Видимо, совместно с командой учёных дело Максима начало продвигаться семимильными шагами. Он же совсем недавно устроился в исследовательский отдел, а уже такие результаты.
Автобус где-то через час остановился у полуразрушенного здания на окраине Москвы на заброшенной территории.
Однако периметр был оцеплен по всем правилам. Солдаты в полной экипировке стояли через каждые двадцать метров, направив оружие в сторону здания. Над всем этим мерцал купол силового барьера — стандартная защита от прорыва тварей.
Для C-класса это даже слишком серьёзная защита, пожалуй.
Мы выгрузились, и к нам сразу подошёл офицер в форме ФСМБ. Майор, судя по погонам.
— Группа Афанасьева? — я кивнул, и он сверился с планшетом. — Вас ждут. Проход через третий сектор.
— Я знаю, куда идти, — Ирина уже стояла у входа в оцепление.
— Отлично, — кивнул майор. — Мои ребята по приказу находятся снаружи, вам не мешают. Но если что, вызывайте по рации. Скорая тоже уже дежурит.
Он кивнул на машину скорой помощи от ФСМБ. Что ж, надеюсь, сегодня я поеду в Академию не на ней, а на автобусе. Хватит с меня пробуждений в больнице, это уж какая-то совсем нездоровая традиция.
— Осторожнее внутри, — предупредила Ирина, когда мы подошли к заброшке. — Здание старое, несущие конструкции повреждены. Некоторые балки держатся на честном слове. В любой момент может произойти обвал.
— Поняла, — Лена кивнула.
— Выдвигаемся, — скомандовал Алексей.
И мы вошли на заброшенный завод советской постройки. Вокруг нас были: высокие трубы, ржавые конвейерные ленты, горы металлолома. Граффити красовалось на стенах, а битое стекло трещало под ногами.
В нос ударил затхлый воздух, пахнущий ржавчиной и плесенью.
Алексей шёл первым, создавая небольшие световые сферы. Мягкий оранжевый свет огня выхватывал из темноты обломки оборудования, обрушившиеся перекрытия.
И чем дальше мы шли, тем сильнее я чувствовал искажение пространства. После вчерашнего задания с гравитацией это моё внутреннее чутье обострилось. И я понял, что смогу развивать ещё один пассивный навык — Ощущение пространства.
И мне совсем не нравилось то, что я ощущал вокруг. Словно реальность тут была натянута слишком сильно.
— А вам не показалось странным, что майор назвал нас группой Афанасьева? — спросил Денис, явно желая разрядить гнетущую обстановку.
— Нет, ведь так оно и есть, — внезапно ответил Алексей.
— Но я не командир, — опешил я от такой новости.
— Группы всегда обозначаются по сильнейшему члену команды, а не по командиру. Хотя, чаще всего, эти понятия совместимы. Поэтому теперь, когда вы стали полноценным оперативником, наша команда стала группой Афанасьева.
Это было неожиданно, и я даже не понимал, как реагировать. С одной стороны, конечно, приятно. Но с другой, как-то неправильно называть оперативную группу именем студента.
— А вообще, всё логично, — кивнул Денис, словно это было очевидно с самого начала. — S-класс перевешивает любой опыт. С точки зрения тактики, группа строится вокруг сильнейшего юнита.
— Юнита? — фыркнул Саня. — Дэн, мы не в стратегии играем.
— Жизнь и есть стратегия, — серьёзно ответил он.
Видимо, новость про «группу Афанасьева» порадовала ребят. Даже Лена улыбнулась, несмотря на всю тревогу, что была написана на её лице.
— Чтобы стать командиром, нужно пройти тактический экзамен от ФСМБ и получить согласие группы, — зачем-то продолжил Алексей.
— Ставлю двадцать косарей, что он дойдёт до экзамена через два месяца! — воскликнул Станислав.
— Ставлю на один месяц, — подняла руку Ирина.
— Погодите, — остановился я.
— Не хочешь быть командиром? Это же такая честь, Глеб. Особенно в твоём возрасте, — не понял меня Денис.
— Хочу, но дело вообще не в этом. Мы пришли, — я указал в коридор, ведущий в сторону. Оттуда доносилось легкое голубое мерцание.
Мы вышли в большой цех. Прямо в центре помещения, в нескольких метрах над полом, в воздухе висел разлом. Около двух метров в диаметре. Голубоватое свечение C-класса было затянуто чёрной дымкой, с которой мне уже приходилось сталкиваться ранее.
Портал просто висел, мерцая и пульсируя, но ничего и никого из него не выходило. Потому что эта точка была одной из тех, что оставил мне Громов.
Да, мне всё-таки удалось договориться с Крыловым закрыть все законсервированные разломы. Он долго сопротивлялся, и мне даже пришлось рассказать ему про склад Громова. Я объяснил, что, чтобы попасть туда, мне необходимо стать сильнее. Генерал же так загорелся содержимым, ведь там могли быть ценные артефакты, которые маги могут использовать в бою, что выдал доступ к нужным порталам.
Почему не к любым другим? Просто во время звонка я схитрил и сказал, что все взаимосвязано. И чтобы открыть склад, нужно тренироваться именно на законсервированных разломах.
Не совсем честно — не спорю. Но иначе он бы никогда не согласился на такую авантюру. Тем более без личной встречи.
Да и ФСМБ выгодно, если я наконец разберусь с этой проблемой. И в общем-то все выигрывают.
Как только мы прибыли, Алексей объяснил обстановку касательно разлома всем присутствующим. Оказалось, что в таком подвешенном состоянии он висит уже больше четырёх лет. И за всё это время оттуда никого не вышло.
— Запускаем дрон, — скомандовал Алексей, доставая пульт управления. — Посмотрим, что там внутри.
Маленький аппарат бесшумно взмыл в воздух. Завис на мгновение перед разломом. Потом он нырнул внутрь. И исчез, словно его проглотили.
Все столпились вокруг планшета Алексея. На экране появилось изображение — сначала помехи. Потом картинка стабилизировалась.
— Удивительно, — прошептала Ирина. — Он сохраняет связь, находясь по ту сторону. Обычно любая электроника там глохнет мгновенно.
— Максим постарался, — кивнул я.
А сам подумал, что новое видео тоже надо будет обязательно выложить на свой канал.
Дрон медленно двигался вперёд, передавая изображение. Камера поворачивалась, захватывая панораму чужого мира.
Я смотрел на экран и пытался понять, что вижу. Небо переливалось багровыми и чёрными оттенками. Тяжёлые тучи клубились и закручивались спиралями, словно гигантский водоворот. Никакого солнца, никаких звёзд. Только эта бесконечная, давящая масса.
Земля — серая, потрескавшаяся поверхность, похожая на высохшую глину. Из неё торчали острые чёрные кристаллические образования. Все это выглядело как поверхность какой-нибудь необитаемой планеты.
На экране отобразились показатели с датчиков дрона:
'Температура: минус восемьдесят три градуса.
Атмосфера: семнадцать процентов кислорода, сорок один процент аммиака, двадцать три процента метана, остальное — неизвестные соединения.
Радиационный фон: в четырнадцать раз выше нормы.
Давление: 0.3 атмосферы'.
— Смотрите на показатели, — сказал я. — В этой среде человеку не выжить.
— И тварей там совсем не видно, — прокомментировал Алексей.
— Словно это ловушка, — предположил Денис.
— Глеб, ты можешь закрыть разлом с помощью своей магии?
Я подошёл ближе и почувствовал что-то чужеродное. Мне это не понравилось, поэтому задал вопрос Системе.
[Анализ разлома… ]
[Класс: C]
[Статус: