— Это он? — спрашивает подруга. — Это твой врач?
— Нет, — качаю я головой.
— Странно. Но именно этот мужчина Антон Павлович Веснин. Других докторов с таким именем в нашем городе нет. Значит твоего деверя навещает самозванец. Осталось выяснить, кто устроил этот спектакль.
Глава 4
Я кое-как описываю внешность лже доктора подруге. Она фиксирует все на телефон и прощается со мной. Мы как раз подъехали к ее дому.
Машу ей вслед и выезжаю со двора. Пора возвращаться домой. Удивительно, что мне до сих пор никто не звонит. Неужели Давид до сих пор не вернулся?
Но едва я подъезжаю к загородному коттеджу Кира, как понимаю, что мой муж уже дома. Глушу мотор и выбираюсь из машины. Вхожу внутрь и замираю, прислушиваясь.
— Где ее черти носят? — доносится из столовой голос Давида. — Она хоть врача встретила?
— Встретила, — отвечает свекровь. — А потом твоя безалаберная женушка, куда-то уехала. Даже не отпросилась у меня. Никакого уважения к матери мужа… Вот сразу же поняла, что она с тобой ради денег.
— Я бы согласился, — усмехается мой муж. — Но когда мы поженились, у меня не было этих самых денег.
— Ну и что? — шипит свекровь. — Но теперь они у тебя есть. И ты должен найти кого-то более достойного. Не эту твою малолетку в короткой юбочке. А нормальную женщину! Но не сейчас. Киру нравится твоя эта Люда. Если ее не будет, придется искать альтернативные препараты. Потому что таблетками его будет трудно накормить…
Так. Стоп. Мамаша в курсе того, что ее сына травят лекарствами? Или она просто на самом деле считает, что без этих таблеток Кир умрет?
— Подслушиваешь? — раздается из-за угла ядовитый женский голос.
— Привет, Вероника, — спокойно приветствую я сестру своего мужа. — Нет. Не подслушиваю. Просто задумалась.
— Ну да, конечно, — усмехается она и направляется в сторону столовой. — Давид! Скажи своей жене, чтобы она не пряталась по углам. Она как помойная крыса, вынюхивает наши секреты. А вы тут разговариваете как ни в чем не бывало. Как будто в нашем доме не живет посторонняя баба!
Я расстегиваю ботинки и медленно разуваюсь. Распрямляюсь и тут же натыкаюсь взглядом на мужа, который стоит в дверях столовой. Выглядит он настолько свирепым, что я вздрагиваю от неожиданности. Кажется, что он вот-вот набросится на меня.
— Что ты тут делаешь? — рычит он.
— Разуваюсь, — указав рукой на свою обувь, отвечаю я.
— Вероника сказала, что ты подслушивала нас.
— А еще твоя сестра говорила, что я ворую деньги, — ровным тоном напоминаю я. — Но потом оказалось, что именно она таскает твои деньги.
— Где ты была? — продолжает он допрос.
Засовываю руку в сумку и вытаскиваю банку с таблетками, что дала мне Света.
— Искала для тебя что-то для повышения иммунитета, — цежу я, всучив в его ладонь таблетки. — На здоровье! Видишь ли, я все еще привыкла заботиться о своем муже! А вот моему мужу похоже плевать на меня! Раз одно нелепое обвинение из уст его сестры, делает меня преступницей!
Моя ярость застает его врасплох. Он вздрагивает как от пощечины и изумленно смотрит на меня. Злость в его глазах сменяется на терянность.
— Люд, прости…
— Хватит, — останавливаю его я. — Я пол вечера убила, чтобы найти тебе препарат, способный избавить от аллергии. И стоило мне ступить за порог, как ты начинаешь обвинять меня не пойми в чем. Раз так любишь свою сестричку, пусть она теперь о тебе заботится. А я ухожу.
— Ну ты чего? — растерянно мямлит он. — Ты ведь не всерьез… Люд, я не хотел тебя обидеть.
— Но обидел, — смотрю ему прямо в глаза. — Я хочу уйти.
— Нет, милая, — он хватает меня за руку. — Не нужно так реагировать на слова моей сестры!
— Я не останусь в одном доме с этой лгуньей, — отвечаю я. — Решай. Или она или я.
Давид беспомощно оглядывается. Видимо ищет помощи от своей матери. Но чем она сможет ему помочь? Свою ненаглядную доченьку моя свекровь просто боготворит. Она не позволит Давиду выгнать Веронику.
И конечно я блефовала, когда говорила, что хочу уйти. Уходить я точно не планирую. Я просто не могу бросить Кира наедине с этой семейкой. Только вот как теперь все исправить? Я должна была держать себя в руках.
Но как сдержаться, когда мне хочется облить бензином весь этот дом и бросить спичку? Я так устала притворяться. И этот срыв был неизбежен.
Похоже я нарушила все границы. И теперь мне придется уйти.
— Вероника! — кричит Давид. — Ты должна собрать свои вещи и съехать в квартиру, которую тебе купил брат.
— Что? — слышится крик свекрови. — Ты не можешь так поступить! Эта бродяжка не стоит этого… Ты не должен!
— Мама! Не лезь! — срывается он. — Вероника постоянно натравливает меня на мою жену! Сталкивает нас лбами! И я не понимаю, чего она добивается! Люда заботится обо мне, заботится о Кирилле! Без нее мой брат бы давно отправился на тот свет! А что в это время делает моя сестра? Когда она последний раз была в комнате Кира?
— Давид, но это не повод выгонять ее из дома! Она не виновата, что ей сложно видеть своего брата, пока он в таком беспомощном состоянии.
— Нет. Ты не права! — срывается Давид. — Потому что если не уйдет она, я потеряю жену! Вероника точно не станет бегать за мной, когда у меня снова обострится аллергия. Она не поедет искать мне лекарства! Не купит новую подушку! Не отправится к Кириллу, чтобы уговорить его выпить таблетки! От моей сестры никакой пользы! Плюс ко всему, она устраивает подлянки и обвиняет в своих подвигах мою жену!
О как… И почему мне кажется, что вся его злость на сестру связана с Киром? Точнее с тем, что только я, якобы, могу дать ему убийственные лекарства.
— Да пошел ты! — выбежав из столовой, визжит Вероника. — Я сама не хочу жить под одной крышей с этим отребьем! Я уйду! Но с этого дня у тебя нет сестры!
Отлично. Хоть от этой истерички удалось избавится. Она слишком навязчивая. И вечно путается под ногами. А мне и свекрови хватает. К тому же Вероника постоянно ночует вне дома. Вот пусть и поживет у кого-то из своих парней. А мне от ее отъезда станет только легче.
Еще бы от свекрови избавится и вообще прекрасно будет. Но эту гадюку из гнезда так просто не вытравить. Легче будет вывезти из дома Кира. Хотя и это совсем не простая задачка.