— Дай ей выдохнуть! Ты не видишь, в каком она состоянии? — встала на мою сторону Марина.
— Так, ребята, давайте успокоимся. — Рома выступил вперед, разнимая брата с сестрой.
— Да мы все потеряли! — внезапно сорвался Сережа и швырнул письмо на пол. — Вы понимаете, что вообще произошло?!
— Мы что-нибудь придумаем. Не первый раз. — Марина коснулась плеча брата, но тот сбросил ее руку, перехватил запястье и притянул к себе.
— Тебя раньше отстраняли от дела?
Я затаила дыхание, уставившись на них во все глаза. Марина сглотнула, собираясь с духом, но ответить так и не успела. Сережа продолжил:
— Вот именно. Мы тут в ловушке! Без денег, связи, паспортов, еще и с разыскиваемой преступницей!
— Вас отстранили из-за меня?
— Ты не виновата, — на мою защиту поспешил Рома.
— А кто тогда? Может быть, ты? Или Марина? — Командир поочередно тыкал в каждого наемника пальцем. — Одни обнимаются на полу, другие зажимаются на диване. Устроили какой-то турецкий сериал, все вы!
Мы промолчали, тактично решив не напоминать ему о том, что если наша жизнь — кино, то сам он играл казанову еще в первой серии. Я же в очередной раз удивилась, что он узнал про ребят. С каждой минутой вопросов становилось все больше.
— После прошлого видения мы потеряли штаб, весь наш архив, запас оружия и денег. А теперь Эля даже не может взять в руки это дурацкое письмо. — Сережа оттолкнул Марину от себя. Девушка схватилась за запястье и отошла от брата, прижимаясь спиной к Роме.
— Я не выбирала этот дар, — тихо напомнила я, страшась новой вспышки гнева.
— Но мы все тут из-за тебя и твоих дурацких видений! — взревел он.
Укол обиды все-таки коснулся моего сердца. Я понимала, что в Сереже говорили отчаяние и злость, но я не заслужила такого отношения. Парень понял, что перегнул, потому затих и тяжело вздохнул.
— Я поеду на встречу с посредником. Постараюсь договориться о продлении операции, — отчитался Сережа, наспех накидывая куртку. — Без финансирования мы никого не вытащим.
— Меня же смогли, — вслух размышляла я.
— По-твоему, мы всемогущие? Загляни тогда в соседнюю комнату и посмотри, к чему это может привести. — Командир снова перешел на повышенный тон и стал загибать пальцы. — На тебя у нас была информация, план и преимущество. На твоего отца — ничего. А теперь в моей команде на одного человека меньше. Думаешь, схватить пистолет и кинуться в логово преступницы так легко и просто?
Спорить не стала. Сережа шумно выдохнул, поправляя завернувшийся воротник.
— К моему возвращению ты, — он указал на меня, — должна увидеть то, что нам поможет продвинуться в деле. А вы оба — придумать, что с этим делать.
Стук тяжелых ботинок по паркету, щелчок и громогласный удар дверью. Не успели звуки шагов стихнуть в подъезде, как Марина уже закатила глаза.
— Психопат! — выкрикнула девушка, беспокойно расхаживая по комнате. — Как мы сделаем хоть что-то из его дурацких указаний?
— Ты же понимаешь, что он не из-за работы разорался. — Снайпер не сводил с нее взгляда.
— А мне-то что?! Он контролирует не только дело, но и наши жизни.
— Рано или поздно все равно бы догадался, — на удивление спокойный Рома перехватил девушку посреди комнаты и прижал к себе. — Ну давай, верещи, кричи, ругайся.
— И буду! — не унималась блондинка, но теперь ее порывы сдерживали объятия Ромы. — А потом еще тебе тресну, чтобы не расслаблялся.
— Вот за это я тебя и люблю.
Девушка замерла, а мне хотелось слиться со стеной.
— Что ты сказал? — Она уперлась ладонями в его грудь и вытянула руки, внимательно разглядывая лицо парня.
— Люблю тебя за твой взрывной характер. Всегда хотел стать охотником за торнадо. И кажется, я поймал свой ураган.
Марина мгновенно сорвалась с места и впилась Роме в губы. В тот момент она словно подтвердила свой бушующий нрав, чуть не повалив парня на пол, но он не растерялся. С этой взрывной блондинкой он уже был готов ко всему. Снайпер поймал ее на лету, крепко стиснув в объятиях, и через мгновение их захватил страстный, жгучий поцелуй.
Волна смущения окатила меня с головы до ног. Я поскорее вышла из комнаты, стараясь не мешать буйной парочке. Мои тяжелые шаги и скрип паркетных досок нарушали тишину. Я прокралась вдоль узкого темного коридора к последней комнате. Пальцы коснулись ручки, дверь со скрипом распахнулась, дыхание замерло, а вместе с ним и я.
Никита беспокойно спал на спине. Его не успели ничем накрыть, поэтому так он и лежал: черные брюки, ботинки и обнаженный торс. Его грудь судорожно поднималась и опускалась, на лбу застыли крупные капли пота, дыхание было рваным. Окровавленный бинт, закрывающий рану, обвивал плечо, а вдоль ребер тянулся неглубокий порез от второй пули, которая прошла рикошетом.
Порывшись в полуразвалившихся старых комодах, я нашла колючий шерстяной плед в красную клетку и накрыла им парня. В рассветных лучах солнца, проникающих в комнату через пыльную желтую тюль, Никита выглядел таким беззащитным и простым. Мне хотелось остаться, но от одной мысли об этом сковывал страх. Почему мое мнение о нем изменилось? Что скажут другие? И самое главное, как к этому отнесется сам хакер? Сердце металось в грудной клетке, как дикий зверь. Ведь теперь больше всего на свете я боялась потерять Никиту так же, как уже потеряла себя.
Искра № 17
Страх затеял со мной жестокую игру. Он был похож на паука-птицееда. Пока сидел за стеклом — казался безобидным, но стоило отодвинуть крышку, как хотелось бежать от него куда подальше. Не знаю, почему в моей памяти сохранились мохнатые лапы паука, и не осталось ничего о маме, к примеру. Но я уже перестала удивляться таким вещам.
Подобно этому насекомому, я сидела в углу явочной квартиры и ощущала мнимую безопасность. Но я не собиралась открывать воображаемую крышку. Не хотела прикасаться к конверту, боялась выходить на улицу и не представляла, что ждет меня дальше.
В квартире повисла тишина. Тяжелая. Давящая. Гнетущая. Сережа с каждым днем становился все свирепее. Первые дни он швырялся конвертом и кричал на каждого из нас, но его агрессия выжигала желание узнать, что приготовили новые иллюзии. Я больше не видела в нем доброго, мягкого и заботливого парня. Теперь он был жестоким и яростным командиром, готовым на все ради миссии. И мне не хотелось вверять свою судьбу в его руки.
Марина с Ромой молча