Вода в море радовала кристальной прозрачностью. Это так красиво, так невероятно романтично! Столько жизни в воде, в брызгах, в природе, в прикосновениях, в радости, в улыбке и смехе, в том, что мы просто семьёй вместе купаемся в море! Мы успели и дома отдохнуть, и на пляже песочном покупаться – и вдвоём, и с детьми. Даже однажды отравились лимонадом со льдом, точнее, льдом из лимонада (мы думаем, что им, но точно не знаем). Нам было очень плохо – но и это тоже жизнь.
Жизнь состоит из разного. И либо вы научаетесь принимать все её части: и вкусные, и кислые, и горькие – и тогда чувствуете себя счастливыми, либо не принимаете – всё просто.
Впереди у нас было ещё много планов на отпуск, включая аквапарк, который мы обещали детям. Должна была приехать моя Машка, та самая университетская подруга, чтобы официально познакомить нас со своим сыном, который родился, как я и «накаркала», через пять дней после моего переезда в Анапу.
И всё было бы классно, если бы не очередное «но». У Лёши в роте случилось ЧП, в котором были и пострадавшие, и погибшие. Его снова срочно вызвали, и это не обсуждалось.
Казалось, что так не бывает. Было настолько тяжело, что я впервые подумала: легче вообще не видеться, чем каждый раз заново проживать всё это. Чувствовала такую обиду и досаду, как маленький ребенок, которого нагло, жестоко дразнят самой любимой и дорогой сердцу игрушкой, то давая её в руки, то тут же отнимая без объяснения причины, просто так. Гадкое чувство, неприятное до тошноты!
Перед глазами проплывали все наши планы, все данные детям обещания, которые либо пропадут, либо опять мне придётся осуществлять одной. Сил мне эта новость не придала. Уже даже злости не было, которую раньше можно было взять и направить в нужное русло, как топливо. Лишь детская обида и опустошение. И я не понимала, как к этому можно привыкнуть. Почти год жизни в таком стрессе буквально подкашивал меня, я даже физически ощущала тяжесть.
Нужно было отпустить мужа спокойно: ему предстояло тяжёлое разбирательство по факту случившегося в его отсутствие. Мы понимали, что будут пытаться найти виновных, и неважно, что человек в это время был официальном отпуске. Отпустила. Лёша, как всегда, просил не переживать. Сказал, он со всем справится и себя в обиду точно не даст. За него я была уверена, а вот за так называемое начальство – нет. Нутром чувствовала, что доверять таким людям нельзя, особенно, когда в их руки случайно попадает власть.
Да, я оказалась права: козни построить они попытались. Но у них ничего не вышло, слишком сильная и массовая поддержка была у Лёши и ещё один важный аргумент – правда. А как говорит один классный герой фильма: «Сила в правде!»
И вот я приехала на обрыв полюбоваться закатом в одиночестве, достала складной стул из багажника и принялась рассуждать.
Да, возможно, я это лето представляла по-другому. Возможно, мои ожидания от первого лета на море были завышены, хотя мне, наоборот, казалось, что я хочу совсем немного: простой спокойной жизни. Думала, что в моей жизни будет период штиля, а получился настоящий эмоциональный шторм, который продолжает раскачивать нашу лодку и раздувать паруса, направляя всё дальше от спокойствия и безмятежности. Но что, если он, наоборот, ведёт к заветной и всеми желанной так называемой белой полосе?
На что-то совершенно не было сил, в чём-то сейчас происходил некоторого рода провал, где-то были даже успехи – и неплохие для этого сложного периода. Главное – всё заметить. А то мы часто любим сфокусировать внимание только на плохом и можем пропустить столько хорошего – не стоит! В каждом дне, в абсолютно каждом дне обязательно есть что-то хорошее.
Да, было лето, когда вокруг летали одни бабочки. А сейчас прямо передо мной сотни, а может, тысячи стрекоз. Будто показывают, что да, это лето другое, но оглянуться не успею, как придёт зима.
Жизнь – удивительная штука. Мне нравилось то состояние, то видение жизни, в котором я проходила сейчас свой путь. Несмотря на сильную усталость, я приняла всё! Не разделяя на «нравится» и «не нравится». Всё, что происходит, важно! Это всё моя жизнь! И мне дико интересно, что ждёт меня дальше.
Пришло время встречать Машку с ещё одним очень долгожданным пупсом – крошечным Артёмкой. Опять поезд до Сочи, беготня по какой-то станции, потому что я неправильно купила билет, а на пересадку было всего деять минут. Я, конечно, успела, но всё больше понимала: я не то, что устала от беготни и суеты, она меня просто достала, до самых печёнок, до нервной дрожи! Я была рада их видеть: и подругу, и пупса, – но понимала, что энергии у меня маловато.
Машка это тоже чувствовала и понимала. Мне становилось легче, когда она говорила, что ей главное – повидаться со мной. Потому как ощущала, что немножко проваливаюсь в чувства вины и стыда за то, что не могу уделить новым гостям должного внимания.
Плюс и у меня было много своих дел, по работе, по учёбам и по подготовке дочки к школе. Она уже была зачислена в нужный класс – к тому учителю, к которому нам хотелось, – и это тоже оказалось не так просто. Школа стала началом новых разных задач, репетиций, подготовок и прочего. Я впервые поймала себя на желании, чтобы это бешеное лето, которого я так сильно ждала, уже поскорее закончилось. Мне хотелось помочь друзьям, а им хотелось помочь мне.
Машка предложила всё-таки выделить два-три дня и поехать в отель, чтобы я тоже немного отдохнула и перестала постоянно бегать. Я согласилась, подумав, что перед первым сентября это будет хорошо для всех. Мои дети очень тянулись к детишкам наших друзей, но при этом тоже явно устали от них, потому что много внимания доставалось малышам, которые почти постоянно спят, в то время как мои стремились и поиграть, и пошуметь. Получалось слишком много ограничений – а им тоже хотелось быть детьми.
Как только мы приехали в отель, расположились, сходили разок на море и уже настроились никуда выезжать, как тут же в школе назначили репетицию линейки и родительское собрание (в школе вообще часто думают, что родители только школой и должны заниматься). Я пофыркала, но на репетицию Леру всё же отвезла, а на собрание