Амилия кашлянула и прильнула к руке Алерона, как улитка.
– Я уверена, что Алерон прекрасно справится с обязанностями своего отца.
– Да это и так понятно по тому, как ты на него смотришь.
– Вы сомневаетесь в моих словах?
– Я много в чем сомневаюсь, дорогая принцесса, но в этом – нет. Ты веришь в то, что говоришь, оно и неудивительно: Алерона всю жизнь готовили к этой роли, так что он с гордостью заменит отца.
– Спасибо, тетя. Я надеюсь на вашу поддержку, – ответил Алерон, вздернув широкий отцовский подбородок.
– И она у тебя есть, самая искренняя. Только не жди, что я буду являться на все твои поединки. Я, в отличие от большинства Лукаров, не получаю удовольствия от насилия. Просто я бы хотела, чтобы ты был не только наследником Амрона, но и наследником короны.
– Амара, хватит! – сказал Веррин. – Это уже и правда опасные разговоры. Что на тебя нашло?
– Судя по всему, избыток вина, – усмехнулась Амилия.
Амара расхохоталась.
– Именно! Перепила, но недоела. – Она показала на почти нетронутую тарелку с ужином. – Сегодня моя жажда оказалась сильнее, чем аппетит. Можете оправдать мое поведение этим, если вам так угодно.
– Невоздержанность в алкоголе не оправдание, – отрезал Весрин. – Ты забываешь о своем месте, жена.
– О своем месте? И где же оно, дорогой супруг? Рядом с тобой в постели? Скорее даже под тобой. Или иногда сверху, если тебе повезет. А ты не забывай о своем месте, Веррин, а то останешься один, и компанию тебе будет составлять только твоя рука.
– Амара… – Веррин раздраженно покачал головой. – Сегодня ты просто невыносима. Не забывай, что я командир Серых плащей. Я поклялся защищать короля от любой, абсолютно любой угрозы, но не предполагал, что когда-нибудь услышу такие вероломные слова за своим столом.
– За столом Амрона, дорогой. А после его смерти – за столом Алерона и прекрасного сынишки, которого они с Амилией родят.
Веррин взвыл от отчаяния.
– Я больше не могу это терпеть! Я голоден как волк, женщина! Прошу тебя, дай своему неуемному языку покой, а мне – поесть!
– О, конечно. Должно быть, у тебя был тяжелый день. Ты же столько бездельничал рядом с Эллисом во дворце. Я уверена, такая работа вызывает зверский аппетит. – Веррин выглядел совершенно поверженным. – Бедный мой муж, я оставлю тебя в покое. Приходи в спальню, когда избавишься от угрозы голодной смерти, я извинюсь перед тобой там. На своем месте.
С этими словами, успешно нагнав неловкости на всех собравшихся, леди Амара ушла. За столом воцарилась тишина. Веррин погрузился в размышления и начал накладывать себе еду. Амара могла выступить и похлеще, найди на нее особый кураж, а Веррин каждый раз удивлялся. Элиона же крайне позабавила эта сцена.
Амилия тихонько кашлянула.
– Пожалуй, я тоже пойду, мне хватит впечатлений для одного вечера. Вы, Дэйкары, такие интересные. Только вот проблем с вами хватает. Ты идешь, дорогой?
Алерон кивнул, хотя ему явно хотелось задержаться и попытаться выудить из Веррина еще что-нибудь о новостях с Востока. Но тихий шепот Амилии мгновенно настроил его на иной лад. Элион полагал, что из уважения к принцессе и ее отцу Алерон не полезет к ней в постель до свадьбы, но, похоже, это было не так.
«И она сама это подстроила», – подумал Элион, когда она напоследок бросила ему украдкой свою привычную лукавую ухмылку. Он уже давно понял, что причиной всех этих тайных взглядов и улыбок была его репутация дамского угодника. «Если тебе нужна моя постель, а не его, ты знаешь, где ее найти», – пронеслась у него в голове дерзкая мысль, хотя он прекрасно знал, что подобное никогда не случится. Да ему и не хотелось. «В следующий раз так ей и скажу, – решил он, уставший от ее детских игр. – Посмотрим, как она отреагирует. Глупая девчонка».
Когда их шаги в коридоре утихли, Элион налил себе еще вина и уставился на дядю. Он хотел задать ему еще пару вопросов, а отсутствие остальных родственников должно было весьма благостно сказаться на его настроении. Он всегда предпочитал разговаривать с дядей один на один, к тому же общаться с ним было намного проще, чем с отцом. Он слегка поерзал в кресле и решил прощупать почву.
– Полагаю, ты слышал, что Сэм Гаррик проиграл Фицрою Ладлэму?
Веррин глотнул вина, чтобы быстрее прожевать кусок оленины.
– Весьма неожиданный исход.
– Ты ведь знал его отца? Сэра Маршалла Ладлэма.
– Знал. – Веррин глотнул еще вина. – Хороший был человек, скромный. Не большого таланта, но в орден попасть смог, а это уже о многом говорит. – Он поднял глаза к потолку. – А теперь он сидит за столом у Варина. Лучше уж там, чем тут.
Элион помедлил со следующим вопросом, выждал некоторое время.
– Мы с ним встречались? Я смутно припоминаю это имя, но не более. Ты ведь часто брал меня с собой в Сталепорт, когда я был маленьким, помнишь? Может, ты представлял нас друг другу?
– Возможно, но в таком случае ты действительно был очень мал. Сэр Маршалл очень быстро ушел на покой после войны и вернулся на юг Рогового холма.
Элион нахмурился.
– На север, – поправил он.
– Да? Прошу прощения. Для меня все одно. В общем, на Роговый холм.
Элион кивнул.
«Здесь легко ошибиться».
– А как он выглядел?
– Кто? Сэр Маршалл? Ну, волосы не очень темные, русые, среднего роста, сложения тоже среднего. Я не то чтобы хорошо его помню. Поживи с мое, Элион, – сам поймешь. Память с годами лучше не становится.
Он склонился над тарелкой, жадно откромсал кусок мяса и закинул в рот.
– В таком случае сын не очень на него похож, – ответил Элион, поразмыслив. – Я разговаривал с ним после состязания и хорошо его разглядел. Он такой же высокий, как я, только худее, а волосы у него почти черные. Леди Мелани сказала, что он похож на меня, только более тощий. А мать его ты знал?
Веррин помотал головой, не переставая жевать.
– Возможно, она была из более влиятельного дома, – продолжил Элион. – Это бы объяснило его крепкую связь с божественной сталью. Он сказал, что его тренировал другой рыцарь Варина, сэр Росс Бертрам. Знакомое имя?
Веррин отложил приборы, проглотил мясо и тяжело вздохнул.
– Чего тебе, Элион? Если хочешь чем-то поделиться, оставь эти предварительные ласки. Я устал от вопросов. – Снова вздох. – Я просто устал.
– Прости, дядя, я не хотел тебя утомлять. Просто мне не дает покоя этот загадочный Ладлэм. В конце концов, Алерону предстоит