Мы проводили на станции день или два, а после этого снова срывались на задание. Иногда это были разведывательные полеты, иногда приходилось сопровождать гражданские суда или прикрывать эвакуацию мирного населения с какой-нибудь планеты.
В один из таких вылетов я и получила свое первое звание, взяв на себя командование группой прорыва и уничтожив вражеский крейсер. Правда, радовалась я только первые минуты три, пока не вспомнила, что каждое мое повышение — это шаг в сторону от брака с Таем. Я боялась, что мой будущий муж расстроится или разозлиться, но он был так счастлив, когда увидел меня с нашивками младшего сержанта, и так страстно доказывал мне, что гордится мной, что все волнения отошли на задний план.
— Придется догонять тебя, птичка, — шептал тогда Тай, сильнее сжимая мою талию. Новую форму тем вечером он так и не позволил мне полностью снять.
Ему потребовалось всего два боевых вылета, чтобы догнать меня, и еще три — чтобы перегнать. Через месяц мы сравнялись, а после совместного сражения в составе флотилии моего отца Таймарин стал старшим сержантом. Его капитан был убит, и Таю как старшему по званию пришлось взять командование на себя. Адмирал Трасс, да и не он один, тогда очень высоко оценил действия Таймарина. Не удивительно, что Корте в итоге и стал новым командиром своего отряда.
— В правильном направлении движетесь, старший сержант, — похвалил его тогда адмирал Трасс.
Это был наш последний разговор.
Через неполные две недели папы не стало.
Глава 5
В тот день я отдыхала после возвращения с боевого задания, а Тай только готовился приступать к своему. Он как раз заканчивал одеваться, когда голосовой помощник сообщил о посетителе за перегородкой.
Генерал Ниаст выглядел хмурым. Это был первый раз, когда он общался со мной вне рабочих обязанностей, что уже являлось опасным звоночком.
— Сержант Трасс, — мужчина из числа тваргов, гуманоидов с соседней от Архона галактики, даже не стал заходить внутрь, хоть я и посторонилась, пропуская его. За моей спиной возник Тай, и генерал перевел тяжелый взгляд на него. — Таймарин, хорошо, что вы тоже тут.
Именно Тай, не я, спрашивал, что случилось. Но отвечал генерал все равно мне.
— Три часа назад в квадранте М-1284 наш флот попал под массированную атаку нийцев и гардийцев. Ваш отец прикрывал отступление гражданских и медицинских кораблей. Его флагман слишком долго находился под перекрестным огнем до того, как подошло наше подкрепление. Щиты были истощены. После прямого попадания в капитанский мостик адмирал Трасс был серьезно ранен. К сожалению, врачам не удалось его спасти.
Смысл сказанных слов не укладывался у меня в голове. Я ощутила, как рука Тая оказалась на моей талии, словно поддерживая, но не поняла, зачем.
— Мне очень жаль, Линнея, — не дождавшись от меня хоть какой-то реакции, продолжил командир. — Адмирал был прекрасным архонцем и великим солдатом. Это огромная потеря не только для Космофлота, но и всего Межгалактического союза.
Осознание, которого не было еще секунду назад, вдруг обрушилось на меня бетонной плитой. Я оступилась, и, если бы не Тай, точно упала бы на пол. Оказывается, я плакала, но только когда хмурое лицо генерала окончательно расплылось перед глазами, я это ощутила.
Я никогда не задумывалась о смерти как таковой, хотя сталкивалась с ней постоянно. Видела, как умирали гражданские — от выстрелов, взрывов или ран. Теряла членов своего отряда и тех, с кем совсем недавно училась. Убивала сама. Но я ни разу не думала о том, что умереть могу я, Тай или папа.
В моем маленьком мире мы были бессмертными. Там я ждала окончания войны, обустраивала наш с Таем дом и ходила с огромным пузом, готовясь стать матерью. В тех моих почти реальных мыслях мы выбирались на выходные к отцу, а он показывал внукам, как управлять космическим кораблем.
Там нас всегда было трое: я, Тай и папа, пусть с последним я и общалась крайне редко. Но всегда, всю мою прожитую и будущую жизнь, мой отец был рядом со мной! Как скала. Как защитник. Как гарант всего самого стабильного, что только могло существовать.
А теперь его не стало. Вот так просто, по щелчку пальцев.
— У меня вылет через полчаса, — я слышала беспомощный голос Таймарина и ощущала его скорбь. Но это все словно происходило в другом мире.
— Я распорядился, чтобы вместо вас отправили четвертый отряд, — отвечал генерал Ниаст. — Вам лучше остаться с Линнеей. Через несколько часов доставят тело адмирала. Я думаю, она захочет попрощаться.
Командир ушел, и мы остались вдвоем. Ноги меня не держали, и, поддерживаемая мужскими руками, я опустилась на пол. Мой Тай опустился рядом.
Он обнимал меня так крепко, что трудно было дышать. Шептал что-то на ухо — я не могла разобрать слов. Утешал.
В моем мире нас всегда было трое: я, папа и Тай.
Теперь нас осталось двое.
— Если с тобой что-то случится, — спустя время проговорила я, поднимая взгляд на Таймарина, — я умру.
Он бережно стер каждую из оставшихся слезинок.
— А если с тобой, то умру я.
Прощание состоялось в тот же день. Огромный похоронный зал, куча народа. Почетное место для меня как единственного родственника. Я настояла, чтобы Тай был рядом — без него я бы не вынесла скопившейся под потолком горечи, настолько она давила на плечи.
Было много громких речей от высшего командования. Генералы, сражавшиеся с отцом в его последнем бою. Глава станции. Кто-то из политиков с Архона — я не запоминала ни имен, ни лиц. А когда поток желающих воздать хвалу папе иссяк, место оратора освободили для меня.
Я лишь покачала головой. Меня душили рыдания, которые я из всех сил пыталась удержать внутри. Я просто не смогла бы открыть рот, не говоря уже о том, чтобы сказать хоть что-то связное.
Вместо меня вышел Тай. Он, как и обещал папе, продолжал защищать меня от целой вселенной.
Я не запомнила его речь, но отчетливо ощутила поддержку. Раньше моей непоколебимой защитной стеной был отец, но в тот момент его место занимал Таймарин. Он становился моим тылом, моим щитом и орудием, готовым ради меня вступить в любой бой. Даже если это дурацкая традиция прощаться с умершим.
— В лице адмирала Трасса не