, прикрывающую дверь, которая отделяла служебное помещение, будто знала, что мы там.
— Анна опасна. Она видит людей как ресурсы и вероятности, — услышал я голос Аверина прямо у себя над ухом.
— А Распутин? — шёпотом спросил я, не отводя взгляда от девушки.
— Он… — Саня замер, его лицо исказилось от усилия. — Странно, я его почти не чувствую. Почти так же, как и тебя.
[До ритуала 0 часов 27 минут 12 секунд] — выводя меня из задумчивости, мигнул интерфейс.
Нужно спешить. Открыл перед глазами схему имения Голицыных. Задал направление, и интерфейс тут же проложил путь, ведущий к подземному помещению прямо под статуей «Стража».
— Пётр, — обратился я к другу, глядя как двое княжичей из новых родов направляются